Крысиный бег II (СИ)
Блядь! Я думал, он поймёт намёк. Хотя, уже давно не намёк! Даже не ожидал от него такой прыти и такой наглости, он казался мне адекватным.
Николь оттолкнула его и с размаху врезала по морде ещё раз. Вместе с громким «хлясь!» со спины Димка услышал от меня:
— Дружище! Ты что там делаешь? — Я протянул руку и крепко взял парня за плечо. — Ну-ка, отойди от моей девушки!
Я чуть отдёрнул парня, сделал несколько быстрых шагов и встал между ним и Николь.
— В каком смысле «отойди»? Что… что значит твоей девушки?
Он хлопал глазами, то ли не понимая меня, то ли действительно не подозревая о наших с Никки отношениях. Правда, его хамское поведение это не оправдывало.
— Сколько значений у слов «отойди» и «моя девушка» ты знаешь? — Поинтересовался я. — Попробуешь ещё раз к ней прикоснуться – я тебе ручки обломаю!
Димка выпрямился и развел руки, демонстрируя, что не имел в виду ничего плохого, что он ничего не знал. Кожа на его щеке пылала, а взгляд блуждал с моего лица, на лицо Николь. Он насупился, опустил руки и уверено произнёс:
— Путь она сама мне скажет! Я хочу услышать от неё!
— Ты дебил? Она же тебе ясно дала понять!
Эх! А ведь Димка начинал мне нравиться. Я думал, мы с ним подружимся.
А он опробовал силы на Василиске и решил, что достаточно хорош, чтобы подкатить к Николь. Сраный Казанова!
— Дим! Майки мой парень! Мы с ним уже давно вместе.
— Но… Но как так? Я думал, я тебе нравлюсь. Ты мне улыбалась в школе. Мы общались, шутили. Я всё ждал подходящего случая. Я думал, этот поход как раз такой случай для нас.
— Я часто улыбаюсь, и не только тебе! Сегодня я улыбалась всем парням и девчонкам нашей группы, но они не претендуют на меня.
— Я ждал тебя, ждал, пока ты созреешь и будешь готова к отношениям! А ты решила меня кинуть? Я думал, мы будем вместе! Мы же мечтали пожениться с тобой.
Блядь! Что за бред? Я потерял ход его мыслей уже после слова «созреешь».
— Дим, это было в пятом классе! А вчера вы с Василиской попросили меня погулять часок, пока трахались. Это ты так ждал меня?
— То был обычный перепих, мы сняли стресс и усталость!
Мне это начинало надоедать. Они выясняли отношения через меня, хотя выяснять было нечего. Тут и так всё было понятно!
— Остынь, дружище. Девушка же сказала тебе «нет», к чему эти разговоры?
— Не лезь не в своё дело, гомик! Ты решил, я поверю в этот спектакль, что ты её парень? Да хера с два! Иди понюхай член Петровича! — Парень распалялся всё сильнее. — И это не тебе решать, остыть мне, или не остывать! Ты знаешь, кто мой отец? Если я захочу её трахнуть – трахну! И никто мне ничего не скажет! Я хотел по-хорошему, я сделал официальное предложение!
— Трахалка не выросла, трахальщик! — Ударил я по больному месту парня.
— Ах ты тварь! — Он сжал кулаки и заскрипел зубами, но действовать пока не решался.
Николь тронула меня за плечо и тихо произнесла:
— Пойдём. Не нужно сейчас здесь устраивать разборки, у нас нет связи, если кто-то пострадает, нам придётся нелегко. И это испортит нам весь отдых.
— Отдых уже испорчен! — Не унимался Дмитрий.
— Майк! Пойдём. — Никки дёрнула меня за рукав. Она была в чём-то права. — Он остынет немного и придёт извиняться!
— Я? Извиняться? Перед педиком? Ха! — Парень нервно рассмеялся. — Извиняться перед сраным педиком!
— Хватит! — Спокойно произнёс я. — Ещё раз назовёшь меня педиком, я сломаю тебе нос.
— Педик!
Хрясь!
Я не стал предупреждать дважды, и нос парня брызнул кровавыми соплями. Он вскрикнул, скорее от неожиданности, чем от боли или испуга, вытер нос рукавом, посмотрел на окровавленную одежду и его глаза полыхнули тьмой.
Не только глаза, вокруг парня разлилась аура смерти, даже я чувствовал это. Чёрная, мрачная, угнетающая и злая. Свет вокруг нас померк, мы словно очутились в каком-то сером мёртвом коконе.
Охренеть! Какая же у него ступень? Если не ошибаюсь, десятая как минимум. Только после десятой, цвет глаз приобретает цвет силы во время использования Дара. Десятая – это колоссально для его возраста! Теперь понятно, почему он такой самоуверенный и дерзкий.
Лет через двадцать он вполне сможет достичь двенадцатой ступени и стать тем, о которых в моё время слагали легенды. Блядь! Сука! Что я могу сделать против него? Нихера! Я даже двигаться толком не мог, словно завяз в густом, плотном киселе. Кожа начала жутко чесаться и печь, я чувствовал, как она медленно увядает и иссыхает. А ведь прошло всего несколько секунд.
Вспышка яркого и ослепляющего света из-за моей спины рассеяла тьму передо мной, дав мне свободу действия, и я, недолго думая, снова врезал парню по носу. Хер знает, зачем! Но ничего лучше я не придумал, не убивать же мне школьника, из-за бушующих в его крови гормонов. Сам такой сейчас.
Он взвизгнул, поднял руку в мою сторону и запустил рваную струю чёрного праха, или молнию из чёрного пепла. Блядь! Лучше бы убил, с этими магами нужно действовать наверняка.
По спине пробежали мурашки, и я отчётливо понял – это жопа! Он выпустил что-то смертельное и до жути опасное. Справится с этим моя регенерация, интересно? Выбора у меня всё-равно нет. Слева и справа чёрный кисель, сзади Николь, отступать просто некуда.
Пепел, а это был именно он, теперь я был достаточно близко, чтобы разглядеть, остановился прямо перед моим лицом и развеялся, безобидно разлетевшись в стороны, словно наткнувшись на невидимую преграду. Только какое-то чудо спасло меня от смерти.
Я обернулся. Моё чудо всё это время стояло позади меня и оберегало меня. На мгновение мне показалось, за моей спиной стоит злой, воинственный ангел. Белые волосы Николь развивались на ветру, глаза без радужки и зрачка, полностью затянутые белой жемчужной силой смотрели мимо меня, не моргая, грозно и осуждающе, а за спиной девушки развивались два огромных прозрачных, но едва различимых на солнце, крыла.
Словно свет и тьма сошлись в поединке на этом холме, и я умудрился влезть в их разборки. Интересно, Дмитрий знал, что Николь не уступает ему по силе? Вряд ли. Иначе он бы так не петушился при девушке и не распускал руки.
«Охренеть!» – Дошло до меня. Две «десятки» в нашей маленькой компании. Это охренительная редкость даже для школы, если я не ошибаюсь и если я правильно научился разбираться за это время в реалиях этого мира. Сомневаюсь, что в нашем немаленьком учебном заведении есть кто-то ещё, равный этим двоим по силе.
— Хватит! Прекращай немедленно! — Строго произнесла Николь голосом, от которого у меня мурашки пробежали по коже, а волосы на затылке зашевелились. Столько силы, мощи и надменности было в нём, что хотелось сразу ей повиноваться!
Дмитрий внимательно посмотрел на девушку, секунду поборолся своим черным взглядом с Николь, и взмахнул руками. Мрак начал рассеиваться. Парень сплюнул на землю перед собой, развернулся и молча ушёл, ссутулившись, опустив голову и поглядывая из под своей светлой чёлки по сторонам.
Неподалёку от нас собралась вся наша группа, все девять человек. Они с изумлением смотрели в нашу сторону и не решались что-то сделать. Лишь через несколько секунд к нам шагнула Алина Николаевна. Легко преодолев десяток метров, разделявшие нас, подошла к Николь, проверила девушку, мельком взглянула на меня и выдохнула.
— Пойдёмте. Я налью вам по двадцать грамм коньяка. Как раз взяла с собой. Не для такого случая конечно, но сейчас в самый раз. — Школьная учительница хмыкнула, осмотрелась, покачала головой, и уверенно подтолкнула нас в спину, выпроваживая с этого холма.
Я только сейчас обратил внимание, всё это время мою руку сжимала мокрая ладошка Николь. Моя девочка! Я думал, я её спасаю, оказалось наоборот.
Я оглянулся назад. На том месте, где мы схлестнулись с Димкой, вместо зелёной травы в радиусе трёх-четырёх метров было выжженное чёрное поле. Вместо зелёного цветущего дерева – стояла высушенная, чёрная, словно обугленная, но не сожжённая, мёртвая коряга.