Ахегаум. Том III (СИ)
Вот на такое мероприятие Эш и угодила. Причём во время боя её заставили испытать оргазм… Что привело к поражению брюнетки. И вот, спустя меньше, чем через минуту, Эш, превращённая в блондинистую эльфийку, уже принимала член точной копии прошлой себя — атлетичной короткостриженой брюнетки с большой грудью.
В последствии, Эш поменяла несколько десятков тел. Ей меняли всё — рост, размер груди, цвет волос, глаз и кожи, типаж… Меняли и пол, ведь раз не действовала Система, не действовала и способность «вечная дева». Эш превращали в футанари, давая попользоваться членом на других рабынях… Только чтобы потом снова превратить в девушку и затрахать до потери сознания, тщательно контролируя возбуждение. Иногда, впрочем, это делали и без обратного превращения в девушку…
Отдельным пунктиком у демонов шло превращение в мужчин. Всегда женоподобных, слабых и субтильных. Рабам-мужчинам, или рабыням превращённым в мужчин, никогда не давали пользоваться членом по назначению. Зато их очень любили переодевать в женское и сдавать в свободное пользование рабыням-футанари. Без всяких побед на арене.
Не избежала этой участи и Эш… В каком-то смысле это было даже тяжелее, чем превращение в девушку. Было в этом с её точки зрения что-то принципиально неправильное, запретное. А потому вскоре ставшее желанным…
Наконец, два года в обители демонов подошли к концу. Это случилось абсолютно внезапно. В один прекрасный момент Эш просто поняла — вот он, тот самый момент. И исчезла. Только чтобы очутиться в плену следующей карты наказания.
«Храм» похоти был даже больше демонического замка. Вот только тут не было окон или балконов и никому не позволялось выходить на улицу, так что даже понять, есть ли снаружи хотя бы какие-то декорации было нельзя. Эш очутилась здесь в теле двухметровой мускулистой футанари с длинными рыжими волосами и огромным (по человеческим меркам) членом. И хорошо разработанной задницей — был у парочки демонов какой-то особый фетиш жестко трахать крепких и очень высоких фут или девушек. Куда больше и крепче их самих.
Жрецы тут же сказали, что так дело не пойдёт, и Эш прошла через очередное «перерождение в пламени». Её новое тело было куда менее брутальным. Блондинка с кукольным личиком, грудью четвёртого размера, молочно-белой кожей, голубыми глазами, широкими бёдрами, округлым задком, узкой талией и плоским животиком. Без единого намёка на атлетичность, эдакая стопроцентная кукла для секса с фигурой вида «песочные часы». Ей даже голос сделали соответствующим образу — сексуальным, нежным, и принципиально неспособным выдать убедительную угрозу или приказ.
После этого Эш заявили, что теперь её зовут Люси и устроили обряд посвящение. Обряд представлял собой оргию с остальными послушниками и послушницами (среди которых не было футанари), причём Эш была обязана ублажать всех и всем должна была подчиняться. Вообще, здесь было правило, что каждый следующий неофит был «абсолютным нижним», даже среди других неофитов, и должен был, помимо беспрекословного подчинения жрецам, ублажать всех остальных послушников и послушниц по первому их требованию. Вот только у этого правила был один небольшой подвох — за все три года, что Эш провела в храме, других неофитов там так и не появилось.
Во многом, здесь было куда легче, чем у демонов. Здесь не было постоянной адской жары, были нормальные кровати и вкусная еда. Жрецы и послушники были даже близко не такими монстрами в сексе, тела меняли редко и только по особым случаям (Эш так и осталась все три года без замены тела). Правда, это компенсировалось куда большим количеством тех, кого Эш должна была «обслуживать». А ещё — особыми магическими ритуалами, ежедневно проводимыми жрецами и требовавших «помощи» послушников и послушниц.
Ладно ещё, когда просто требовалась многочасовая оргия для подпитки жрецов. Но вот когда те призывали демонов с щупальцами, демонов-псов или демонов-жеребцов, которых нужно было удовлетворять послушницам…
Впрочем, Эш быстро привыкла и к такому. Просто потому что её в десять раз чаще чем других выбирали быть «демоновой невестой». Причём иногда весёлая свадебка могла длиться днями напролёт…
К концу срока Эш едва узнавала себя и не представляла, как вернётся к восхождению по Ахегауму. Что-то в этом «храме» явно влияло на неё. Она приучилась прислуживать, угождать, прибегать по первому требованию а иногда и опережая его, ложиться под кого скажут, отсасывать и отлизывать как только попросят или хотя бы намекнуть…. И искренне наслаждалась этим. Никогда ещё, ни в одной жизни ей не было так хорошо как здесь, в этом извращённом и больном служении другим…
Но всё имеет свойство заканчиваться, закончился и срок второй карты наказания. Как и в прошлый раз, Эш просто в один момент вдруг поняла, что всё, и перенеслась в другое место.
Оглядываясь назад, Эш могла с уверенностью сказать, что будь порядок карт-наказаний другим, «плена в сердце тьмы» она могла бы и не выдержать. Здесь всё было куда жестче, чем в предыдущих двух картах.
Её запихнули в темницу, посадили в камеру и держали на цепи, как собаку. Каждый день Эш насиловал десяток стражников — уродливых, излишне грубых и жестоких. Это, впрочем, не мешало блондинке получать от их удовлетворения извращённое наслаждение и ярко кончать, что служило дополнительным поводом для насмешек и унижений… С которыми Эш радостно соглашалась.
Через несколько дней она уже радостно принимала пощёчины, с улыбкой поставляла грудь, лицо и рот под струи мочи, не брыкалась, когда её тягали за волосы… И одновременно не могла отделаться от мысли, что что-то было очень сильно не так. Это не она. Она не могла быть… Такой. Не могла стать такой. Но стала. Что-то после храма в Эш словно щёлкнуло, и она уже воспринимала всё происходящее совершенно не так, как раньше. В Ахегауме ей приходилось смиряться с ситуацией, менять мышление, маневрировать и идти с собой на компромисс, отказываясь от некоторых старых убеждений… Здесь же всё произошло само по себе. Не было больше слова «унижение», было только служение и наказание, которое нужно отбыть. И удовольствие, которое можно получить в процессе.
А в новой темнице всё только начиналось…
Вскоре стражники решили, что пленница «готова». На Эш надели металлический ошейник, проткнули соски, вставив в них металлические кольца, соединённые цепочкой, поставили на грудь клеймо, и голышом отправили «работать» официанткой в столовую для солдат. Нужно ли говорить, что официанток в этой столовой любой посетитель мог трахнуть совершенно бесплатно в любой момент времени? Вот только с новыми обязанностями сон в камере и ежедневные развлечения стражников никуда не делись.
С каждым месяцем в «тёмной крепости» находилось всё больше и больше работ, почти все они были крайне унизительны и связаны с сексом. Тело Эш покрывалось похабными татуировками, куда хуже тех, что делал Мэт на своих рабынях.
Были здесь и наказания. За любую провинность, обычно выдуманную или откровенно спровоцированную стражниками, «клиентами» или самим «начальством.» Порка, недели в карцере, пыточные устройства, обездвиживание в людных местах в доступной для любого желающего позиции, «водные процедуры», калёное железо…
Правда всё это ни в какое сравнение не шло с тем, что творили палачи Кея, не говоря уже про некоторые события прошлых жизней Эш. Так что влачила своё унизительное существование девушка практически беззаботно…
Она даже не сразу поняла, что случилось, когда в голове что-то вдруг «дзинькнуло» и её переместило обратно в игровую комнату, где уже ждали Мила, Зана и вражеская команда.
— Эш… — прошептала Мила, — Ты как?
Блондинка закрыла глаза, глубоко вдохнула, выдохнула, прислушалась к своим ощущениям, и снова открыла глаза. После чего сказала:
— Жить буду.
Эш пока не могла наверняка сказать, как именно, но была уверена — пережитое её сильно изменило. Но главное — после возвращения девушка больше не чувствовала той странной блаженной покорности, в которой пребывала последние пять-шесть лет субъективного времени. Она снова хотела забраться наверх, обрести силу, и сполна отплатить Вендуа за всё пережитое в Ахегауме. Она снова была собой, а не прислугой в тёмной обители или храме похоти. И это наполняло сердце Эш уверенностью — теперь всё снова будет хорошо. Снова и навсегда…