Стражница Славтушэни (СИ)

— Чтооо? — Глаза Тани округлились, брови поползли вверх. — Что за бред? С какой стати мне убивать своего мужа и отца своего ребёнка!?
— По принципу «не доставайся ты никому». Сколько раз он просил у тебя развода? Сколько раз молил, что бы ты его отпустила!? А что ты ему отвечала? Забыла?
Таня опешила от этого беспочвенного обвинения и даже не нашлась, что сказать.
— А я тебе напомню. Ты сказала, что скорее убьёшь его, чем отпустишь.
— Сэтуэл, кто наговорил тебе этих глупостей? Мой муж никогда не просил у меня развода. Напротив, это я хотела от него уйти, когда узнала, что у него есть любовница, да к тому же ещё и беременная! — В запале Таня перешла на русский язык. — Я никогда, слышишь, никогда не стала бы терпеть измену своего мужа! Мысль о том, что он делит постель с другой женщиной, вызывала у меня отвращение и брезгливость.
При этих словах Алексей вздрогнул. Значит, действительно, её холодность по отношению к нему в походе объяснялась именно тем, что он женат. И дело было даже не в Юре. Ведь он, как оказалось, не был Таткиным мужем. Таня заметила, как при этих словах Барс переменился в лице и снова заговорила на языке Славтушэни.
— Я увидела приворот на Игоре и смогла по запаху отследить, куда он ведёт. Он привёл меня к образу очень молоденькой девушки. Я просто не поленилась и проследила за своим мужем. Я видела их свидание и поняла, что она ждёт ребёнка. Всё! Для меня этого было достаточно, что б развестись. И я бы обязательно развелась, можешь мне поверить, но Игорь погиб. И я не имею к этому отношения! Хотя… Подожди… Тебе что за дело до Омельянова?
— У его, как ты говоришь любовницы, случился выкидыш, когда она узнала о смерти своего любимого мужчины. Она не смогла пернести эти потери и покончила с собой.
— Надо же… Бедная девочка… — пробормотала Таня. — Мне жаль, что так случилось…, но какое отношение ко всему этому имеешь ты?
— Она моя сестра. А вскоре умерла моя мать, не пережив этого горя. Все эти годы я жил мыслью о мести.
— О мести!? А за что ты собирался мне мстить? За то, что твоя сестра хотела разбить мою семью, увести у меня мужа, а у неё это не получилось?
— За то, что ты убила Омельянова, вместо того, что бы отпустить его и явилась косвенной причиной смерти моих самых близких людей.
Татьяна задумалась на долю секунды, а потом подняла руки:
— Дух Правды и Дух Колдоства! И вы, Духи восьми ветров и семи цветов! И вы, Духи Воды, Земли и Неба! Открываю вам своё сердце, душу, намерения и поступки. Призываю вас в свидетели правдивости моих слов: я, Фатуэла, шаманка Славтушэни из рода Весталины никогда не применяла магию для убийства вообще и Игоря Омельянова в частности! Мгновенно, сию минуту подтвердите это или опровергните! Признайте мою правду или уличите во лжи!
И в то же мгновение вокруг Татьяны закрутился разноцветный смерч, из-под земли забили разноцветные струйки воды, воздух наполнился ароматом цветов и маленькие разноцветные птички, кружась над её головой, засвистели-защебетали весёлую мелодию. Из ладоней её заструился золотой поток. Алексей смотрел на это волшебство в полном недоумении. «Страна чудес какая-то!»- мысленно восхитился он, любуясь необычным действом, и даже забыл на мгновение про саднящее ещё горло. Сэтуэл был поражён не меньше его, только поразила его не красота происходящего, а значение: Духи подтверждали невиновность Фатуэлы.
— Как же так… Как же так, ведь он говорил ей, что ты не отпускаешь его…
— Кто говорил? Игорь? — Сэтуэл кивнул.
— Сэтуэл! Ну ладно твоя сестра молодая влюблённая девочка, но ты же взрослый человек! Ты должен был понимать, если мужчина обманывает одну женщину, то ему ничего не стоит обмануть другую. А раз он обманывал её и не просил у меня развода, значит, у меня не было необходимости убивать Омельянова. Ты согласен?
— И я всё это время жил с мыслью о мести, — горько усмехнулся шаман, — я считал тебя виновной в гибели моей семьи, а он постоянно подогревал её во мне и подталкивал к… — тут он запнулся и, что называется, прикусил язык.
 
— Кто подогревал твои мысли о мести? — Насторожилась Таня.
— Мой энергетический двойник. — Быстро ответил Сэтуэл.
«Пожалуй, слишком быстро ответил, словно заготовку выдал» — подумала Таня.
— Что ему грозит, Лекбуш?
— Отправка в Шандушен после лишения магической силы.
— Не слишком ли суровое наказание за глупость?
— Глупость!? — Взвился Лекбуш. Таня никогда не видела шамана в таком гневе. Глаз его метали молнии, а из ладоней струился алый дым. — Он нарушил сразу несколько законов Славтушэни! Закон гостеприимства — раз, Закон о неприменении магии к несведующему — два, Закон о нападении на человека из другого мира — три, а уж покушение на убийство — это вообще запредельное преступление! В нашем мире не было убийств более полувека. И ты считаешь это наказание слишком суровым!?
— Лекбуш, но он ведь считал и меня убийцей.
— Тогда почему не тебя, а Ксея он решил убить?
— Правда, Сэтуэл, почему Ксей?
— Ты очень его любишь и я хотел, что бы ты, потеряв любимого человека, страдала так же, как и я, потеряв своих родных.
— Лекбуш, я не хочу такого наказания для него. Всё же обошлось!
— Твоего «не хочу» слишком мало.
— Что надо ещё?
— Для начала, его должен Ксей простить и не доводить дело до Совета Старейшин и шаманов.
Таня подошла к Алексею.
— Что-то вы много говорили про меня и какого-то Омельянова.
— Омельянов — мой бывший муж, который погиб. Алёшенька, я очень прошу тебя — прости Сэтуэла. Я потом переведу тебе наш разговор и всё объясню.
— Это поможет нам в случае войны? — Спросил он так тихо, что бы его слышала только Тата.
— Да, думаю. Мне кажется, я знаю, кто казачок. Осталось только узнать, как он согласился на предательство. — Так же тихо сказала она.
Ксей показал глазами на Сэтуэла, и Тата чуть прикрыла веки в знак согласия.
— Хорошо. Что я должен для этого сделать?
— Сейчас узнаю. — Таня повернулась к шаманам. — Ксей согласен. Как должно выглядеть прощение?
— Согласен!? — В один голос воскликнули шаманы: Лекбуш — возмущённо, а Сэтуэл — недоверчиво.
— Да, согласен. Только прежде я побеседую с Сэтуэлом наедине. В тоже мгновенье голубой вихрь подхватил Тату и шамана, а когда через мгновение он развеялся, то на поляне остались Ксей и Лекбуш.
— Как это понимать?
— Пусть побеседуют. Я так понял, что Фатуэла непревзайдённая шаманка. Она понимает и знает этот мир так, словно родилась и прожила в нём всю свою жизнь. И уж если она решила что-то обсудить с Сэтуэлом наедине, значит, у неё есть на то причины.
— А вдруг ей угрожает опасность?
— Не волнуйся. Её силы хватит на то, что бы противостоять сотне таким, как он.
  
Глава 9 часть 4
 
Они находились в невидимом, звуконепроницаемом коконе.
— Я смотрю, ты быстро и легко освоилась в нашем мире.
— Ну, это же и мой мир тоже, — Татьяна водила руками вокруг головы Сэтуэла, вдоль плеч, шеи и спины.
— Ищешь морок? — Усмехнулся он. — Неужели ты думаешь, что я бы не почувствовал чъего-то воздейсвия?
Таня, не обращая внимания на его слова, закрыла глаза, и руки её стали двигаться намного медленнее.
— Ну, здравствуйте, малыши! Кто же вы такие, милые, и кто ваш хозяин? — Её руки замерли на уровне лба и затылка Сэтуэла. Он почувствовал лёгкое головокружение, потом тянущую тупую боль и…словно щелчёк в голове.
— Смотри! — Тата показала ему руку. На её ладони лежало несколько чёрных пушистых маленьких горошин. Она легонько подкинула их и когда они оказались в воздухе, то вспыхнули зелёным пламенем и сгорели дотла. — Это ещё не всё. Наберись терпения. Она снова поднесла руки к шаману, но теперь уже на уровне горла и снова на её ладони оказались такие же горошинки. Уничтожив их, она проделела всё то же самое на уровне сердца, солнечнего сплетения и колен. Каждый раз, как Тата извлекала из него инородные тела, Сэтуэл ощущал лёгкую боль и головокружение.