Богохульство! 2! Иисус отправляется в Ад на выходные! (ЛП)

— Я не спрашивал. Он был на дыбе, которую растягивали Дерек и Хэнк, но он точно выкрикивал твоё имя.
Бог выгнул густую бровь:
— Брат?
Сатана махнул рукой в сторону экрана:
— Один из римских пап, пытавшийся скрыть сексуальное насилие. Ты же знаешь, как это бывает.
— Ну это, конечно же, сужает круг подозреваемых. — Бог откинулся на спинку облачного кресла и потёр лицо. — Знаешь, когда я заявил, что создал людей по своему образу и подобию и хочу, чтобы они поклонялись мне, я ожидал, что они поверят мне на слово. — Он нахмурился. — Вместо этого они решили попытаться истолковать мои слова и полностью всё испортили. Типа, какого хрена? Подумывал снова всё затопить, но Ной умолял передумать, так как до сих пор страдает ПТСР после того, как животные изгадили его дурацкую лодку.
— Давно не слышал этого имени, — сказал Сатана.
Бог покачал головой:
— Тебе же лучше, поверь мне. Ноет, ноет и ноет — вот всё, что он делает. Но я позвонил не поэтому. — Он снова подался вперёд, положив подбородок на руки. — Мне нужна твоя помощь.
Хотя Джимми и понимал, что в этом и есть смысл звонка Бог, всё же было немного удивительно слышать от него такие вещи. Рай и Ад независимы друг от друга. Бог знает, что не может вмешиваться в работу Сатаны, так же как Сатана не лезет в дела Бога. Поначалу они спорили, но Сатана сказал, что Бог остыл за эти годы и знает, что его брат делает необходимую работу для поддержания равновесия. Для света нужна тьма. Но это не мешало Богу быть мстительным ублюдком, когда он того хотел.
— В чём дело? — спросил Сатана. — В последний раз, когда тебе понадобилась моя помощь, я случайно выпустил бубонную чуму.
Бог фыркнул:
— Случайно. Только послушайте этого остряка. Случайно у меня задница святая.
Сатана пожал плечами:
— Всё, что помогает спать тебе по ночам.
— Нет, на этот раз всё намного масштабнее. Намного масштабнее. — Бог нажал кнопку на клавиатуре, и мгновение спустя на экране Сатаны открылась фотография. На ней улыбающаяся семья стояла перед большим зданием. Трое мужчин и три женщины; самый старший из мужчин показывал большой палец, в то время как остальные стояли по обе стороны от него. Джимми никого из них не узнал. Женщины были красивы так же, как аллигаторы: с холодными плоскими глазами и рядами зубов в разинутых пастях. Мужчины выглядели идиотами, что, конечно, было ещё хуже.
— Вот дерьмо, — выдохнул Сатана, наклонившись вперед и придерживая Джимми, чтобы тот не свалился. — Серьёзно? Собрался заняться ими сейчас?
— Давно пора, — пробормотал Бог. — Я решил посмотреть, как всё обернется, но мне надоели эти придурки. Они одни из худших людей, которые когда-либо существовали. Эгоистичные, жестокие. Расисты. Ксенофобы. Кругом фанатики, и я от них устал. Земля должна исцелиться от всего того дерьма, которое они причинили. Я редко вмешиваюсь, но тут особый случай.
— Я думал, его конец близок, — сказал Сатана.
— Верно, — сказал Бог. — Но для меня этого недостаточно. Помнишь Нерона?
Сатана усмехнулся:
— Э-э, конечно. Трудно такого забыть. Насколько я знаю, он в одной из худших ям на краю Ада, вместе с Банди3 и Гитлером.
— Хорошо. К чёрту этих парней. И к черту этих людей тоже. Может, они и не такие плохие, как те другие, но они, чёрт возьми, могут составить им конкуренцию. Я собираюсь отправить их тебе, но сначала я хочу сказать им пару ласковых.
— Кто они? — спросил Джимми.
— Не беспокой свою хорошенькую головку такой ерундой, — прощебетал Бог.
— Он — Королева Ада, — отрезал Сатана. — Всё, что знаю я, знает и он.
Бог рассмеялся:
— Только посмотри на себя, чувак. Кто бы мог подумать, что он будет вертеть тобой как захочет? — Он ухмыльнулся. — Мне это нравится. И да, ты прав. Джимми, с моей стороны было хреново говорить такое. Я знал, что ты именно тот, кто нужен моему брату. Приятно знать, что я всегда прав.
— Да, да, — пробормотал Сатана. Он потянулся к экрану, указывая на каждого человека на фотографии. — Иванка. Мелания. Тиффани. Эрик. Дональд-Младший. И самый главный мудак из них, Дональд-Старший.
 
— Почему их имена кажутся знакомыми? — спросил Джимми.
— Политики, — сказал Сатана. — По какой-то чёртовой причине, которую я до сих пор не понял.
— Свобода воли, — ответил Бог. — Одна из вещей, с которой я испытал больше всего трудностей. Создаёт так много прекрасного, но также подобных людей. Конечно, нет худа без добра, но какой ценой? Какой ценой?
— О, — произнёс Джимми. — Теперь я вспомнил. — Он взглянул на Сатану. — Вот почему ты хотел построить ту Президентскую библиотеку рядом с библиотекой Рональда Рейгана4.
— Именно, — согласился Сатана. — Я думал, у меня больше времени, но, поскольку там только раскраски, всё должно быть в порядке. Тем более что там не будет ни цветных карандашей, ни фломастеров. Они должны использовать свою собственную кровь и сопли.
— Ох, — сказал Бог с дрожью. — Не знаю, почему я всегда забываю, каким сущим дьяволом ты можешь быть. Одобряю.
— Он очень хорош, — мечтательно произнёс Джимми.
Сатана ущипнул его за бок, заставив дёрнуться.
— Зачем я тебе понадобился? Разве ты не можешь просто… не знаю. Взорвать их, что ли?
— Я мог бы. Но я хочу, чтобы они сначала увидели моё лицо. Лже-христианские задницы. — Он помолчал, размышляя. — Хотя, честно говоря, их задницы не намного лучше, чем у большинства других христиан, но я отвлёкся. Нет, я хочу, чтобы они увидели меня, и я хочу, чтобы они увидели тебя, чтобы они знали тяжесть своих преступлений, прежде чем мы отправим их в пекло. Это не займёт много времени, всего пару дней. И прежде чем покончим с ними, мы можем осмотреть все достопримечательности. Посвятим этому денёк.
Джимми нахмурился:
— А как же я? Можно мне тоже пойти?
— Мне нужно, чтобы ты остался здесь, — сказал Сатана. — Ты будешь править, пока меня не будет.
— Чёрт возьми, да, — прошипел Джимми, вскинув руки и чуть не ударив Сатану в подбородок. — Королева за главную, и все будут передо мной пресмыкаться!
— О всемогущий я, — сказал Бог.
— Бог, — произнёс Сатана, и его голос дрогнул. — Если на этом всё, мне нужно отвезти Джимми домой и затрахать до полусмерти.
Джимми развернулся и обхватил ладонями лицо Сатаны, наслаждаясь жарким блеском в его глазах и растущим над головой огненным ореолом.
— Да? Тебе нравится, когда я веду себя как твоя королева? Будешь смотреть, как я отдаю приказы, которые все будут выполнять несмотря ни на что, потому что я главный, даже если это значит, что я заставлю их спрыгивать со Скал Запустения, спонсируемых Армией Спасения, или есть замороженный соевый йогурт, когда они хотят мороженого?
— Даже не представляешь, — прорычал Сатана. — Думаешь, Чужой перемешает тебе кишки? Папочка может кое-что получше.
— Мерзость, — прокомментировал Бог. — Но также: о-оу. Как мило. И ужасно. Но да, есть ещё кое-что.
— Тогда лучше поторопись, — пропыхтел Джимми, уже засунув руки в штаны Сатаны и сжав огромный член. — Давай не будем разбрасываться временем — меня нужно наполнить папочкиным семенем.
— Очаровательно, — сказал Бог. — Так или иначе, рифма сделала всё ещё хуже. Поэзия была ошибкой. Теперь я это понимаю. Займусь ей после того, как мы закончим с Трампами. Не мог бы ты… бро. Бро. Я же вижу. Я не хочу, но всё равно вижу.
Сатана, похоже, не возражал, что Джимми уже стоит на коленях и давится его членом, так что Джимми тоже не возражал. У него не было склонности к эксгибиционизму — вроде бы, — но Бог мог закончить звонок в любой момент. Плюс это не первый раз, когда он застал Джимми и Сатану в разгар сексуальных утех.
(Это уже шестьдесят девятый раз. Мило.)
— Пофиг, — простонал Сатана, откидываясь на спинку стула. — Я могу делать всё что захочу.
— И ты ясно демонстрируешь это, — сказал Бог. — Джимми, как, чёрт возьми, ты… знаешь что? Не бери в голову. Невежливо говорить с набитым ртом.