Изнанка миров (СИ)
Грул тем временем, чуть подумав, продолжил говорить:
— Чушь всё это. Главное — всегда смотри в суть: уровень и ранг карты, тип возможных противников, штраф за непрохождение или гибель во время испытания — это основное. Ты даже не представляешь, по какому тонкому лезвию сейчас прошёл, хотя для тебя ничего ещё и не кончилось.
Это я уже начал осознавать. Эшлин, так звали девушку сильфа, проводящую разведку впереди, мне всё весьма доходчиво объяснила. Или я буду хорошим мальчиком и иду сейчас с ними, делаю то, что мне говорят, и тогда у меня есть шанс выжить, или они прямо сейчас меня убивают и продолжают свою дорогу уже вдвоём.
Учитывая обстоятельства, я решил, что отказываться от столь выгодного предложения крайне глупо.
А Грул, тихо вздохнув, продолжил говорить:
— Мы же не так просто ждали на той площадке. Знали, что сразу после активации карты игра начнёт искать третьего, чтобы заполнить пустое место, создав Дверь измерений, по условию испытания в это место должно было отправиться трое игроков. Мы собирались положить его на месте, чтобы потом спокойно отправиться дальше. Так что твоя удача сейчас тебе впервые помогла, спасая жизнь и не давая испортить аватар на старте. Ты ведь просто не понимаешь, что тебя могло ждать. Штраф за гибель на этой карте: либо пожизненная травма, либо моментальная выплата пятидесяти тысяч эргов плюс утрата части снаряжения и всей полученной добычи. Ладно, что тебе эти наказания. Ни снаряжения, ни добычи, ни эргов — ничего из этого у тебя нет, хотя на моем уровне это серьёзный удар. Потеряй Громовержца, — минотавр любовно погладил двуручный топор, что сжимал в руках, — и мне можно спиливать рога.
Я с интересом посмотрел на именное оружие, но не стал перебивать здоровяка.
— Но травма, особенно пожизненная — это серьёзно. Может, тебе с твоей удачей и повезёт: достанется хромота, не приятно, но жить можно. Эргов накопишь со временем, найдёшь хорошего целителя, и он сможет тебе снять недуг, а если слепота — это всё, считай, конец. После этого можно стирать свою проекцию и передавать Ключ кому-то более счастливому, чем ты, потому что эргов на её исцеление заработать ты уже, в принципе, не сможешь.
Я ещё хотел о чем-то спросить, но из темноты серебристой стрелой выбежала Эш, крикнувшая Грулу:
— Готовься! — не останавливаясь она длинным прыжком взлетела на разрубленную колонну и вскинула свой короткий лук. Между его концами возникла созданная из света тетива, тускло горевшая в темноте, а на ней тут же возникла похожая на маленькую молнию стрела. Грул не глядя отбросил меня в кучу камней с остатками мусора и крикнул:
— Спрячься и не мешай, главное, постарайся выжить.
Тем временем над шерстью, покрывавшей его тело, пробежали огоньки искр. Глаза налились кровью, он яростно начал взбивать землю копытом, раскручивая перед собой топор, а после взревел. Эш не теряя времени выпустила в темноту несколько стрел, сверкнувших молниями в темноте.
А я, наконец, сумел разглядеть, кто на нас нападает. Вперёд выступили невысокие фигуры существ. Мне даже оказалось сложно понять, что это такое? Какая-то мешанина из рук, ног, словно их слепили из фрагментов тел других существ, затем всё это укрыли таким же экзотическим подобием доспеха. На одном существе виднелась кираса с почти сквозной дырой в груди, на голове существа надет шлем близкий к тому, что носили в фильмах испанские конкистадоры, а сразу в трёх руках зажато разнообразное оружие: шпага, короткий слегка ржавый нож и непонятно зачем крестьянский цеп. Второй и вовсе схож с кентавром: тело с четырьмя ногами, кабанья голова и массивная алебарда в руках.
Какое-то безумие, из темноты появлялись всё новые существа, словно какой-то сумасшедший доктор пытался наспех создать себе армию из подручных материалов, используя тела погибших людей и животных, а потом как-то сумев это оживить. Мёртвые тела существ, смешанных и перемешанных между собой, неторопливо брели вперед. Эшлин что-то громко крикнула, выпустив стрелу вдаль, и та, ярко вспыхнув, осветила темноту. Я, наконец, увидел того, кто управлял всеми этими уродцами.
В молочно-белом свете вспыхнувшей стрелы я сначала разглядел тонкие черные нити, тянувшиеся к каждому биоконструктору. Как-то иначе таких существ назвать я не мог. Кукольник, контролирующих их, висел под потолком, напоминая собой рыхлую и вязкую медузу слегка схожую с облаком, от которой тянулись тонкие жгутики вниз, при помощи них она, скорее всего, и управляла мёртвыми существами. Внутри неё вспыхивали и гасли разряды десятков электрических искр, то погаснув, то снова разгораясь. Они пульсировали по всему телу существа.
Я еще пялился вперед, когда Грул, торжествующе взревев, неожиданно резко рванул вперёд, низко наклонив голову, врезаясь в толпу, не успевшую отреагировать на атаку. Грул разбросал их в стороны, сбивая с ног, а следом загудело лезвие его топора, взмах, удар, и тело мёртвого уродца, разрубленное на две половины, отлетает в сторону. Новый удар минотавра и кабанокентавр падает на землю, а срубленная голова катится по земле, словно мячик.
Эш тем временем продолжает атаковать медузу-облако. На её тетиве возникает сразу три стрелы, точно золотистые лучи света, едва удерживаемые тонкими пальцами. Спустя миг они отправляются в полёт. Из медузы вырвался тёмный туман похожий на чернила, вставший на пути световых стрелок. Первый снаряд, ударивший в преграду, вспыхнув, проделал небольшую прореху в защите. Второй пробил дыру в тёмном облаке, открыв дорогу третьему, ударившему прямо в центр медузы, вызывая небольшой пожар. Отростки, торчавшие из неё повсюду, начали произвольно сжиматься; часть плоти просто отпала.
Биоконструкторы, которыми она управляла, безвольно замерли, ожидая новых команд, чем немедленно воспользовался Грул. Что-то громко крикнув и вскинув верх кулак, полыхающий огнем, он резко сжал кисть, от него в стороны разбежалась алая волна, чтобы неожиданно отпрянуть назад, притягивая всех задетых. Широкий круговой удар двуручного топора рассекает тела безвольно замерших кукол, разбрасывая во все стороны фрагменты тел. Новый удар, и ещё один мертвяк ушёл в небытие из почти двух десятков биоконструкторов, бывших в начале боя, в целости не осталось никого.
Тем временем враг, паривший под потолком, оправился от атаки Эшлин и нанёс ответный удар. Медуза сгруппировалась, и из её центра в строну девушки понеслась ярко-синяя молния, ударившая в колонну, где мгновение назад стояла сильфа, успевшая спрыгнуть вниз и перекатиться по земле, вскочить, а затем выпустить очередную стрелу и снова отпрыгнуть в сторону, а в то место, где она стреляла мгновение назад, попал новый электрический разряд, разнесший камни на куски.
Увлеченно наблюдая за поединком, я и не заметил, как Грул, покончивший с мертвяками, на несколько секунд замерев, снова рванул вперед, набирая разгон, а потом прыгнул вверх на десяток шагов, под самый потолок зала. Кукловод, явно не ожидавший ничего подобного, еле успел среагировать. Молния, ударившая по минотавру в упор, безобидно растеклась по кирасе сотнями искр. Взмах топора, на лезвии которого вспыхнули алые всполохи, удар приходится прямо по центру студенистого облака.
С лезвия сорвались алое пламя, разбежавшееся по телу противника маленькими огоньками, тот снова забился в судорогах, беспрерывно дергаясь в конвульсиях, пока от тела не начала отпадать плоть похожая на серое желе, несколько мгновений, и вниз обрушивается желеобразный комм, бывший секунды назад грозным и весьма опасным созданием.
Подойдя ближе, Грул небрежно потыкал ногой серый комок дымящейся массы, лежащий на полу, а после брезгливо вытер копыта об камни. После чего повернувшись к нам, громко произнес: —
— Готов.
Затем подмигнув мне, весело сказал:
— Знакомься, Малыш, это сатх. Паразиты, живущие за счет энергии и организмов других живых существ. Они поедают всё живое, а из несъедобного лепят таких вот кукол, которые используют для захвата новых жертв. Живым им старайся не попадаться, потому как смерть будет очень неприятной. Их еще любят называть «кукольниками» из-за любви делать всевозможных химер из частей других существ, — затем отойдя от поверженного монстра, он начал изучать останки его жертв, разбросанные по всему месту схватки. Глядя на это, Эш брезгливо сморщилась, явно не собираясь присоединяться к Грулу, а тот как ни в чем не бывало переворачивал тела, копался в мешанине рук и ног, даже пару раз довольно рыкнув.