ИльРиса. Подарок Богов (СИ)

Слезы все же полились по моим щекам. Чистые слезы скорби, слезы отчаяния от осознания потери. Пусть и прошло много времени, а рана не затянулась до конца.
— Девочка моя, — бабушка вдруг подошла и потянув меня на себя, сжала в объятиях. — Девочка моя.
Глава 25.
— Я не могу остаться у вас и не настаивайте! У меня уже есть дом, и я собираюсь вернуться в него.
— Дом на окраине глухой деревни? — нервно рассмеялся дедушка. — Ты — наша внучка и мы несем за тебя ответственность!
— Я взрослая лиария, — возразила я. — И не нуждаюсь в опекунах.
— Позволь нам эту малость, — пошла на хитрость бабушка. — Ты — все, что осталось от нашей дочери, ты наша единственная внучка, позволь же узнать тебя получше, позаботиться о тебе, подарить тебе ту жизнь, какой ты достойна, — мягко уговаривала она.
— Мои вещи остались у Лидясы, я только сегодня приехала из Луидора, — продолжала сопротивляться я. — Она наверняка переживает, мне нужно вернуться.
— Что, на ночь глядя? — вмешался дед. — Нет! Сегодня ты однозначно никуда не поедешь! Сейчас все вместе поужинаем, а завтра утром Игор съездит за твоими вещами и, если хочешь, передаст записку той мастерице.
— Лиар Эндлерон, — повернулась я к мужчине. — Хочу сразу кое-что прояснить. — Я говорила на удивление спокойно, вовремя вспомнив наставления мамы, которая частенько повторяла, что самообладание — это когда вместо того, чтобы поднять голос, приподнимаешь бровь. — Двадцать три года я жила без вас. Это был не мой выбор и не ваш, но так было. Я получила хорошее образование по Земным меркам, мама научила меня, чему успела из знаний о Галлее. Последние пять лет я жила без взрослого опекуна, привыкнув во всем полагаться лишь на себя, — перевела дыхание, чтобы продолжить. — Так вот, если вы сейчас попробуете сломать меня, из желания вылепить то, что угодно вам, то, что вы считаете достойным образом вашей внучки… я просто откажусь от всяческого нашего общения. Стану отрицать любое родство. Я не грожу вам, лишь пытаюсь донести свою точку зрения, — дед сжал спинку кресла, около которого застыл, молча выслушивая мою тираду. — Сегодня я с удовольствием принимаю ваше приглашение на ужин, только мне не во что переодеться. А также я воспользуюсь вашим гостеприимством этой ночью. А завтра Игор отвезет меня сначала за вещами, а после туда, куда я попрошу, и вы не станете этому препятствовать. В этом случае я с огромным удовольствием продолжу наше с вами общение и еще не раз приеду к вам погостить. Тем более, что я очень хочу познакомиться со своими тетей и дядей. Я с самого детства хотела узнать своих бабушку и дедушку, тетю и дядю, о которых мама рассказывала с неизменной любовью и теплом.
— Твоя мать слишком рано умерла, — поджал губы лиар. — Айсира не успела привить тебе должного почтения и уважения к старшим!
— Правила поведения на Земле очень отличаются от принятых здесь, — спокойно сообщила я. — Пока мама была жива, она воспитывала меня в большей строгости и послушании, это и правда так. Но после я много лет жила, следуя другим правилам. На Земле девушка моих лет считается абсолютно самостоятельной и дееспособной, уже лет пять, как я могла бы быть замужем. Этому помешало лишь отсутствие привязанностей с моей стороны. Кстати, спешу сообщить, что сама стану выбирать спутника жизни и для меня не будет иметь значение его состояние и родословная.
— Дерзкая девчонка! — выпалил лиар и спешно вышел из собственного кабинета, не хлопнув, тем не менее, дверью.
— Простите, если была слишком резка, — с извиняющейся улыбкой обратилась к бабушке.
— Ты другая, — заметила она. — Держишься так уверенно, говоришь, не боясь, а ведь Верер подавляет практически всех, кто оказывается рядом. Твой дедушка так давно не встречал достойного соперника, того, кто рискнул бы ему возразить… — прыснула лиария. — Ничего, ему будет полезно, — заговорщически подмигнула она. — Идем, подыщем что-нибудь на смену твоему костюму. Вещей Айсиры в доме не осталось, ведь прошло столько лет, но Лестиция часто приезжает погостить, вот у нее-то в комнате и посмотрим, уверена, что-нибудь подберем. А после, если ты не против, закажем тебе новые наряды.
 
— У меня много новых вещей, — сообщила я. — Чаще всего я ношу брюки с рубашкой, так удобнее, но и платья есть.
— Милая, позволь мне хоть эту малость, — нахмурилась бабушка. — Свои вещи носи, когда пожелаешь, а я хочу нарядить тебя так, чтобы ты сразила всех наповал на празднике в твою честь.
— Каком празднике? — удивилась я.
— ИльРиса, род Эндлерон один из самых древних и уважаемых в Рашиисе, общество не пропустит появления у нас внучки, тем более при таких невероятных обстоятельствах. После того неудачного эксперимента владыка особым указом запретил все эксперименты с тонкой материей, все портальщики теперь проходят углубленный курс, и никакие перемещения или попытки перемещения за пределы Галлеи более невозможны, категорически запрещены! То была очень громкая история, затронувшая самые уважаемые семьи Рашииса. Твой отец… что бы ты ни думала, а он тяжело перенес исчезновение Айсиры. Да, я тоже не смогла простить ему второго союза… Однако я знаю, что он действовал так под напором владыки. Ну да ладно, не время сейчас об этом, — оборвала она сама себя. — Идем же.
Платье тетушки пришлось мне впору, разве что чуть длинновато, подол слегка тянулся за мной, приходилось подбирать его, чтобы не споткнуться. Бабушка, а я быстро даже в уме перестала называть ее лиарией Эндлерон, заменив на теплое и простое «бабушка» поцокала языком, явно недовольная, но ничего не сказала.
Когда мы поднимались в комнату тети Лестиции, навстречу нам будто специально то и дело попадались арисы, работающие в доме. Все с любопытством разглядывали меня, однако бабушка отослала всех, кроме одной, самой взрослой женщины.
— Хелиса, идем с нами, — проходя мимо, позвала она. — Поможешь нам подобрать какой-нибудь наряд из тех, что Лестиция еще не носила.
— Конечно, лираия, — скромно кивнула женщина, пристраиваясь рядом.
— Это моя внучка, Хелиса, — уже за закрытыми дверьми сообщила бабушка. — ИльРиса, милая, Хелиса — моя верная помощница, она работает в нашей семье уже более тридцати лет. Твою маму она не знала, но мои рассказы об Айсире выслушивала регулярно.
— Лиария Далиша, — довольно фамильярно обратилась женщина, — неужто правда внучка ваша? Как же это возможно?
— Волей Богини, Хейлиса, исключительно волей Богини.
За окном давным-давно стемнело, за всеми этими событиями я даже забыла, что ела давно и не слишком сытно. Желудок напомнил о себе недовольным ворчанием. Бабушка сделала вид, что не заметила, но выбор наряда был скорым. И вот мы уже входим в большую столовую, где за длинным столом, сервированным только с одной стороны, уже расположился лиар Верер — мой дедушка. При нашем появлении мужчина поднялся, подошел ближе и подал руку жене. Мне лишь суховато кивнул. Ситуацию сгладила бабушка, успевшая озорно мне подмигнуть, пока муж не видит.
— Так ты после смерти нашей дочери жила с одинокой арисой? — когда первый голод был утолен задал вопрос лиар.
— Не с арисой, с человеческой женщиной. На Земле только одна раса — люди. Слово «люди» употребляют, когда говорят о нескольких представителях расы, а человек — когда об одном. Но в целом, я бы не смогла найти ни единого отличия человеческой женщины от арисы.
— Тогда будем называть их арисами для простоты общения, — резюмировал лиар. — Итак, вы жили вдвоем?
— Вдвоем, — согласно кивнула я.
— И чему же простолюдинка могла тебя обучить? — лиар даже приборы отложил, сложив ладони перед собой и сосредоточенно глядя на меня.
— На Земле все не так, — я тоже отложила приборы. — Там все дети учатся в специальных школах. Получают разносторонние знания. После школы все получают рабочую профессию и работают все без исключения. Мужчины и женщины. Я почти закончила… академию, где готовят специалистов по работе с животными и растениями.
— Что это за название такое — Земля? — раздраженно передернул плечами лиар. — Как называется тот мир?