Его спасение (СИ)

Подъехав к ресторану, мы увидели друзей Макса, Юру с женой, которых пригласила я, Валерия Сергеевича и моего отца. Нам помогли выйти, а когда мой папа меня увидел, тоже пустил слезу, заставив плакать всех остальных.
— Началось, — Наталья всплеснула руками, сама, украдкой вытирая глаза. — Идем, идем, а то опоздаем на регистрацию.
Внутри зал был украшен просто потрясающе. Все было в бело-синих тонах, красивые скатерти на столах, множество цветов по всему залу. Славины ребята даже поставили сцену и пригласили ди-джея. Гости, которые были уже в зале поздравляли и обнимали меня.
— А где Максим? — я вертела головой по сторонам. — Он же не сбежал, я надеюсь?
— Он ждем тебя в конце зала, возле стола с регистрацией, — сказал мне Валерий Сергеевич. — Поэтому ты с отцом остаетесь здесь, а когда включится музыка пойдете туда, — он повернулся к организатору свадеб. — Римма, проконтролируйте, пожалуйста.
— Конечно, Валерий Сергеевич, — она кивнула ему, и он пошел к гостям. — Так, я скажу, когда вы идете, только не бегом, прошу вас.
Я только выгнула бровь и вздохнула. Лично мне ни к чему были все эти традиции, я бы вышла замуж хоть в Новой Гвинее, лишь бы с Максом, но Корнеевы все отмечали с размахом.
Когда из колонок полилась музыка, Римма подтолкнула нас, я взяла отца под руку, и мы двинулись вперед. Я видела людей, которые стали мне так дороги и не переставала улыбаться. А затем я увидела его: Максим стоял в темно синем костюме и смотрел на меня глазами полными восхищения.
Отец подвел меня, поцеловал в щеку, и я встала напротив Максима, отдав букет Насте, стоящей рядом. Мы решили немного отойти от традиций и произнести клятвы перед тем, как надеть друг другу кольца. Первым начал Максим.
— Лера, — он взял меня за руку. — Ты спасла мне жизнь, ты возродила мою душу, снова дала надежду на счастье. Я больше не вижу своей жизни без тебя, хочу быть рядом с тобой каждую секунду своей жизни, видеть твою улыбку и слышать твой смех. Я люблю тебя и буду любить до последнего вздоха. Всегда.
— Максим, — сквозь слезы начала я. — Я думала, что никогда не смогу влюбиться, что для меня в этом мире нет любви. Но встретив тебя, я поняла, что ошибалась. Ты подарил мне веру, показал мне, что такое любить, защитил меня. Я люблю тебя и буду рядом с тобой, несмотря ни на что, буду любить тебя до конца своей жизни. Всегда.
Мы поставили подписи и надели друг другу кольца. Зал взорвался оглушительными аплодисментами и криками “Горько!”. Мы с Максимом поцеловались, а затем он поднял меня на руки и закружил. Повернувшись к гостям, мы увидели плачущих родителей, которые кинулись к нам обниматься.
— Дорогая моя, я так рада за тебя, — мама рыдала у меня на плече.
— Мам, такое ощущение, что это ты беременна, а не я, — я засмеялась. — Плачешь больше чем я.
Приняв от всех поздравления, мы сели за стол. Тамада начал какую-то речь, а потом со всех столов начали подниматься гости и говорить тосты. “Горько!” слышалось каждую минуту, и у меня заболели губы от постоянных поцелуев. Когда пришло время нашего танца, мы вышли в середину зала и нам включили музыку. Танец мы с Максимом разучивали пару недель, чтобы не оттоптать друг другу ноги, поэтому все прошло более менее сносно.
Ребята подходили к нам и поздравляли, также дарили подарки.
— Лера, Максим, поздравляю, — Слава обнял нас. — Лер, я хочу тебя познакомить, — он показал на парня, стоящего с ним рядом. — Это Рома, мой давний друг. Он уезжал из страны, теперь вернулся.
— Очень приятно, — он протянул мне руку. — Поздравляю вас, ребята.
— Спасибо, а ты надолго в Россию? — рассматривала я рому.
— Насовсем, — он улыбнулся. — Закончил работу в Европе, набрался опыта, так сказать, и снова на родину.
— Рад вернуться? — спросил у него Макс.
— Да, я очень скучал и по людям, и по этому городу, — ответил ему Рома.
Когда они отошли, я повернулась к Максу:
— Ты знал, что он его приведет?
— Да, — он склонил голову. — Совсем забыл тебе сказать из-за всех этих событий.
— Мда… — я прошлась глазами по залу. — Вот ему не поздоровится, если он решит подойти к Насте.
 
Макс только хмыкнул.
— Дорогие друзья, — услышала я голос ведущего. — Речь хочет произнести отец жениха.
Мы повернулись к сцене, где уже забирал микрофон Валерий Сергеевич.
— Сын, Лера, — начал он. — Я поздравляю вас с этим прекрасным днем. Хочу сказать, что я счастлив, что эта прекрасная девушка вошла в нашу семью, — на этих словах я улыбнулась и смахнула слезы. — Я желаю вам долгих лет жизни, счастья, детей побольше, — по залу пронесся смех. — А для того, чтобы было где их растить, я дарю вам дом, — он показал ключи. — Двухэтажный, с пятью комнатами, ремонтом и недалеко от моего.
Гости начали аплодировать, а я закрыла рукой рот, пытаясь скрыть изумление. Валерий Сергеевич спустился к нам, обнял и вручил ключи.
— Спасибо, папа, — я поцеловала его в щеку.
После свадьбы мы с Максом поехали в свадебное путешествие по Европе, которое растянулось у нас на два месяца. Мы посетили все достопримечательности, сделали безумное количество фотографий и накупили много сувениров и подарков. Мой живот уже заметно подрос, и малыш начал толкаться, поэтому каждый вечер в гостинице перед сном Максим ложился на него головой и слушал.
Вернувшись, мы все-таки решили принять предложение Валерия Сергеевича и переехали в дом, который он нам подарил. Квартиру Макса мы решили оставить нашему будущему ребенку, поэтому не стали ее продавать. Обустроившись, я стала проводить больше времени с Настей и Натальей, которые активно готовились стать тетушками и таскали меня на разные курсы будущих мам.
Настя наконец завершила ремонт своей клиники, открылась и уже вовсю работала с пушистыми клиентами. Клиника процветала, она набрала неплохую клиентуру и хотела расширяться. В ее личной жизни тоже произошли большие перемены, но это уже совсем другая история.
Кошмары Максима ушли, он начал больше спать и полностью восстановился. Поэтому он пошел работать в офис к отцу, решив, что достаточно сидел дома и вполне может вернуться к нормальному рабочему ритму, чему был очень рад Валерий Сергеевич, потому что скоро собирался уходить на покой. Он принялся усиленно вводить в бизнес сына, и кстати, Максим неплохо справлялся. Они смогли добиться расширения поставок, а также построили еще несколько филиалов по всей стране.
Пол ребенка мы так и не стали узнавать. Максим был уверен в сыне, а мне было неважно. Спустя четыре месяца после переезда у нас родился сын, которого мы назвали Григорием. Возле роддома меня встречали все: родители, друзья и коллеги с работы. Кстати, на работу я все-таки вернулась, до рождения Гриши я сидела в офисе, а после уже работала как раньше.
Прошло еще два года, Валерий Сергеевич наконец ушел на пенсию, оставив компанию на сына, и они с Натальей часто проводили время у нас.
— Гриша, смотри как дедушка умеет, — он взял внука на руки. — Он так похож на Максима в детстве, — говорил мне Валерий Сергеевич, когда мы сидели во дворе нашего дома.
— Кстати, ни разу не видела его детские фотографии.
— Привезу тебе завтра, — кивнул он мне.
— Посидите с ним, — я встала с кресла. — Сейчас вернусь.
У меня была большая задержка, поэтому сегодня я купила тест и хотела проверить свои подозрения. Зайдя в туалет, я распечатала коробку, а спустя несколько минут уже держала результат в руках.
Выйдя из уборной, я услышала, как открываются ворота и въезжает машина Макса. Поприветствовав мужа, мы все пошли в дом, где уже пахло вкусной выпечкой Натальи. Они поужинали с нами, помогли уложить Гришу спать, и пообещали навестить нас через пару дней.
— С фотографиями, — напомнила я Валерию Сергеевичу.
После мы с Максом сели во дворе, он вынес бутылку вина, открыл и разлил его по бокалам.
— Что празднуем? — спросила я.
— Сегодня мы заключили сделку, которая выведет нас на мировой рынок, — он чокнулся со мной. — Это совершенно другой уровень.