С добрым утром (СИ)
— Пусти! Я ему эту дубинку в жопу запихну! — доносился приглушённый юбками голос эльфийки.
— Не… надо… в жопу… — пыхтел Болотников, стараясь нащупать девичьи руки и зафиксировать их поплотнее.
Вскоре стало понятно, что это сражение он проигрывает, но на счастье неизвестного владельца дубинки (а также пары десятков мирай, находившихся поблизости), с улицы раздался громкий свист, за которым последовал не менее известный крик:
— Шухер! Мусора!
«Да ладно! Столько лет прошло, а терминология осталась!» — удивился Свят, выбираясь из под юбок и наблюдая, с какой скоростью пустеет таверна. Собирая раненых, нападавшие стремительно утекали сквозь дверной проём, успевший потерять обе створки. Посетители проделывали то же самое, только через окна, предварительно вывернув карманы и не глядя бросая на ближайший стол горсть медных копеек.
Решив последовать общему примеру, археолог хлопнул на столешницу две рублёвые монеты и поспешил к своим телохранителям, уже занявшим очередь у ближайшего окна. Подсадив эльфийку, он выскочил сам, помог выбраться Рику, и вскоре вся компания растворилась в ночных тенях, окутавших задний двор. Несколько минут они петляли вокруг хозяйственных построек, потом продирались сквозь заросли кустарника, и вот Пахом раздвигает штакетины в основательном на вид заборе.
— Значит так! Сейчас идём, не палимся! — просипел Дамдир, доставая из кармана грязный носовой платок и бросая его Святославу. — Особенно тебя касается, благородие. Выглядишь так, словно со стенкой с разбегу целовался…
— Та фсё номально, крофь уже не течёт — прогундосил археолог, с сомнением разглядывая замызганную тряпицу.
— Выбрось эту гадость! — возмутилась эльфийка и попыталась усадить начальство на землю. — Дай посмотрю…
— А ну цыть! — яростно прошипел лысый. — Патруль!..
Пробегая мимо парочки, миловавшейся в тенях от масляного фонаря, полицейский сержант и приданные ему пехотинцы из гарнизона ненадолго снизили скорость. Конечно, воркующие влюбленные в городе далеко не редкость, но тут сразу видно, что господин не из простых — три угрюмых дварфа-телохранителя всем своим видом намекали служивым пробегать дальше. На мгновенье у сержанта даже мелькнула шальная мысль подойти поближе и поинтересоваться, всё ли в порядке. Не то, чтобы он помнил всех городских шишек, но сей господин, как и его спутница, выглядели уж совсем незнакомыми, что вызывало определённый интерес. К сожалению, внизу по улице раздались отчаянные свистки его коллег, так что сержант махнул рукой подчинённым и с некоторым сожалением мазнув взглядом по милующимся, потрусил дальше.
— Фух, пронесло! — с облегчением выдохнул Пахом, провожая взглядом патруль. — Я уж думал, этот свистун до нас докопается…
— Шамое главное ф таких фитуафиях — вефти фебя ефтефтвенно! — важно заметил Свят.
— Не гунди! И сядь уже — дай нос проверю! — яростно прошипела Най'Ла, выдергивая у него платок и бросая его обратно лысому дварфу. — Дамдир, ты свою портянку стираешь вообще?
— Ежемесячно, — ответил тот, ни капли не обидевшись. — Как только в стенку втыкаться начинает, так и стираю. У меня же нет такой разносторонней прислуги, как у некоторых…
— М-м-м-м! — вздрогнул археолог, когда девичьи пальчики забегали вокруг пострадавшей части организма.
— Не дёргайся! Вроде не сломан.
Обхватив голову Святослава руками, девушка прикрыла глаза и забормотала под нос слова лечебного заклинания. Ладони эльфийки окутались знакомым сиянием. Боль в носу моментально стихла, а вместе с ней из головы выветрилась зарождающаяся мигрень и большая часть хмеля.
— Красавица, а мне не подсобишь? А то что-то не слышно ничего, да и в голове звенит неприятно, — робко поинтересовался Рик.
Правое ухо у бедолаги уже успело превратиться в одну большую багровую лепёшку и на этом останавливаться, похоже, не собиралось.
— Хорошо, — вздохнула Най'Ла и перевела взгляд на Пахома, потирающего разбитые в кровь костяшки. — Ты следующий…
Оказание медицинской помощи затянулось минут на десять. Несмотря на подобную скоротечность, выглядела эльфийка не очень — сильно сказывались недостаток опыта и неумение работать с потоками. Фактически, и сейчас, и в таверне, она колдовала за счёт своих собственных резервов, которых, опять же, в отсутствие опыта, могла накопить не так уж и много.
— Ты в порядке? — с тревогой спросил Свят, глядя на побледневшее личико своей служанки.
— Всё хорошо, — слабо улыбнулась та. — Сейчас отдышусь немного, и можно идти.
«Ага, всё просто отлично», — мысленно вздохнул Древний, всерьёз рассматривая вариант взять девушку на руки, однако взвесив все «за» и «против», он всё-таки отказался от этой заманчивой идеи. Поэтому просто обнял её за талию, покрепче прижав к себе. Поначалу Най'Ла вздрогнула и попыталась отстраниться, но быстро сдалась, уцепившись одной рукой за карман сюртука, а вторую положив поверх его ладони. Так они пошли, словно парочка влюблённых, прогуливающаяся при неярком свете уличных фонарей…
— А всё-таки странно всё это, — задумчиво произнёс Болотников на подходе к «Трёхногой кобыле».
— Что именно? — поинтересовалась эльфийка сквозь легкое блаженство и подступающую дремоту.
— Те мужики ворвались в таверну, словно заправские футбольные фанаты. Мало того, что сразу нарвались на драку, так ещё и оружие с собой притащили.
— Не знаю, где это футбольные фанаты себя так ведут, но этим засранцам наверняка Воронеев деньжат забашлял, чтобы они Раде заведение разнесли, — раздался из-за спины голос Дамдира. — А может даже мэр, п…с. Он давно под нашего посадника яму копает.
— Может, — согласился Свят и вдруг встрепенулся. — Погоди, ты что, знаешь, что такое футбол?
— А кто не знает? — в один голос удивились дварфы. — Детишки в каждом дворе мяч гоняют.
--
1. Эпикантус — один из признаков, характерных для монголоидной расы. Представляет собой часть складки у верхнего века, прикрывающий слёзный бугорок.
2. "Возрадуйтесь!" — древнее дварфийское приветствие. Уходит корнями в те времена, когда первые дварфы уходили в забой. Обычно звучало два раза. Первый, когда смена спускалась в шахты: "Возрадуйтесь, новая смена!". Второй, когда рудокопы поднимались на поверхность: "Возрадуйтесь, смена закончилась!". Учитывая, что эльфы не слишком заботились о безопасности своих шахтёров, а смена длились от 12 часов, то оба раза приветствие звучало несколько иронично.
3. Мирай — аналог латинского homo на эльфийском, т. е. «человек», как общее понятие.
4. Рахандир — эльфийский бог ремесла, повелитель вулканов.
Глава 24
— Святослав Владимирович, скажите, а правда что в то время даме достаточно было щёлкнуть пальцами, чтобы сменить свой образ на тот, что она желает в данный момент?
Сидящая по правую руку пухленькая женщина легонько коснулась руки археолога и кокетливо захлопала ресницами. «Когда же это всё закончиться?», — мысленно простонал Свят, чувствуя, как от натянутой улыбки начинает сводить скулы.
— Смотря о каком времени вы говорите, любезная Мария Васильевна, — повернулся он к соседке. — Поверьте, помада, тени и тушь существовали в течении всей истории человечества…
Проснувшись на следующее утро после посещения «Сержанта Уткина», Болотников искренне надеялся провести ближайшие дни в неге и блаженной лени. Все запланированные дела переделаны, основные проблемы решены — так почему бы не расслабиться? «Потому что!» — ответили высшие силы, посмеиваясь откуда-то сверху. Первыми в обновлённом списке насущных дел стали обещанные уроки грамматики и чистописания для Най'Лы. С этим Святослав разобрался довольно быстро — взял линейку и карандаш, разлиновал бумажные листы по ширине и диагонали, после чего со всей аккуратностью выписал в строчки алфавит. Получились примитивные прописи, в которых эльфийка каждое утро, сопя и высунув кончик языка, старательно выводила прописные и строчные буквы.