Бессмертные (СИ)

Внезапно останки женщины вспыхнули ярким синим пламенем. Языки пламени, будто вырывались у нее из-под кожи, закручивались и уходили под землю. Всего несколько секунд понадобилось волшебному огню, чтобы не оставить после себя даже горстки пепла.
Боковым зрением я увидел, как бойцы начали подниматься на ноги, хватаясь за голову и растерянно оглядываясь. Всё-таки спецназ тут неплох. Еще не придя как следует в сознание, многие из них тут же рванули в мою сторону. Я поднял руку, показывая, что все закончено. Однако бойцы не успокоились, пока не проверили лично и только после этого пошли помогать сослуживцам. Только двое служителей правопорядка все еще стояли приклеенные к стволам деревьев. Надо бы подойти посмотреть, что с ними.
Неожиданно где-то вдалеке раздался полный боли и отчаянья женский крик, спустя секунду которому начали вторить подобные с разных сторон парка. Несколько мгновений и, словно по команде, мы увидели яркие синие вспышки, после чего наступила тишина. Отлично, всех своих прислужниц она забрала с собой. Правда, внезапная мысль о том, что Софья тоже могла сгореть, немного выбила из колеи, но я нашел в себе силы, чтобы встать и вложить клинки в ножны. Пошатываясь на все еще слабых ногах после влияния паучихи, я доковылял до двух полицейских, которые так и не начали двигаться.
— Вы целы? — Спросил я у них, похлопав одного по плечу. Парень неуверенно кивнул и указал пальцем в сторону сгоревших останков.
— Спокойно, друг мой, это магия, — я усмехнулся и, отлепив их от дерева, взял за грудки и толкнул вперед. Так как следов не осталось, мне нужны будут, как минимум, свидетели моих геройских похождений.
Подгоняя слегка тормозящих полицейских, я добрел до командного пункта и увидел своих ребят целыми и невредимыми. Андрей сразу кинулся в мою сторону, как только увидел меня. Цирк приехал, не иначе. А я самый главный клоун.
— Все. Сворачивайте Шапито. Клоуны разбежались, звери убиты. Это свидетели. Больше в доказательство у меня ничего нет. — Я кивнул на бледную парочку, которая все еще не произнесла ни единого слова во время нашего движения. Андрей только кивнул и подбежавшие люди князя, без разговоров, сразу же сгрузили их в темный фургон без номеров.
— Тебе нужна помощь, — больше утвердительно сказал он, глядя на глубокие царапины у меня на груди.
— Мне нужно в поместье. — Отмахнулся я. — Остальное — потом.
— Вы еще не доложили вышестоящему руководству, — раздался голос генерала у меня за спиной.
— Но пока я еще здесь, уберите его. Иначе пристрелю, как бешеную собаку, — еле сдерживаясь, прорычал я, вспоминая все, что сегодня произошло.
Андрей усмехнулся и, связавшись с кем-то по рации, подогнал прямо к нам княжескую волгу, в которую я с облегчением загрузился, понимая, что действие эликсиров начало подходить к концу. Да уж, ночь обещала быть не менее интересной и приятной, чем вечер.
Глава 25
Мне показалось, что я только прикрыл глаза, как машина уже подъехала к поместью и остановилась. Первые весточки того, что начался откат от двойной дозы эликсиров уже показались. Мышцу на руке свело болезненной судорогой и согнуло словно крюк, когда я потянулся к ручке двери, чтобы открыть ее и выйти из машины. Подождав пару секунд, когда боль немного утихнет, я наконец смог разогнуть руку и открыл эту злополучную дверь. Буквально выползая из машины, я сразу же попал в руки уже дежурившим у пропускного пункта лекарям. Скорее всего Андрей постарался, промелькнула мысль, когда меня против моей воли усаживали в кресло и катили в сторону больничного крыла.
Почти не реагируя на мои протесты и возмущения, в которых я с трудом отстоял свое право хотя бы в душ сходить без опеки и присмотра, меня переместили в палату, находящуюся напротив той, где сейчас лежала Софья.
Лекарь, так же не заставил себя долго ждать. Буквально через пять минут, в дверях палаты уже показался личный врач семьи Романовых. Вошедший в палату словно на поля боя, этот седовласый мужчина тут же приступил к осмотру моих ран.
 
— Раны грязные, нам нужно взять анализы из них, чтобы выявить то, что сейчас разъедает вашу кожу, — Выдал он свой вердикт через пару минут.
— Если нужно, берите. Тут вы командуете. — Я пожал плечами. Если до этого я особо не думал о ранениях, присматриваясь к медсестре, которая строила мне глазки, то после того, как она провела какой-то палочкой внутри одной из ран, залезая поглубже, то больше думать ни о чем я не мог. Боль была настолько сильная, что я стиснул зубы, чтобы не выматериться. Нормальный у них отвлекающий маневр, пока пациент смотрит на смазливое личико, то с ним можно делать все, что пожелает главный лекарь. И ведь орать, и материться при них не станешь. А хочется.
— Фух, а я думал тебя уже спеленали в паучий кокон и теперь жарят на костре, делая шашлык для вечернего ужина, — на кровать бесцеремонно приземлился призрак, после того, как из палаты вышла медсестра в своем миниатюрном халате, унося с собой, наверное, литр моей крови на всевозможные анализы. — Как тебя подрали-то. — Он осмотрел рану и покачал головой. — Но я не думаю, что это что-то серьезное. Моего противоядия должно хватить, если, конечно, не откладывать надолго. Тебе принести?
— Миша, блядь! — прорычал я, стараясь не обращать внимание на очередную волну судорог, которая прошлась по всем натруженным мышцам и судя по всему вот-вот должна была вернутся опять.
— Уже несусь. Ты это, поправляйся. Мне в друзьях другой призрак не нужен, хотя, если было бы с кем поговорить, — он задумчиво похлопал меня по груди как раз в том месте, где зияли открытые раны, после чего услышав мое сдавленное рычание, ойкнул и тут же вышел из палаты с очередным медицинским работникам.
— Софья, она жива? — Обратился я к очередной медсестре, что зашла в палату. — Она должна лежать в соседней палате.
— Извините, мне приказали с вами это не обсуждать. — Смутилась молодая девчонка, лет двадцати на вид. — Вы должны отдыхать.
— Кому я должен, всем прощаю. — Отмахнулся я от ее попыток меня остановить и рывком поднял себя с кровати. — Как же больно, зараза.
Не обращая на потерявшую от такой наглости речь медсестру, я тут же направился к Софье. Благо, мне всего лишь нужно было пройти на другую сторону коридора. В ее палате было темно, лишь небольшой ночник горел на потолке, освещая помещение легким синим светом. Девушка лежала на кровати и судя по дыханию спокойно спала. Ну и слава богу, а то я уже грешным делом начал думать, что она сгорела вместе с Арахной. Значит, моя первая охота в этом мире прошла успешна, для дальнейшего развития — это было очень важно.
— А ну живо в палату, — грозно раздалось у меня за спиной. Приставленная ко мне медсестра хмуро смотрела на меня снизу-вверх, всем своим видом показывая, что она готова применить силу и увести меня против моей воли.
— Мы еще даже не познакомились, а вы уже тащите меня в постель. — Усмехнулся я, позволяя медсестре помочь мне вернутся в палату. — О лучшем вечере я не мог и мечтать. Ой! — перехватило у меня дыхание от резкой боли в боку. — Нельзя пациента тыкать в больное ребро. Вы такая красивая, но такая злая… Скажите, а где вы живете?
Прошло где-то полчаса, прежде чем ко мне снова заглянул главный лекарь. Он выставил передо мной пять флаконов с жидким содержимым, а сам снова начал осматривать раны. Даже я чувствовал, что процесс все еще шел и за время его отсутствия они стали только шире и глубже. Некоторое время он внимательно на них смотрел, после чего наконец решился и приложил руки к моей груди, и закрыл глаза. От его рук разлилось зеленоватое сияние, которое проникало в каждую рану. Сначала было больно, затем боль отступила и пошла прохлада, которая успокаивала горячую кожу. Когда раны начали затягиваться я уже неотрывно следил за процессом. Наконец, он убрал руки и, несколько раз их встряхнув, открыл глаза.
— Ну, молодой человек, анализы показали, что ничего смертельно странного с вами нет. Противоядие, которое вы использовали в прошлый раз готовится и предотвратит дальнейшее отравление, если оно, конечно будет. Здесь зелья, чтобы вы немного отдохнули и ваши мышцы смогли восстановиться. Так же в крови обнаружено довольно много молочной кислоты, поэтому следует ее вывести.