Кто тут хозяйка? (СИ)

– А чаво взамен надо? – мрачно и недовольно буркнуло чудо-юдо из-за куста. 
– Да чаво с тебя возьмешь-то, – я рассмеялась, – спасибо скажешь и хватит мне.
– Врешь! – буркнули из-за куста. – Шобы ведьма и просто так…
Я махнула Тришу, отжала у него кулек с остатками пирогов и не глядя выудила оттуда штуку и не целясь уронила её с крыльца.
Инстинкты у чуда-юда оказались отменные. Пирог он поймал и вылупился на меня еще сильнее. 
– Что упало, то пропало, – драматично вздохнула я, – то не мой пирог отныне, и да будет так. 
После этого я снова уселась на ступеньку, снова уткнулась в кувшинчик с чаем. Чай был хороший и здорово помогал восстановиться моему пошатнувшемуся душевному равновесию. И вот что мне делать, а?
– Триш, а сколько всего семей Елагиных сейчас живет в Завихграде?
Что-то на задворках моей памяти шевелилось и бухтело, что не одним семейством Софик полнится этот мир.
Крысюк, сидящий рядом и сочувственно пыхтящий, заинтересованно приподнял уши.
– Восемь, миледи.
– И в каких они отношениях с Софик? Они будут на её стороне или нет?
Дворецкий виновато сморщил нос.
– Не могу знать, миледи. Я стал дворецким при леди Улии, а она – не очень общалась с Елагиными. Она вообще ни с кем не общалась.
– Глядя на Софик – я её понимаю, – покосилась за перила, убедилась, что один пирог сопливое чудо-юдо умяло, не глядя кинула туда второй. Весьма отчетливое чавканье сообщило мне, что промазать снова не удалось. Что ж, хорошо, продолжим думать дальше.
 – Нет, с госпожой инспектором нам связываться точно не стоит. Но неплохо бы хотя бы познакомиться с кем-нибудь другим. Вдруг они согласятся провести ритуал? Где живет самая лояльная семья, не знаешь?
Триш задумался, зашевелил усами.
– Есть травники на окраине города, – наконец разродился он, – они живут обособленно ото всех. Не знаю почему. Но так всегда было, еще когда леди Матильда была жива – она писала им письма, приглашала их в гости. Насколько я знаю, они не переезжали. Да и не могут они от ковена отделиться без выкупа.
Ничего себе порядки у ковенных ведьм!
Нет, что-то Джулиан говорил об этом, но вот чтобы так…
Добирались снова на кэбе. Я все еще ощущала в себе лютую слабость и решила дать себе немножко отдохнуть от открывания чудо-дверей. По идее, порталы в пределах одного города – это жуткая роскошь. Если бы меня не припекал вопрос скорейшего получения гражданства вчера – я бы так не тратилась. Уж больно дохлой  я чувствовала себя сегодня.
А так – можно и покататься. Полюбоваться на разноцветные улочки Завихграда, на аккуратные теремки и на каменные двухэтажные домишки. Хороший городок. Красочный. Лучше не придумаешь.
Всегда мечтала жить в таком, на самом деле. Не среди наших серых угнетающих своей одинаковостью многоэтажек, а вот в таком вот городке, цветном, ярком и пестром. Спасибо, дорогая судьба, что занесла меня в этот мир. Даже то, что я здесь умудрилась влюбиться в совершенно неподходящего для этого вампира, не было изъяном Велора. Только моим. Это ж моя дурная голова сделала этот дурацкий выбор.
Из кэба я вышла почти к самым дверям некрашеного, темного бревенчатого дома. Ему и не надо было быть крашеным. В качестве украшения ему служили зеленые плети растений, вьющихся по столбам калитки, по перилам крыльца, на ручке синей двери и на вывеске “Травяной сбор для любой цели”. Причем лозы реально вились, настоящими узорами, чувствовалось, что не просто так росли.
Я толкнула дверь и сама ощутила, как в сердце теплится искорка. Ну ведь… Матильда тоже когда-то была Елагиной, так? Значит, не все они безнадежны. И можно надеяться, что хоть кто-то окажется не как Софик…
Колокольчик звякнул над моей головой, сообщая о моем приходе.
Сообщая кому?
Комната, в которой я оказалась, была темноватой и на диво пустой. Нет, мебель тут, конечно, была. Стол, заставленный банками, ступками и мисками, заваленный вениками сушеных трав, какими-то когтями, глазами, щупальцами… Ох, нет, лучше не приглядываться.
Шкафы, полки, темное зеркало без рамы, висящее у самой двери...
 
– Чем могу помочь?
Я вообще не поняла, откуда она появилась. Темноволосая, гибкая, ясноглазая, в простом льняном платье с широкими рукавами и переднике. Не роковая красавица, но ужасно симпатичная. 
– Доброго вам дня, госпожа Отрада, – Триш шагнул вперед и церемонно поклонился, – возможно, вы меня не помните, я…
– Сарартриш Кориандров, – фыркнула Отрада Елагина, – помню тебя вот таким вот. 
Она расставила руки на расстояние, в котором поместилась бы буханка хлеба.
– Правда я тогда тоже была вот такой, – с отчетливым сожалением Отрада опустила ладонь до уровня чуть повыше колена, – и к тете Матильде нам было позволено ездить в гости только два раза в год. Жаль. Мне нравилось у неё дома. Там всегда было… Много всего. И много кого. Где еще увидишь столько разных… всех.
Она вздыхает. 
Бог ты мой. Нормальная Елагина! Неужели?!
– А ты, значит, Марьяна? – внимательные глаза, темные с золотистыми искорками обратились  ко мне. – Та самая, которая закрыла вопрос вражды с вампирами? Наслышана.
– Хорошего или плохого?
– Ну, госпожа Софик Елагина – старшая ведьма в ковене. Так что сама представь, – усмехается Отрада, но при этом плеваться в мою сторону не спешит, а с интересом разглядывает.
– Старшая ведьма? – это меня обеспокоило. – И насколько её мнение важно для ковена?
– Да уж важно, – Отрада отошла к столу и взялась за ступку с пестиком. В воздухе поплыл ни с чем не сравнимый запах досуха высушенной и растертой в порошок пижмы. Бабуля делала с ней крепкие настои от бронхита…
– То есть, если я попрошу вас провести ритуал установления кровного родства – вы мне точно откажете? – спросила внаглую. – Даже если я предложу вам, скажем… взятку?
Между прочим – я и вправду могла дать деньгами. А то у них ступеньки у крыльца рассохлись, вывеска пооблупилась, вдруг им надо?
Моя собеседница рассмеялась. Даже прямо скажем – расхохоталась, тяжело опираясь на стол.
– А ты вокруг да около ходить не любишь, – выдохнула Отрада, отсмеявшись и вытирая проступившие в уголках глаз слезы, – предпочитаешь сразу брать черта за рога? Восхитительно. 
– Ну так что? – напомнила о своей просьбе. Прямого отказа я не получила, так что…
– Прости, девочка, – Отрада качнула головой, – с этим я не помогу. И дело даже не в том, что Софик наложила прямой запрет это делать. А она наложила. Если честно, ты мне нравишься больше, чем мой ковен. Но я не смогла бы помочь, даже если бы захотела. Смотри.
Отрада приподнимает руку, и широкий рукав её платья падает вниз, обнажая запястье. Запястье, от кистя до локтя обвитое двумя серебряными змеями. Блокиратор магии! 
– У меня был похожий. Но поменьше…
– Временный, – Отрада с грустной улыбкой возвращается к своей ступке, – мой я ношу уже двенадцатый год. И пока не уплачу ковену виру за освобождение – так и буду носить. И до той поры, все что мне позволено из магических ритуалов – медленней стареть. Стареть как ведьме, на один год за пять. И все. 
– Но почему так? 
– Потому что не всем повезло родиться у свободной ведьмы, детка, – Отрада прямо глянула на меня, – тебе повезло. Мне – нет. И моя магия принадлежит ковену. Который я подвела.
Мне даже стало немного неловко. Настолько неловко, что даже язык не повернулся расспросить, а чем собственно Отрада подвела ковен. 
– Ладно, не будем о грустном, – моя собеседница хлопнула в ладоши, – но думаю, тебе стоит подумать еще, Марьяна. 
– Было бы об чем, – буркнула с досадой, – я ведь мало что знаю. Понятия не имею, как еще можно доказать, что моя бабушка была дочкой Матильды ди Бухе. Я и сама-то в этом не уверена.
– Это ты зря, – Отрада встряхнула волосами, – характер у тебя – один в один тетя Матильда. Та тоже – ни за словом в карман не лазила, ни за разменной монетой. А что насчет доказать… А бабушку свою спросить не пробовала? Может, у неё какие-то семейные ценности остались? Обычно каждой дочери что-то да дают, памятное, якорь семейный.