Константин Киба: Превосходство Вознесённого. Том 5 (СИ)

«Друг ордена» — вспоминаю слова Кэра.
Хожу туда-сюда:
— Орден? Тебе помогал орден, верно? Это они тебя хм... возвысили? Но, судя по всему, ты их предал. Почему?
— Потому что я человек. Земля — мой мир. Мой прадед и пробабка — двое из пяти, и в Ордене считают, что этого достаточно, чтобы я был «своим». Они дали мне знания, обучили, поставили решать проблемы этого мира, а потом сказали — всё. Твоя служба окончена. Отдавай свое тело тому, кто сильнее тебя, опытнее и мудрее. И я с этим согласился, пока...
Киба Рио перестает дышать. Я слышу, как его сердце замирает. Он умирает на пару секунд и снова воскрешает. Точнее, заставляет себя воскреснуть. Одной лишь силой воли.
Продолжает:
— Пока я не встретил её. Настоящую мать моего сына. Не ту, которую потом тебе подложили вместо нее. 
Вздыхаю.
— Только не говори мне, что ты влюбился и этого оказалось достаточно.
Киба Рио впервые шевелится:
— Достаточно, чтобы предать их? Да. К счастью или сожалению... Но привязанность к этой женщине не была решающим фактором. А твоё рождение. Точнее, мальчика, тело которого ты занял. Вот что всё изменило.
Мне, как Альву, это понятно. Поэтому нам запрещены любые связи. Я даже не буду его упрекать. Его ошибка дорого обошлась ордену. Возможно, поэтому я еще жив. Все это время Киба Рио строил свои козни против них, пытаясь вернуть сына.
— Ты убил свою жену? Так мне сказал директор. 
Качает головой:
— Нет. Это орден ее убил за то, что я отказался быть инкубатором для их инквизиторов. И они добрались бы и до тебя, если бы я не...
Первый раз он запинается. Я же договариваю до него:
— Не защитил меня, верно? Если ты был вознесенным, то вполне мог повлиять на Истолов, которым принадлежит Амарэ. Это из-за тебя со мной жила Кира, прикрываясь матерью? Так, стоп... Ты договорился... с пауками? 
Кивок:
— Кира служила твоей богине, хотя не до конца этого осознавала. Мне стоило огромных усилий, чтобы договориться с твоим... руководством. Чтобы они спрятали тебя, защитили от Ордена из-за моих ошибок. Я обещал это... матери моего сына, — Киба Рио говорит без эмоций, но понять, чего ему это стоит несложно. — Мне обещали, что Орден не достанет тебя. И твоя паучиха не соврала. Орден тебя не достал.
С нескрываемой грустью улыбаюсь:
— Орден не достал, но зато достали те, кто обещал его защищать, верно? Мы сами воспользовались телом твоего сына.
Снова кивок.
Какое-то время молчим. Киба Рио первым нарушает тишину:
— Тот инквизитор был прав. Я никому не друг. Ни им, ни тебе. Когда я узнал, что паучиха тоже меня предала, то попытался вмешаться. Но Амарэ сплотились вокруг тебя. Я бы перебил их всех, если бы они не пригрозили, что если я вмешаюсь, то они убьют тебя без колебания. Там долгая история, поверь. Кира тоже была себе на уме. 
— Поэтому ты прятался? Поэтому ты все время был рядом, но не выходил на связь?
— Это одна из причин. Всё-таки ты паук, а не мой сын, и как бы отреагировал на мое появление — неизвестно. Хотя я несколько раз спасал тебе жизнь, но ты этого даже не заметил. Открыто мне пришлось вмешаться лишь на крыше школы.
— Почему ты не дал отпор стражам? Ты мог бы с ними справиться. Тяжело представить, что ты благородно удержал свою силу, чтобы избежать лишних жертв.
Киба Рио нанизывает меня взглядом. Будто в душу смотрит:
— Десять минут назад ты умирал, потому что устал. А ведь ты в этом мире всего пару месяцев. Как думаешь, через что пришлось пройти мне? А ведь я просто человек. Не высшее существо, как ты. А просто сильный человек, который воюет с тенями, предателями и могущественными тварями. И за что? Ради мести за мертвую любимую? За сына, от которого, возможно, уже ничего не осталось? Думаешь я готов был уничтожить школу с детьми, защищая себя? Обычными детьми, которых ждут такие же отцы, как и я. Можешь называть меня мягким. Мне всё равно.
Ему и правда всё равно. Спрашиваю:
— Хидан Мацуо не знал, кто ты? Почему ты находился у него в подвале?
— Для него я всего лишь пазл и предатель из незначительной семьи Джунсиначи. Это была одна из множеств моих личин. Когда Исталы схватили меня, то директор сразу почувствовал, что я необычный. Они провели на мне пару тестов, поняли, что я не имею сосуда суммы.
 
— Ты не ответил на вопрос. Как ты оказался у Джунов?
— То, что произошло на крыше, узнали азиаты. Учитываю шумиху, это было несложно. Они поставили ультиматум директору. Либо он отдает предателя и один из пазлов Кибу Рио, либо школе будет очень плохо. Они знали на что давить директору. А директор знал, что Джуны не бросаются угрозами. Поэтому он не посвящая своё руководство передал меня им. Рано или поздно я бы всё равно сбежал, но это дело затянулось. Джуны научились твоим техникам иглоукалывания и это сильно усложнило мне жизнь. А потом произошло это, — кивает за спину, на кровавый туман.
Опираюсь о стену, молчу. Человеческий мозг просто взрывается от наплыва новой информации. У меня столько вопросов к этому Кибе Рио, но я понимаю, что мы давно исчерпали лимит времени. Кровавый туман почти растворился в воздухе. А с каждой лишней минутой мы рискуем нарваться на проблемы. Не удивлюсь, если сейчас Кэр с Монтано затаились где-нибудь поблизости и просто ждут, когда Киба Рио отбросит коньки.
Поднимаю взгляд на Вознесенного:
— Почему ты такой сильный?
— Потому что я правнук двух их пяти Старейшин Ордена, которые первыми сюда попали и наделали пазлов. Монтано Эдвайс тоже их близкий родственник, но он не так хорошо унаследовал их гены.
— А Кэр? Он вообще заселился в какого-то левого азиата просто потому, что мы когда-то поиграли с ним в игры разума.
Да уж, с Кэром, мной и сыном Кибы Рио вообще получается какое-то «трио».
— Твой случай непростой. Я удивлен, что у этого Ли вдруг пропал сосуд после того, как в него попал Кэр. Так не должно было произойти. Я думаю, тут несколько перемешанных обстоятельств. Два из них — это возможное вмешательство Паучихи в ритуал переноса и могущество Кэра. Не просто так они именно его хотели заселить в мое тело. Но не добившись от меня согласия, решили «отправить» его в моего сына, даже не зная, где он находится. Очень смелое решение. И отчаянное. Помни об этом, слуга паучихи. Орден... поступает отчаянно.
А теперь самый важный вопрос, который я сомневался задавать. Подхожу к Кибе Рио ближе, смотрю на него сверху вниз:
— Ты сказал, что договорился с моим руководством. С кем ты договорился? Как ты это сделал?
Киба Рио хоть и смотрит снизу вверх, но от этого менее величественным не становится:
— Вот мы и дошли до последней стадии нашей сделки, паук. Я знаю, что ты Альв. И знаю почему вы стареете. Кэр сказал тебе что-то, что тебя подкосило. Я знаю методы Ордена. Они способны уничтожать словами. Что он тебе сказал?
Не сомневаюсь ни на мгновение:
— Что Храм уничтожен. А моя богиня — воплощенная тварь из глубин Варгона. Пожирающая тысячи лет мух, прежде чем стать могущественной. Что она мертва, и я лишь марионетка в руках ордена. Что мой учитель предатель. Этого достаточно?
Киба Рио первый раз улыбается. Его уголки губ лишь слегка приподнимаются:
— Ясно. Тебя лишили смысла жизни. Это в духе Ордена. Меня вы все тоже лишили смысла жизни. Как насчет сделки, слуга паучихи? Я верну смысл жизни тебе, а ты мне.
Отворачиваюсь спиной к Кибе Рио:
— К сожалению, недостойно просто сказать, что Кэр мне соврал.
Голос Кибы Рио уставший, но сильный:
— Я умираю, паук. Слишком долго я пробыл в этом тумане беззащитным благодаря твоему иглоукалыванию. Я уже ничего не успею сделать, кроме как... — его голос предательски дрогнул, — поверить тебе. Поэтому я помогу тебе, а ты пообещаешь мне, что сделаешь всё, чтобы вернуть моего сына в занятое тобою тело... Где-нибудь на берегу Байкала или в Тибетских горах. Там, где он будет в безопасности. Там, где до него никто не доберётся. Ну так что?