Реинкарнация (СИ)
«Махами» же на языке Агглов называли воинов или любую другую драку-войну. Кстати говоря, кланы того гиганта в волчьей шапке, давно поклонялись этому великому «Маху». И подражая Асур-Кхану Микелю носили высокие шапки, вот только объемы черепа под шапками у них были маловаты. Отчего у них повсеместно были распространены обычаи сжимать головы младенцев между двух перевязанных дощечек. Вынуждая череп такой деформацией приобретать вытянутую форму. Но вот мозгов от этого, к сожалению, совершенно не прибавлялось, а скорее даже наоборот.
Они жили в городах-крепостях в горах и называли их «Кала» — эдакие временные «Столицы Воинов», когда они не кочевали по степи в завоевательных войнах для Солтаната. Повелитель очень часто пользовался их услугами, поскольку лучших воинов и головорезов ему было не сыскать во всём известном мире.
Отстегнув от своего пояса связку ключей Солтан отворил дверь и взошёл на небольшую площадку, уходящую вниз по винтовой лестнице. Спуск настолько глубокий и окончание лестницы терялось в темноте. Он не стал зажигать факел так как знал, что спускаясь нужно лишь держаться за перила, а дальше уже будет свет. Лестница уходила на глубину превышающую, высоту самого дворца и вскоре Солтан оказался внизу.
Едва он ступил на пол коридора уходящего в даль, как всё вокруг засветилось мягким и приятным светом. Казалось светятся сами стены, пол и потолок, никто не знал откуда исходит свет. Солтан поначалу принимал свет за колдовские силы и сильно боялся, но потом вполне привык. Знал он только то, что тоннель построен богами, ещё до того как они оказались вынуждены покинуть Кхан-град. Тоннель проходил глубоко под улицами Кхан-града, протянувшись от дворца и заканчиваясь в подземном мавзолее Асур-Кхана Микеля.
Дворец назывался «Сары-Ай» в честь «жёлтой Йу» на небе и являлся земной резиденцией Богов в прошлом. Многочисленные рабы, до восстания в Кхан-граде, с презрением именовали дворец «жёлтый дом». Так знали, что их сумасшедшие мучители живут в этом дворце на берегу пролива.
Длина подземного коридора не превышала шестисот метров и Солтан не успел запыхаться, прежде чем предстал перед массивными дверьми, обитыми толстыми листами металла. Он нащупал у себя на груди ключ и снял её со своей шеи. С ним он никогда не расставался и всегда держал при себе, даже когда мылся. В слабых потоках света исходящих от стен, на ключе блестели драгоценные камни, инкрустированные в затейливые узоры на его завитках.
Дрожащими руками вставив ключ в замочную скважину, символично сделанной в форме морской раковины, он с усилием провернул её. Затем нажал потайной рычаг на головке ключа и ещё раз провернул. Механизмы зашумели внутри дверей и стен, отпирая свои засовы, а затем с шумом отворился проход внутрь сокровищницы. Солтан каждый раз поражался толщине дверей и силе тех механизмов, двигавших такие неподъёмные створы ворот.
Сокровищница выполняла несколько функций, как место для хранения государственной казны, так же как и мавзолей-усыпальница для Асур-Кхана Микеля. Правда, хранилищем казны она стала гораздо позже, прежде всего она была местом погребения величайшего Небожителя в истории.
В хранилище вокруг него расположились тщательно укреплённые сундуки, наполненные золотыми монетами. В каждом сундуке их было ровно столько, сколько нужно для четырёх человеческих жизней с населением небольшого городка. При мысли об этом сердце Солтана сжималось от тоски, а глаза наполнялись слезами. У него было так много денег, но он уже не мог купить на них ничего, что могло бы принести радость и счастье для его души. Поскольку в мире уже не осталось ничего, чего бы он уже не попробовал. Ну разве что маленьких бородатых и волосатых карликов на краю империи, о которых он слышал во дворе, но никто ещё не мог поймать хотя бы одного из этих подземных жителей и предоставить его перед очами повелителя.
Здесь царила прохлада в любое время года, поскольку мавзолей-хранилище находился под толщей морской воды, приводимой через каналы из залива. А уже сверху над водой, был построен огромный купол из мрамора, куда все приходили почтить память своего хера-господина. Точнее туда всех сгоняли насильно, дабы они пропитались энергетикой страха, источаемой мумией Асур-Кхана и прониклись трепетом и благоговением, уже перед мертвой мумией с огненными волосами.
Солёная вода не только предотвращала попытки проникновения в мавзолей, сверху через пол купола, но и являлась аккумулятором, собирающей эманации мёртвого Асура. И они в свою очередь, отражаясь от округлых стен и потолков надземного купола, превращали прихожан в отупевшее и блеющее от страха стадо.
Вот почему власть Солтана, имеющего на голове шапку Асур-Кхана Микеля, являлась настолько безоговорочной. Именно благодаря той силе, что по-прежнему хранили в себе кости мертвеца, симпатически поддерживающих связь с бывшими вещами Асура. Так что по сути Солтан являлся живым воплощением этого бога, можно сказать его земным аватаром. Ведь в «жёлтом доме» так принято, «кто первый надел шапку Асура, тот и Солтан» — любил оправдываться нынешний владыка.
Он затаив дыхание подошёл к золотому саркофагу, всё тот же мягкий свет вокруг, освещал его высокие стенки. Солтану потребовалось бы сделать шесть-семь шагов, чтобы пройти вдоль неё от головы к ногам мумии. Крышка саркофага анатомически повторяла очертания тела Асура, копируя даже позу лежащего внутри. Солтан никогда не открывал крышку и не заглядывал во внутрь неё. Во-первых, она была слишком тяжёлой и запечатанной, а во-вторых он знал, что за наказание последует после такого проступка. Смерть представлялась самой лёгкой и желанной из всех возможных.
Руки на барельефе крышки были сложены на груди. В углублении в ладонях, мрачно сиял тёмный кристалл, озаряя вокруг себя переливающимся ореолом света. Насколько было известно Солтану от своих кураторов, именно этот неровно огранённый камень с матово-чёрным блеском, являлся ключевым элементом, высасывающим из мумии и распределяющим наружу излучения страха и подчинения.
Без камня вся эта архитектура оказывала свой эффект лишь в пределах купола. За счёт огромной силы сокрытой в камне, эманации скапливаясь под центром купола, выходили через излучатель на его вершине и покрывали собой огромную территорию. Тем самым обеспечивая властодержцу, овечью покорность и смирение жителей, со всех завоеванных территорий.
Только на местах требовалось построить такие же здания поменьше, своей архитектурной формой повторяющие стиль мавзолея Асур-Кхана. Разумеется копии действовали только лишь за счёт симпатического резонанса и волновой связи, между стержнями на вершинах куполов. Поэтому мавзолеи-копии являлись более слабыми и никакого магического камня под ними не имелось. Хотя под ними часто хоронили какого-нибудь Кхана из числа людей, для усиления силы подавления воли покоренных.
Здесь же, под водой в мавзолее, на пьедестале хранились особые атрибуты власти Асур-Кхана. А именно Жезл и Шар, символизирующий собой небесную Йу — недоступную для смертных обитель Богов. По преданиям, именно с помощью жезла, их господин мог на расстоянии управлять своим восьминогим конём. Известного среди людей как «Скай-Патер», то есть «Небесный Отец». А самого Асур-Кхана Микеля за это нарекли именем «Юсвет Долгорукий», намекая на его дистанционное управление «Летающим Конём»
Солтан снял с головы шапку и провёл пальцем по фигурке на его вершине — птица символически изображавшая Петуха. Точно такая же птица украшала вершину надводного купола. Можно сказать, что шапка представляла собой копию мавзолея в миниатюре, только сделанную из золота и драгоценных камней.
Глава 26 История Хэиба рассказанная кузнецом
Тем временем кузнец продолжил рассказ:
— Ну вот, как я и говорил, мы с ним с детских лет выросли вместе. Его жена умерла при родах сына. Младший долгожданный мальчик, радость для отца и горе для мужа. Тяжело пришлось ему одному, надо их накормить, присматривать и ухаживать за ними.