За Гранью (СИ)

— Так это был ты? — вдруг спросил Рейнхард. — Ты спалил то поселение трорков? Это из-за тебя начался новый виток войны! Из-за тебя Рорск смог снова собрать вокруг себя приспешников и даже похитить Адриэйна!
— Я. Одурманенный ргхорошью, не ведая что творю, я дотла спалил небольшое поселение в Рангхорте. Погибли десятки трорков. Это все сделал я.
— Ралиона немного оправдывает, что утром, придя в себя, он оказал помощь всем, кто в ней еще нуждался и был жив. — Прокомментировал наследник.
— Что значит, лишить крыльев? Разве возможно лирана лишить крыльев? — подал голос Владис.
Ему охотно ответил Рейнхард:
— Есть один ритуал. Для самых отъявленных негодяев. Страшное наказание. Во время ритуала часть души — лиран, погибает. Остается оболочка — человеческое тело. Такое наказание применялось раньше. В последний раз более века назад. Фейроника, вы понимаете, за кого просили вступиться перед кааном? — выгнул бровь лиран.
— Ралион Сверлен, я не буду говорить, что ваш поступок в прошлом не имеет значения. Вы все равно поймете, что это ложь. Я шокирована, к чему скрывать. Не ожидала, что вы способны на … такое. Но я также уверена, что вы можете исправить совершенное зло. Вы уже это делаете! Помогая ежедневно людям. Да, лираны привыкли считать людей низшими существами, не спорьте, прошу вас, — подняла руку, увидев, что мне готовы возразить. — Но люди так же достойны жить и быть счастливыми, как и прочие жители Лираса! И то, что вы помогаете сделать их жизнь лучше много для меня значит. Так вот, ралион Сверлен, не знаю, смогу ли относиться к вам, как и прежде, ведь до этого разговора я вас безмерно уважала. Однако прошу всех вас, — обвела взглядом присутствующих, — этот разговор не должен выйти за пределы этой комнаты. Ралион и так уже несет наказание, назначенное кааном, не вижу смысла предавать гласности это ужасное происшествие. Не стоит подрывать авторитет ралиона перед его учениками.
На этом праздник и закончился. Все разом засобирались по комнатам, Адриэйн с дядей уже завтра собирались улетать. Так что, скомкано пожелав друг другу доброй ночи, все благополучно разошлись.
  
Глава 18
 
Вместе с новым годом наступил и чернотроп — очень ранняя весна. Температура понемногу повышается день ото дня, снег сходит, обнажая землю. В Муравейнике в ледень не сидели сложа руки. За зиму было построено гораздо больше домов, чем в теплый период. Могу даже сказать, что все без исключения семьи уже отпраздновали или вот-вот отпразднуют новоселье. Никто больше не будет ютиться по углам, ожидая своей очереди. Силвеш тоже переехал в свежепостроенный дом. Не такой как у меня, больше похожий на крестьянскую избу, но ольфу важно было иметь собственное жилье. Первый доход мы тоже разделили, учитывая доли малхоров.
Также успели заложить храм богини Эллурианы, к его строительству подошли с особой тщательностью. Я попросила украсить постройку резьбой, сделать большие окна, чтобы в храме было много света. Еще в планах было расписать храм изнутри. Для этого потребуется приглашать специалистов из ольфов. У них очень развита культура, живопись, в том числе. Вообще говоря, мне очень захотелось посетить острова. Посмотреть на жизнь ольфов, на их достижения и изобретения. Насколько я поняла из рассказов Владиса с Силвешем они продвинулись в развитии своего общества сильнее лиранов, но не афишируют своих достижений, ведя уединенный от основного материка образ жизни.
Фабрика давно уже производила не только шкатулки, но и множество других артефактов. Каан однажды написал мне, используя шкатулку сына, что я могу сообщить новые идеи любому из артефакторов. Все они верные подданные Империи и помогут с реализацией любых задумок. При этом мне не стоит беспокоиться о том, что мои идеи будут украдены. Клятва верности не позволит артефакторам совершить подобного поступка.
Так что мне теперь лишь стоило прийти на фабрику и обратиться к главному артефактору, чтобы новая идея воплотилась в жизнь. Идеи эти были призваны облегчить жизнь мне, прежде всего. Ничего необычного, как например, чайник с кристаллом нагрева внутри. Эта идея тоже быстро прижилась в Муравейнике. Ведь напомню, что основная проблема развития артефакторики — дорогая зарядка. У нас эта проблема решилась.
 
С помощью ланестласа, что подарил Рейнхард, мы смогли наконец провести энергопровод. Тонкие трубки из редкого материала мы провели по всему поселению. В Муравейнике в темное время стало очень красиво. Ланестлас и сам по себе сверкал и переливался, но то на солнце, а в темноте магическая энергия светилась ярким голубым светом, но не равномерно, а будто разряд молнии попал в плен — трубки искрились, давая достаточно света для освещения улицы. Конечно же, изрядное количество дорогого материала было истрачено на создание огромного накопителя, более безопасного и емкого, чем те, что мы использовали раньше. Вот от него и шло разветвление трубок.
В больницу из Востгратиса то и дело привозили больных. Поначалу с опаской, но слух разошелся быстро, и люди перестали бояться отказа в помощи. Но как бы я ни старалась, сколько бы ни делала для простых людей, таких же, как и я, все равно этого было мало. Люди все равно продолжали умирать от элементарных заболеваний, да, не в Муравейнике, но все же. На улицах Востгратиса можно было встретить множество голодных оборванных беспризорных детей. Нескольких я смогла пристроить в семьи, но это капля в море. Идея строительства детского дома пугала меня. С одной стороны, дети были бы сыты и в тепле, но с другой — ни одно казенное учреждение не заменит ребенку семьи. И потом, как бы малодушно это ни звучало, но в случае строительства детского дома мне волей-неволей пришлось бы взять на себя патронаж сего учреждения. Приходить и ежедневно видеть надежду в детских глазках, постепенно сменяющуюся отчаянием, а после принятием. Не уверена, что смогу.
Однажды, когда я была совсем маленькой и жила в детском доме, была неделя, когда каждый день кого-нибудь забирали. Это было время, наполненное чудом и … надеждой. Такое случалось крайне редко, так, чтобы каждый день. В общем, я поверила, что тоже кому-нибудь окажусь нужна. Тем более взрослые, приходящие присмотреть ребенка, неизменно умилялись маленькой девочке с копной светлых волос и яркими голубыми глазками. Они останавливались и гладили меня по голове, бывало даже угощали леденцом или другой сладостью. В один из дней я собрала все свои скудные пожитки в узел из летнего платья, засунула его под кровать и просидела так весь день. Я не сходила с этого места, уверенная, что вот сейчас придут за мной, позовут знакомиться с будущими родителя. Я не пошла на обед и даже на ужин. Вдруг за мной придут и не найдя в комнате, выберут другую девочку? Я все ждала, что вот сейчас дверь откроется и меня позовут. Скажут: «Вероника, знакомься, я твоя мама.» Красивая молодая женщина возьмет меня за руку и уведет к себе домой. Я все ждала и ждала… Но никто не пришел. Ни в тот день, ни в другой этого не случилось.
Крегерх все-таки смог влиться в нашу компанию. Лиран вел себя непринужденно, много шутил, не высказывался о людях неуважительно. Так что совсем скоро и я, и даже Марка начали в его присутствии смеяться. Марка, кстати, как-то намекнула, что скоро вряд ли сможет продолжать работать в магазине.
— Неужели? — затаила дыхание я. — Ланистр предложил пройти обряд?
— Еще нет, но он близок к этому, я уверена. — Счастливо рассмеялась девушка. — Особенно увидев меня в том платье, — она мечтательно закатила глаза.
— Отлично! — порадовалась я за подругу. — Только бы он созрел ко дню памяти богини Эллурианы.
— Думаю, так и будет, — уверенно подмигнула Марка.
Рысатня моя тоже сильно разрослась. Во-первых, пришлось купить несколько рысек и повозку еще в прошлом году. Для доставки товаров в Востгратис. Лираны все без исключения, как ни странно, прибыли не своим ходом, а на гардах. Так что пришлось еще в конце проливня достраивать рысятню, чтобы всем животным хватило места. Нарк прекрасно управлялся с животными, к тому же с помощью Жада ему стало легче справляться с большим объемом работы. Он очень хвалил парнишку, да я и сама видела, что Жад прирожденный гардстон, так ловко он управляется с норовистыми гардами. В ледень выяснилась неожиданная проблема. Прокормить хищных животных оказалось непросто, потому как гарды не очень-то хотели есть мясо саласок или цаярсов. Пару раз мы даже выбирались в лес на охоту. Ихниши поблизости больше не водились, но гарды ловко брали след стрехоузов. Это очень крупные животные, навроде бизонов. Их одомашненные собратья часто встречаются в подворьях Лираса. Для Муравейника данный вид не подходит, потому как требует больших площадей для выпаса. У нас же вся земля шла под посевы.