Опасное замужество (СИ)

Я не сдержал усмешки под ехидный тон Кэтрин. И это её «наша госпожа»...
— Также я закончила расследование по присутствовавшим на королевском приёме семьям. Выяснила много вкусного, — женщина хитро прищурилась, очевидно, вспоминая особо пикантные детали. — Есть где развернуться. По вашему сигналу я могу провести переговоры с некоторыми из них, в зависимости от того, что вам будет нужно. Как раз в процессе своего расследования я узнала, что в королевском дворце ведутся приготовления к какому-то крупному мероприятию.
— Есть предположения, к какому? — нахмурился я.
Перспектива возвращаться в это узилище без Алисии, которая успокоит и прикроет меня, моментально вызвала приступ мигрени.
— Хм, нет, — в это время ответила маркиза. — Но слуги поговаривают, что всё происходит в большой спешке. Украшают центральный банкетный зал, однако еды заказано немного. Что примечательно, лишь некоторым из аристократии известно об этом. Подозреваю, они узнали так же, как и я — от своих шпионов во дворце. О приготовлениях строго приказано не распространяться, а значит, приглашения пришлют едва ли не перед самим приёмом.
— Это наводит на мысль о не самой приятной особе — очень уж в её духе, — заметил я. Кэтрин только хитро улыбнулась. Очевидно, я попал в точку.
— Если в этом участвуют заговорщики, значит, на приёме непременно будут присутствовать убийцы. Вы же это понимаете, господин? — голос женщины прозвучал непривычно обеспокоенно.
Совершенно очевидно, что мимо неё не прошло произошедшее в тренировочном лагере. Савьер посвящает благоверную во всю информацию едва ли не вперёд меня. Кэтрин наверняка шокирована проворством врага не меньше, чем я. И вряд ли чувствует себя лучше по этому поводу, ведь именно маркиза Литлвуд возглавляет всю мою шпионскую сеть. Её беспокойство обосновано.
— В таком случае вы знаете, что делать, — пожал я плечами; не то, чтобы встреча с убийцами волновала меня больше встречи с королевой. — Проведи людей на приём под видом каких-нибудь дальних родственников, вычисли злоумышленников и устрани.
— Не брать в плен? — несколько изумилась женщина.
Обычно она работала по накатанной схеме: вычислить -захватить-допросить-использовать или устранить. Но не в этот раз.
— Убить всех, — понизил я голос, а Кэтрин замерла в кресле на мгновение. — Я не хочу знать, кто у них главный. Мне не интересно, как и с кем они работают. Они покусились на жизнь единственного принца королевства. Они похитили Алисию. И за это они должны быть уничтожены.
— Непременно, ваше высочество, — маркиза чуть склонила голову и поднялась на ноги.
— Прочие детали я изложу вам в отчёте. С вашего позволения я заберу Савьера и начну приготовления к приёму.
Конечно. И Кэтрин...
— Да, ваше высочество?
— Не будь с ним мягкой. На этот раз он действительно провинился. Женщина сдержанно кивнула и вышла из кабинета.
Как маркиза Литлвуд и сказала, приглашение на королевский приём пришло за пару дней до самого мероприятия. Иногда мне казалось, что я из имения слышу гневные вопли аристократок, вынужденных в срочном порядке выбирать себе туалет для него. Сам же я, благодаря шпионам, был во всеоружии. Оставалось последнее препятствие: приглашение пришло и на мою супругу тоже.
Я какое-то время искал окольные пути для решения этого вопроса, хотя понимал, что это самое решение сейчас гостит у меня. Обеспокоенный взгляд Оливера преследовал меня каждый раз, как я покидал кабинет или спальню.
— Ваше высочество, прошу простить меня, но... хотите, чтобы я побеседовал с графиней на эту тему? — дворецкий стоял в дверях кабинета, наблюдая, как я закапываюсь в документы, откладывая очевидный разговор.
Голова моя болела, потому что я не мог спать. С момента, как похитили Алисию, сон мой становился всё короче и тревожней, пока пару ночей назад не прекратился вовсе. Вплоть до того, что я даже не возвращался в спальню. И как я мог, когда там не было моей маленькой вредной жены? Без её низкого ласкового голоса тревога никак не отпускала, заставляя задыхаться в липкой полудрёме.
 
Иногда ни с того ни с сего накатывала злость, которую у меня не всегда получалось контролировать, ведь направлена она была, в основном, на самого себя. Я злился из-за всего, до чего довела моя невнимательность и заносчивость. А где-то глубоко внутри вгрызался червь самобичевания, шепчущий из своего тёмного угла, что мне не стоило подпускать Алисию так близко. Что я провалился, как монарх, потому что позволил привязанности вывести себя из равновесия. Что уподобился отцу, который загубил королевство из-за слепой любви к наложнице.
А потом, в короткие часы перед рассветом, мне слышался недовольный призрачный голос.
«— Ты ещё не ложился? — шептал он. — О, духи, твоим скрипом от пера пытать можно! Заканчивай уже и пойдём спать!»
Перед глазами всплывал образ жены. Она стояла перед письменным столом, завёрнутая в одеяло, растрёпанная и недовольная, но выражение серых глаз оставалось внимательным и мягким. Маленькие руки с тонкими пальчиками брались за мои, большие и разработанные мечом, и Алисия упрямилась, чтобы увести меня из кабинета и лечь спать.
И тогда появлялось это отвратительное опустошающее чувство, что я не сделал всего, что мог, что-то не проверил, о чём -то не спросил, на какую -то наводку не обратил внимания. Меня трясло от необходимости доделать — документы, приказы, распоряжения — не важно что. Что угодно сгодится.
На фоне этого нескончаемого ночного кошмара разговор с графиней казался раздражающим комариным писком. Отправить дворецкого «ловить комара» было неправильно, но у меня самого уже не было ни сил, ни желания вникать в ситуацию Луизы, проникаться её чувствами или как -то эти чувства беречь.
Потому что Алисия захвачена в плен. Я не знал, где она. Я не знал, что с ней. Так какое мне было дело до переживаний леди де Монофье?
С эти надо было просто разобраться. Я поднялся, вздыхая, направился к двери...
Почувствовал дискомфорт в запястье. Лёгкий, по началу даже не заметный, будто сороконожка пробежала, покалывая кожу своими крошечными лапками. Посмотрел на руку, чтобы понять, что не так... и только рвано выдохнул, наблюдая, как брачный вензель потускнел.
— Н-нет.
Витиеватый узор дрогнул на краях, часть рисунка медленно истаяла.
Воздух внезапно кончился в лёгких. Спазм сдавил горло.
— Ваше высочество?
События последних дней проносились перед глазами, пока я смотрел на размывающийся герб.
«Я. опоздал?»
«Опоздал?..»
— О, Алисия... нет., — задыхался, теряя опору и заваливаясь на стену, возле которой стоял.
— Ваше высочество?! — чьи-то руки подхватили меня под локоть. — Сюда! Кто-нибудь!
Сердце, казалось, сейчас разорвётся. В груди щемило, и я не мог вдохнуть. Перед глазами то темнело, то светлело.
— Мой принц!
— Господин!
«Я потерял её?»
Темно и пусто. Я не мог понять, где нахожусь. Ничего не видел и не мог пошевелиться. Только звуки и прикосновения. Ко лбу, к руке, тихое перешёптывание где-то справа.
— Тело крайне истощено. Я пропишу ему пищевые добавки, припарки и настои трав. Не знаю, правда, как помочь разуму его высочества. Изнурительный умственный труд и шок от последних событий сделали его состояние нестабильным. А физическое перенапряжение усугубило проблему.
— Что с брачным вензелем? — я узнал голос Оливера.
— Сложно сказать: как врач я не сталкивался с подобной практикой. Но на данный момент печать на месте. Впрочем, не могу сказать насколько точно она передаёт состояние партнёра. Прошу прощения.
— Благодарю, доктор.
На некоторое время всё стихло. Ко лбу приложили что -то прохладное и пахнущее травами. Я чувствовал себя немного лучше. По крайней мере, кровавый туман в голове исчез, и в этом состоянии я мог думать, в то время как тело отдыхало.
Значит, вензель на месте. Слава духам. Не знаю, что сейчас происходит с Алисией, но, по крайней мере, она жива.