Интервьюировать Торна (СИ)

— Вообще я против таких игр, красавчик, но ради тебя могу сделать исключение…
Все! Точка кипения достигнута. Нервы сдали свой пост и ушли не прощаясь, по-английски. Поставив на стол стакан с громким лязгом, я встал, сделал шаг перед, и со всего размаха врезал промеж глаз.
Схватившись за нос, он на пару секунд растерялся, а потом, воскликнув «какого черта», подорвался, проредив мне в корпус, а я понял, что последние три стакана виски явно были лишними. Удар в солнечное сплетение я пропустил, согнувшись и пытаясь сделать глоток воздуха. Но если этот пид… нехороший человек думал, что на этом мы закончим, то он очень сильно ошибся. Прямо как я, когда захотел сменить бар.
— Что за херню вы тут устроили? Хотите драться — идите на улицу! — послышался чей-то голос, но я не придал этому значения и даже не вслушивался.
Придя в себя через секунду, я выпрямился, снова начиная атаковать. От удара по почкам он уклонился, но пропустил другой… Наверное не думал, что драться можно не только правой, но и левой рукой, причем одновременно. Идеальный апперкот в челюсть отправил моего противника на пол. Уже шагнув ближе, чтобы окончательно нокаутировать этого долбаного гея, я был остановлен. Кто-то жестко вцепился мне в плечо, не давая сделать шаг.
Помните, я говорил, что нервы были натянуты до предела? Так вот, они снова сыграли против меня. Практически не осознавая, что творю, я ухватил эту руку, присел, и рывком потянул ее вперед, наблюдая, как красиво полетел через зал еще один нехороший человек, вздумавший тянуть ко мне свои грязные гейские ручонки. И только когда приземление этого космонавта состоялось возле ближайшей стены, заметил, что это был не очередной мой поклонник, а бармен.
А между тем, местный властелин бухла и стаканов пошевелился и начал подниматься. Из ниоткуда появилась охрана, со своих мест вставали даже некоторые здешние завсегдатаи…
Кажется, сейчас начнется коллективное избиение… Зашибись отдохнул и собрался с мыслями!
***
В себя я пришел в какой-то подворотне. Наверное, недалеко от бара. В памяти всплывали флешбеки о том, как на меня навалилась толпа. Кто-то проредил мне в глаз, кто-то пинал в корпус, кто-то, кажется, даже разбил бутылку о мою голову. И не жалко людям добро переводить?
Со стоном поднявшись, я начал проверять карманы. Телефон был на месте, хотя экран безнадежно треснул. Ключи тоже обнаружились в кармане. А вот кошелька при себе уже не оказалось. Ладно, не жалко. В конце концов, возместить ущерб бару из-за драки, которая началась по моей вине, действительно нужно. Я бы и сам оставил необходимую сумму.
Но в следующий момент до моей все еще пьяной и контуженной из-за нескольких ударов о барную стойку головы дошло, что в кошельке была не только наличка, но и банковская карта.
Судорожно войдя в приложение, я с облегчением вздохнул. Все деньги были на месте. Впрочем, возможно, это ненадолго. Безжалостно набрав нужную комбинацию, я заблокировал карту, но уже через секунду с силой хлопнул себя рукой по разбитому лицу.
Идиот! Клинический кретин! Мало тебя башкой приложили! Нужно было сильнее! Может быть, хоть тогда соображать начал бы.
Мои поспешные действия привели не только к тому, что мне хорошо наваляли по роже, но и к тому, что я остался на другом конце города без денег. Кошелька нет, карта заблокирована. И как мне добраться домой?
Тщательно обшарив карманы, я нашел только какую-то мелочь. На такси явно не хватит. Ладно, буду надеяться, что в Сиднее еще остались доверчивые люди…
Выйдя на почти пустую дорогу, я начал ловить такси. Когда я так в последний раз делал? Не помню. Всегда было удобнее заказать через приложение. Вообще услугами таксистов я пользовался только когда отправлялся в бар. Все остальное время я предпочитал сам садиться за руль.
— Довезешь до Марриквилла? Оплата на месте, нужно будет заскочить в квар…
Таксист меня не дослушал. Что ж, понимаю и даже не осуждаю. Второй поступил так же. Как и третий, и четвертый. Выругавшись сквозь зубы, я побрел по дороге, ища глазами автобусную остановку. Интересно, общественный транспорт в такое время вообще ходит? Вроде еще не сильно поздно — вечер, а не ночь. Может, что и проедет. А если нет, то популяция бомжей сегодня пополнится.
 
Через пять минут неспешной ходьбы, я все же нашел остановочный пункт и с кряхтением уселся на лавочку, прислонив голову к стеклу остановки.
Новозеландские боги! Наконец-то тишина и спокойствие. Все, Кинг, никаких больше баров! Виски можно и дома выпить. Нужна компания на фоне? Включи телевизор и больше не выпендривайся!
— Нет, ну вы посмотрите на него, люди добрые! — раздался почти над ухом визгливый голос.
С неохотой приоткрыв глаза, я увидел женщину неопределенного возраста и национальности. Даже ее пол я определил скорее по голосу, а не по внешности. Она продолжала визжать, практически брызжа слюной и уперев руки в необъятные бока.
— Чё тебе надо? — недовольно буркнул я.
— Мало нам, значит, тут своих попрошаек, так постоянно новые появляются! Ты чего тут расселся своей грязной задницей? А ну иди отсюда! — орала эта сумасшедшая и даже начала пихать в плечо, стараясь столкнуть с лавочки. Не выдержав такого издевательства, я вскочил, заорав на нее в ответ.
— Да отстань ты от меня, ненормальная!
— Это ты меня ненормальной назвал?! Алкаш конченый! Да от тебя же перегаром за километр разит!
— Это потому что я пил, дура! — выпалил я, понимая, что напрашивается очередная драка. Причем здесь я снова получу по роже, потому что защищаться, увы, не смогу. Бить женщин, даже таких, было не в моих правилах.
Но смертоубийству не дано было состояться. Рядом с визгом затормозила машина, окно переднего сиденья опустилось, и из него выглянула симпатичная девушка.
— Подвезти, красавчик?
Смерив незнакомку взглядом, я понял, что хуже уже не будет. Даже если она серийный убийца, мне пофиг. Все что угодно, лишь бы убраться от этой визгливой тетки. Под ее нескончаемые крики, я запрыгнул на переднее сиденье и коротко скомандовал:
— Гони!
Красотка не стала упрямиться, ударив по педали газа. И только проехав пару кварталов, повернулась ко мне, окидывая каким-то странным взглядом, в котором смешалось сочувствие, задор и почти нездоровый интерес.
— И кто тебя так? Только не говори, что эта «барышня» постаралась.
Как именно она назвала местную сумасшедшую, я не понял, но общий смысл все же смог уловить.
— Пид… гхм… очень злые и агрессивные люди с недотр… с хронической депрессией. В общем, не она, — недовольно буркнул я.
— Тяжелый день? — понимающе кивнула она.
— Не то слово, — протяжно протянул я, а потом взорвался. — Вот скажи, у меня что, на лбу написано, что я гей?
— Написано, — серьезно кивнула она. — А откуда столько злости? Переживаешь, что некрасиво получилось? Так я могу поправить! — с энтузиазмом откликнулась она. — У меня как раз фломастер подходящий есть. Голубенький…
Пару секунд я осознавал ее слова, а затем вцепился в зеркало заднего вида, поворачивая его на себя, и взвыл. Эти придурки действительно оставили у меня на лбу послание. Впрочем, написано там было вовсе не «гей». Этим словом тоже называли людей нетрадиционной ориентации, но цензуру оно явно не проходило.
— Да твою ж мать! — выругался я сквозь зубы.
— Так что, достаю фломастер? — спросила незнакомка, но услышав, как я зарычал, фыркнула и перевела тему. — Ты так и не ответил, за что тебя так?
— Вообще-то, это я начал, — вынужден был признать я, пытаясь пальцами стереть надпись на лбу.
— Веселая у тебя программа на вечер, — уважительно кивнула брюнетка.
— Да что ты понимаешь?! Три гребаных дня меня преследуют геи! Вот что им всем от меня понадоблюсь?
— Ну подумаешь, увидели твою симпатичную мордашку… как мимолетное виденье, как гея чистой красоты… — на распев произнесла она. — Короче, влюбились несчастные, а ты жестокий человек, не понимаешь страдания других!