Змей Искуситель (СИ)

— Да. У Конте отличная библиотека в Хэмптонсе. Но эта — несравнимая. Великолепная, — она восхищенно прошлась по корешкам книг. Библиотека возвышалась на два этажа и для поиска книг была предусмотрена лестница. В обычный день здесь также находился смотритель библиотеки, сотрудничавший с городской администрацией. — Айзенберг подговаривает на совместную работу, чтобы выпустить несколько книг об особо сложных делах.
— Почему не попробуешь? — Джон подошел к ней поближе, слегка нависая. Она упрямо не смотрела ему в глаза.
— Не знаю. Доктор Айзенберг настаивать начать с того приюта Магдалены для женщин, но мне тяжело снова и снова мыслями возвращаться в те события, — Натали поправила ему платок в нагрудном кармане.
— А если не о работе, то хотела бы заняться своими книгами? О чем бы они были?
— О Лагранжах, скорее всего. У нас очень много видных представителей в роду, но нет ни одной книги о них, — Натали подняла на него свои глаза.
— Ты правда хочешь свадьбу, как у Конте? — обеспокоился Джон.
— Спятил? Я же тебя позлить хотела. Мстила за Стефанию зачем-то, — призналась она.
— Когда ты начнешь мне доверять, Натали? — вздохнул он притягивая к себе. Он хотел ругаться на нее, но не способен на нее злиться дольше пяти минут. К тому же, он обратил внимание, как уплотнилась у нее грудь. Беременность будущей жены — хороший повод, чтобы лишний раз ее беречь и не обижать.
— Когда ты перестанешь дергаться от фамилии Конте.
— Я не дергаюсь.
— Дергаешься.
Джон поморщился. Черта с два.
— Твоя враждебность к Конте связана с твоим отцом или с Мишель? Злишься, что Алексу удалось ее заполучить?
— Что? Милая, в виду последних событий ты не обратила внимание, что мне все равно на них? — Нет, все-таки она бесит его. Он отошел от нее к двери. Проверил, чтобы никого не было. Закрыл библиотеку изнутри и вернулся к ней.
— Что случилось? — удивилась Натали его действиям. Джон не стал отвечать. Просто поцеловал ее, достаточно грубо и страстно, как мечтал весь этот день. Она, как и всегда, мгновенно теряла голову от его ласк. Он прижал ее к стене, схватив ее левую ногу и запрокинув ее за себя. Натали застонала, почувствовав, как сильно он ее хочет. Она вцепилась ему в волосы, страстно сражаясь с его языком. Он оторвался от нее на миг, только чтобы сбросить пиджак и расстегнуть ширинку. Джон задрал ей платье, подхватил под ягодицы и сдвинув тонкие трусики, погрузился в нее так глубоко, насколько мог.
Натали закричала, но он тут же накрыл ее рот поцелуем, продолжая движения достаточно резко и немного грубо, словно от этого зависела их жизнь. Он твердил ей, сквозь поцелуй, что она упрямая и сварливая. Но такая любимая. Входя раз за разом, вдыхая ее солнечный аромат и запоминая распахнутые и затуманенные от удовольствия глаза Натали, он сжимал ее ягодицы, притискивая ближе к себе. Она подошла к концу очень быстро, держась за него и шепча ему, что он невыносимый и невозможный. От ее слов и оргазма, он сам улетел вслед за ней в бездну, изливаясь в нее мучительно долго пока, наконец, он не остановился.
— Если и ссориться, то только так, — промолвила Натали, по-прежнему прижимаясь к нему.
— Я не сделал тебе больно? — побеспокоился Джон, тяжело дыша. Потихоньку вышел из нее, чтобы не испачкать ей наряд. Застегнув свои брюки, он опустил ее подол, расправив слегка помятое платье. Но в целом обошлись без повреждений.
— Немного, но незабываемо, — прошептала Натали, приводя его прическу в порядок. К счастью ее помада не оставляла следов, иначе у них были бы серьезные проблемы.
— Прости. Я не знаю, что на меня нашло, — он целовал ее руки, шею, губы, снова возбуждая ее.
— Надо было тогда в казино все-таки наброситься на тебя, — ее зазывная и дерзкая улыбка слаще меда для его глаз.
— После твоего признания мечтал воплотить в жизнь, — признался Джон, надевая и застегивая пиджак. — Побудь здесь. Я разведаю обстановку.
Натали не дала ему спокойно выйти. Ее руки и губы снова возбудили в нем желание. Да что ж за женщина такая! Адреналин усилил ее желание в разы. Превратилась в ненасытную фурию.
 
В коридоре никого не было. Все собрались за ужином. Ну, конечно, все догадаются, чем они там в библиотеке занимались, потому что придут рука об руку немного помятые. Но родня отнесется с шутками. Здесь нет снобов.
Джон уже возвращался обратно, как услышал звон разбитой вазы и вскрик Натали. Недолго думая, он вытащил пистолет из-за пояса, который предусмотрительно брал с собой последние дни, и побежал в библиотеку.
— Ну, давай, красотка! Чего тебе стоит? Сравнишь, кто из братьев лучше!
У него похолодело все внутри от ужаса. Ублюдок Чез наставил пистолет на Натали и схватил ее за горло. Она попыталась выбить пистолет, но он выкрутил руку и прижал к себе, приставив пистолет уже к ее виску.
— Чез, убери пистолет, — потребовал Джон, не задумываясь прицеливаясь в брата. Его сумасшедшие глаза и улыбка и в страшном сне не приснятся.
— О, а вот и ты, братец. А ты в курсе, что твоя девчонка любительница групповушки? Может разделим ее на двоих, Джонни?
— Все хорошо, Джон, — Натали, дурочка, пыталась в таком положении еще и успокоить его. Беременная, чтоб ее!
— Чез убери оружие! — снова потребовал Джон, прицеливаясь. Один малейший промах, и он попадет в Натали.
— А то что? Отец убьет тебя и твою шлюху, если со мной что-то случится и ты зна…
Джон выстрелил, попав ему чуть выше переносицы. Натали отпрыгнула, когда Чез падал сзади нее, боясь, что его пистолет тоже сработает. Затем посмотрела на своего спасителя глазами, полными ужаса.
— Джон! — она подбежала к нему, Джон прижал ее к себе так, что боялся раздавить ее ребра.
— Любимая, все хорошо. Ты в порядке? — он отодвинулся, чтобы убедиться лично. Натали энергично закивала головой. Она дрожала.
На звуки выстрела прибежала вся родня. Мужчины тут же увели женщин подальше, увидев, что произошло. Джон набросил пиджак на Натали и попросил Кьяру отвезти ее наверх в комнату Фанни.
“Комнатой” оказались роскошные трехкомнатные апартаменты, похожие на те, что были на вилле в Палермо. Только гостиная отдельно от кабинета.
Натали сидела на диване в полном трансе, боясь даже думать о последствиях произошедшего. Вместе с Кьярой ее, как ни странно, успокаивали Стефания и Клаудиа.
— Это конец, — все-таки выдохнула Натали, когда отпила глоток горячего чая, принесенного Кьярой. Девушка успокаивающе обнимала ее за плечи.
— Чезаре давно с катушек слетел, — вставила Стефания. — Он давно напрашивался. Вообще странно, как он попал в палаццо.
— Чезаре его брат, а я и не знала, — качала головой Натали, уставившись в точку. — Джон убил брата из-за меня. Теперь отец убьет Джона.
— Не убьет. Джон изначально поставил условие, что он никого не трогает, пока не трогают его семью, — Кьяра подбородком указала на ее левую руку. — А вот это вот колечко у тебя на пальце говорит, что ты тоже его семья. Джону плевать, кто бы это ни был, но свое он будет защищать до последней капли крови.
— Его посадят? — испугалась Натали.
— А разве что-то произошло, чтобы его посадили? Милая, ты в семье Моретти. Здесь каждый друг за друга. Никто ничего не слышал и не видел. Комиссар Моретти подтвердит, — успокоила Клаудиа.
Натали коснулась влажного и холодного лба. Она и забыла, как влиятельна и распространена семья Джона.
— Все верно. Ничего не было. Я позвонил отцу. Сказал, чтобы забирал своего ублюдка отсюда, — появился в гостиной Джон. Совершенно спокойный, хладнокровный. Поправлял запонки на рукавах.
Стефания и Клаудиа попрощались и оставили их втроем с Кьярой. Джон после их ухода слегка расслабился, устало сел на кресло, облокотившись на бедра. В руках держал стакан виски со льдом. Джон никогда не пьет крепкие напитки. Да и вино в крайне ограниченном количестве. Видно, ему тяжело пришлось.
— Это какой-то кошмар, — простонала Натали. Она встала, поддерживая полы пиджака на себе и подошла к фотографиям на стене. На черно-белых снимках люди улыбались и были счастливы. — Ваш отец Тео де Сантис? Он будет мстить, Джон.