Гранд-адмирал. Том третий (СИ)
Лейтенант Криг Джайнер и его подчиненные, потеряв одну машину, заставили «ашки» заниматься несвойственным для них делом — обороняться.
Ракета прошла метрах в десяти от «Скимитара», а затем бомбардировщик выскочил из зоны перекрестного огня — без единой царапины.
Томакс сумрачно усмехнулся. Он запоздало сообразил, что у него в бомболюке остались еще «гостинцы». Оба ботанских корвета вертелись на расстоянии тридцати единиц от нынешнего положения бомбардировщика, беспомощно кувыркаясь в надежде исправить свое бедственное положение. Интересно, а как они намерены это сделать, когда у них больше нет двигателей?
— КДП «Химеры» — «Ятагану-Лидеру», — послышалось в наушниках шлема. — Гранд-адмирал выражает вам свое высокое одобрение.
А лучше б доставили побольше ракет. Да прямиком в бомболюк.
Но все равно — комментарий грел душу.
— Новое задание, — продолжал диспетчер. — Приготовьтесь нанести удар.
— «Ятаган-Лидер» — КДП, — отозвался Томакс, положив машину на правую плоскость, избегая удара вышедшей «в лоб» «ашки» и одновременно распыляя ее своей очередью. — Готов к выполнению задания.
* * *
Если бы это происходило в атмосфере, то можно было бы сказать, что перехватчик Джайнера свалился на свою жертву с пронзительным визгом атакующей хищной птицы.
На самом деле все гораздо прозаичнее.
Звук в вакууме не распространяется.
Но от этого никому не легче.
Пушки машины лидера «Серого крыла» выжгли черное пятно на броне ударного крейсера.
Уже завершая «горку» и уходя на вираж, Криг всадил очередь в подвернувшуся башню.
К сожалению, взрыва не наблюдал, но стрелять башня перестала. Промчавшись мимо нее еще раз, лейтенант ухмыльнулся — он начисто срезал стволы турболазеров.
Он перешел к преследованию очередного противника.
«Ашка» отчаянно боролась за свое существование, то и дело намереваясь уйти в отрыв, но, кто ж ей позволит?
То с одной, то с другой стороны пилотов охаживали зеленым или золотисто-алым огнем.
«Ашка» шарахнулась в сторону, избегая турболазерного выстрела с «Химеры» — и в этот момент Криг выпотрошил вражескую машину короткой очередью.
И сразу после этого ушел «вниз», не позволив машине пострадать, пролетев сквозь облако обломков.
Прямо по курсу прочертили алые лучи — и следом промчалась «ашка». Комэск нажал на гашетку — но добился лишь одного малозначительного закопчения на броне.
Противник уходил в сторону, забирая ближе к своему материнскому кораблю.
Оставляя после себя обломки одного из перехватчиков Джайнера.
Итого, он потерял уже двоих.
Он сделал пометку на сканере.
— Эскадрилья, — обратился он к своим пилотам на соответствующем канале, — этот — мой.
Смерть своих пилотов нельзя оставлять безнаказанной.
Особенно, когда у тебя под началом половина подразделения — пилоты с минимальными летными навыками. Они участвовали в нескольких сражениях, но не более того. Этого мало, чтобы «заматереть».
А теперь им и вовсе не стать асами.
Как и тем ублюдкам, которые их сбили.
Судя по опознавательным знакам на обшивке, сейчас он гнался не просто за пилотом-асом, который сбил несколько десятков имперских пилотов.
Он вышел на противоборство с командиром эскадрильи.
Его пилоты находились в режиме «свободной охоты», попарно атакуя противника. При этом, в атаку заходили новички — их теперь всего четверо осталось. «Ветераны» же сторожили пространство, позволяя молодежи набраться опыта.
Похоже на то, что у пилотов противника неважно с выучкой — маневры стандартные, шаблонные, словно у них перед глазами учебники. Судя по всему — недавно за штурвалом. Тем легче — на таких проще охотиться.
А вот их командир…
Криг кинулся в погоню, выстрелил еще раз, вновь нарисовав на броне «ашки» черное пятно почти в том же месте, где и в первый раз. Противник начал забирать вверх, пользуясь ускорением, чтобы выполнить «мертвую петлю» и зайти Джайнеру в хвост. Комэск «Серого крыла» выровнял машину, перевернулся и встретил завершающего маневр противника огнем из всех орудий.
Скорлупа кокпита «ашки» лопнула, как разбившееся яйцо.
Внутри полыхнуло огнем — взорвалась аппаратура.
Машина продолжила свой полет, после чего взорвалась — перегрузка систем.
— Ты отомщен, пилот, — негромко обратился к погибшему подчиненному Джанейр. — Вечного полета.
Да, покойник не услышит.
Но это хоть немного снизит боль вины за то, что Криг не дал конкретно этому пилоту всего необходимого для того, чтобы выжить в бою с вражеским летчиком-асом.
Чем дольше он командовал собственным подразделением, тем больше понимал, почему Креб никогда не улыбается.
Погибло слишком много пилотов, прежде чем «Черное крыло» стало элитной эскадрильей.
Слишком многим не было дано тех знаний и опыта, чтобы они выжили в сражениях.
Криг завалил машину в сторону, избегая участи быть распыленным голубовато-белым турболазерным выстрелом ближайшего «Аккламатора-II».
— Сюда иди, — обратился Джайнер к ударному крейсеру, ускоряясь, чтобы побыстрее зайти в мертвую зону артиллеристов. — На меня полезть вздумал?
Поднырнув под «брюхо» корабля, он с мрачной улыбкой посмотрел на приветливо моргающее магнитное поле единственного ангара на корабле.
— Это слишком явное приглашение, чтобы его упустить, — пробормотал он, направляя машину в створ ангара.
А через секунду он обрушил свой гнев на экипаж корабля.
* * *
Получив чувствительную оплеуху, буквально вырвавшую кусок носовой части из корпуса, цель по правому борту начала маневрировать, стараясь отойти с линии огня…
Но не смог — на месте его кормы распухло огромное бело-оранжевое пламя.
Сфера огня расширилась, едва не поглотив своим светом весь корабль.
Сработали системы поляризации иллюминаторов, спасая наши глаза от временной слепоты.
Когда излучение снизилось, оказалось, что у корабля отсутствует хвостовой «плавник». И половина двигателей.
Краем глаза я заметил, что на тактическом мониторе рядом с «Химерой» появилась крохотная точка.
— «Скимитар» вернулся в ангар на ротацию, — сообщили из «ямы».
— Передать телеметрию — следующая цель — средний крейсер по левому борту, — распорядился Гилад. — «Серое крыло» уже уничтожило там эскадрилью прикрытия, так что…
Пеллеон осекся на полуслове, наблюдая за тем, как внутренние взрывы рвут указанный им звездолет на куски.
Я с интересом наблюдал за тем, как ударная волна выгибает обшивку семисотметрового звездолета, рвет ее словно бумагу, выплескиваясь фонтанами огня в вакуум, где гаснет, лишенная топлива и окислителя.
В гибели звездолетов есть определенный шарм — до тех пор, пока взрывается не твой корабль.
— Сэр, получили уточнение, — к нам приблизился вахтенный. — Лейтенант Джайнер влетел в ангар этого «Аккламатора-II», — он кивнул в сторону обезображенного остова, — и расстрелял топливные танки и склад боеприпасов.
— Шутите, что ли? — вскинулся Пеллеон, уставившись на вахтенного начальника. Который очень сильно мечтал в этот момент провалиться под палубу куда-нибудь до уровня машинного зала. — Какой идиот будет хранить это в ангаре? Еще во времена ВАР это прямо запрещалось…
— Мы говорим о ботанах, капитан, — миролюбиво напомнил я. — Новая Республика никак не связана с уставами и положениями, принятыми в Имперском Звездном Флоте.
Пеллеон секунду молчал.
— В конце концов это не наш корабль, — решил он.
«Ну… теперь-то уж точно».
— Вахтенный, — обратился Пеллеон к стоящему рядом офицеру. — Пометьте себе, чтобы после возвращения на базу старший помощник провел инспекцию на предмет соблюдения противовзрывной безопасности на «Химере».
— Есть, сэр, — отчеканил офицер, повернувшись, чтобы уйти.
— Поправка, — негромко произнес я. — На всем флоте.
Катастрофу легче предотвратить, чем бороться с последствиями.