Опасное замужество (СИ)

Ходы для слуг не были мне знакомы, ведь я избегал их, чтобы не попасться на глаза королевской прислуге, не гнушающейся издевательствами над юными совершенно забытым принцем. И потому сейчас я бежал буквально наугад, ориентируясь только по топоту впереди и по воскликам переполошившихся горничных. В отличие от широких помпезных коридоров эти ходы были узкими и тёмными. Я толкался плечами о стены, стараясь не сбавлять темпа. В какой -то момент впереди возник резкий поворот, который я впотьмах не заметил. Пролетел мимо, вписавшись в угол.
И в этот самый миг из проёма внезапно выскочило лезвие короткого меча. Если бы я замешкался, насадился бы как утка на вертел. Драться моим мечом здесь не представлялось возможным, так что я отскочил в сторону, хватая первую попавшуюся под руку тряпку, что, очевидно, уронили служанки, и наматывая её края на руки. Из прохода вышел невысокий сухопарый мужчина в чёрной одежде и с маской на лице.
«Член Длани».
Не дожидаясь, пока я перестроюсь, убийца напал, совершая стремительные выпады, целясь в живот и ноги. Его рост играл ему на руку. Я мог только уклоняться и отступать, выгадывая момент для перехвата и теряя драгоценное время. Нападающий был чрезвычайно быстр, не удивительно, что он смог уйти от людей Кэтрин. Мгновение задержки могло стоить жизни.
— Посторонись! — раздался знакомый голос за спиной и я тут же прижался к стене, пропуская Рича, который буквально протаранил убийцу огромным ворохом тряпья.
Тот запутался в них мечом и завалился на пол.
— Беги давай, этим я займусь, — мужчина взгромоздился на всю эту кучу сверху и принялся воодушевлённо укутывать противника королевскими кружевными панталонами.
Кивнул, протиснулся мимо и бросился в проём, надеясь, что герцог не успел уйти далеко. Легко было бежать по единственному коридору, а вот когда тот начал ветвиться, стало туго, ведь я понятия не имел, повернул ли противник в какой-нибудь боковой проход или нет, выскочит из-за очередного угла убийца или нет. В какой -то момент я остановился, переводя дух, и понял, что не знаю, куда дальше бежать. Узкие проходы ветвились, будто ходы в муравейнике, и из каждого не доносилось ни звука.
«Проклятье!»
Когда гнев и разочарование почти захлестнули меня, со стороны одного из тёмных коридоров послышались далёкие взволнованные голоса явно кричащих людей. Незамедлительно бросился на звук. И чем ближе подбирался, тем отчётливей становилась ругань.
— Пропусти меня немедленно! — чуть взвизгивая, кричал некий мужчина.
— Приказ принца: никого не выпускать, — отвечал ему другой, совсем юношеский голос. Я припустил со всех сил, ударяясь плечами о стены, теша надежду, что слышу всё верно.
— Ты хоть знаешь, кто я?! Уйди с дороги!
— Мне плевать, кто вы. Приказ принца: никого не выпускать!
Замедлился у самого выхода, осторожно выглядывая из -за угла, чтобы оценить обстановку. В небольшом холле у двери для слуг стояло двое. Спиной ко мне невысокая теперь уже узнаваемая фигура герцога, а вот противостоял ему... мой рекрут, тот самый парнишка, что бросился за помощью, когда на карету напали. Одна щека его алела, очевидно, его светлость пытался пробиться силой. Но оба были безоружны, а мальчик, хоть и был молод, но уже состоял в городском гарнизоне, а теперь вообще завербован в мои личные отряды — просто так не дался.
Ощутив прилив едва ли не родительской гордости за мальца, осторожно вышел из своего укрытия, подбираясь к герцогу. Рекрут меня тут же заметил, но виду не подал, продолжая блокировать выход.
«Молодец».
— Да как ты смеешь, мерзавец! Уйди с дороги немедленно! Иначе.
— Иначе он точно получит медаль за заслуги перед страной, — вынимая меч и направляя клинок на герцога Барнетта, прервал я.
Мужчина совсем несолидно вскрикнул, оборачиваясь.
— Я... ваше высочество, это... недоразумение! — попятился бывший первый советник.
— Арестовать.
— Слушаюсь! — тут же отозвался рекрут, моментально скручивая герцога по рукам.
Тот оправдывался вперемежку с ругательствами, жаловался на жестокость в обращении и пытался всячески перевесить вину на кого-нибудь ещё.
 
— Это всё королева! — вопил он, пока мы шли по коридору обратно в банкетный зал. — Это её затея! Она хотела захватить трон, прибрать власть к рукам! Она заставила меня!..
Он кричал ещё долго, пока мы не дошли до зала. Там стоял гул из переговаривающихся аристократов, которых взяли в кольцо мои люди и королевские гвардейцы. Отдельно кучковалась прислуга, обескураженно и испуганно переглядываясь друг с другом. На постаменте с тронами меня дожидались всхлипывающая Джулия под охраной, Савьер с мечом наперевес и флегматично вытирающий окровавленные руки Ричард. Кэтрин такого внимания решила избежать, оставшись с графиней.
— Ваше высочество, — поклонились мужчины.
При виде нас зал замолчал. В отличие от герцога.
— Королева — предала свою страну! — брызжа слюной, вопил он, дёргаясь в руках рекрута. — Она предала народ и своего короля! Это не я! Меня заставили!..
— Что ты такое говоришь?! — взвилась в ответ Джулия, и стражникам пришлось удержать августейшую особу, чтобы она не побежала выдирать подельнику волосы. — Ты говорил, что любишь меня! Ты клялся, что разделишь бремя власти со мной! Даже ребёнка.
— Рот, — оборвал я.
У Джулии хватило ума замолчать самостоятельно, кусая губы и размазывая по лицу злые слёзы. А вот герцогу благоразумия явно недоставало.
— Как совести хватает на невиновного клеветать? Сама ублюдка нагуляла, а теперь!.. — подоспевший Ричард затолкал окровавленную тряпку, оказавшуюся теми самыми кружевными панталонами, в рот мужчине.
— Сделано, — отряхнул он руки и улыбнулся, наблюдая, как герцогу поплохело после этого.
— Савьер, всех, в чьей невиновности ты уверен, отпустить, остальных допросить, — распорядился я.
— Слушаюсь, командир, — помощник прижал кулак к груди.
— Ричард, займись допросом герцога.
— Я, конечно, только рад, — мужчина улыбался и говорил нарочито громко, — но разве мой принц не лучше владеет пыточным делом?
Я отчётливо увидел, как во взгляде Кэтрин промелькнуло всё, что она с Ричем сделает, как только мы закончим. Но моя репутация сейчас не имела значения.
— Действительно, — я многозначительно взглянул на герцога, который побелел буквально на глазах. — Но я — заинтересованное лицо. Боюсь, его сиятельство отойдёт к духам раньше, чем решится заговорить.
— Резонно, — синие глаза помощника сияли озорством от того, что я поддержал его шалость.
Когда последние распоряжения были отданы, я обратил внимание на кротких, как никогда, аристократов, которые смиренно дожидались хоть каких -то объяснений. Особо впечатлительные служанки тихо плакали в обнимку с более стойкими коллегами. Стража дворца выглядела обескураженной. Я вздохнул.
«В конце концов, они — тоже мои подданные».
Я не спеша снял свою маску, и сделал шаг вперёд.
— Сегодня вы стали свидетелями разоблачения злостных предателей нашего королевства. Они не только посягнули на мою жизнь, преследуя свои корыстные интересы, они лгали и манипулировали вами — своим народом, бесчинствуя в тени болезни короля. Знайте, я не оставлю это безнаказанным. Загляну под каждый камень и найду причастных! Я не позволю творить злодеяния против людей моей страны!
В конце моей пламенной речи маркиз Джаден и члены Совета Герольдов склонили свои головы. Их примеру последовали сначала немногие, но затем все остальные аристократы молча поклонились, а королевские гвардейцы прижали кулак к груди.
— Ах, за живое задел, — зубоскалил Ричард, утирая невидимую слезу.
А я только сильнее сжал кулаки. Осталось немного, ещё совсем чуть -чуть, и я вновь обниму свою милую жёнушку, мою Алисию. Только бы хватило времени.
«Мне предстоит долгожданная охота».
 Большая охота 
 
 ТЕОБАЛЬТ