Реквием по победителям (СИ)
— Да, я понимаю, — сказал Виктор. — А как ты предлагаешь определить, кто из нас куда полетит?
— Не знаю, — сказал Логан. — Мне кажется, самый честный выбор — это кинуть монетку.
Проигравшему достанется Тарион, это очевидно. Жесткий и чужой мир.
— Согласен, — сказал Терри. — У кого есть монетка?
— В этом нет необходимости, — сказал Виктор. — Я выбираю Тарион.
— С чего вдруг такое самопожертвование?
— Я старше тебя, — сказал Виктор.
— Всего на пару лет.
— Ну, может быть, мне просто надоело видеть все ваши рожи.
— Думаешь, там рожи получше?
— Вот и узнаю.
— Может быть, все-таки доверимся жребию?
— Нет, — сказал Виктор. — Я уже все решил.
Достойно, решил про себя Логан и перевёл взгляд на Чоу.
— Я не пилот, — сказал тот.
— Поэтому вы можете выбрать, — сказал Логан.
— Тогда я остаюсь с вами.
— Я не буду вас уговаривать, — сказал Логан.
— Я этого и не жду.
— Отлично.
— Значит, теперь моя очередь? — уточнила Кристина.
— Да, — сказал Логан. — И я бы предпочел, чтобы ты улетела.
— Потому что я женщина и бесполезна в бою?
— Нет, потому что ты — техник и инженер, и можешь быть полезна на корабле, — и в колониях, если уж на то пошло.
— Выходит, меня ты уговаривать все-таки будешь?
— Тебя — буду, — сказал Логан. — Твое присутствие повысит шансы на успешный полет «ковчега». Но вряд ли сильно повлияет на расклад в бою.
— Потому что…
— Да неважно, — сказал Логан. — Это плохой выбор. Он трудный и опасный, и это независимо от того решения, которое ты примешь. Правильного ответа тут нет.
Наверное, правильнее было бы просто приказать, подумал он. Снять с них хотя бы эту часть ответственности. Но он слишком давно ушел в отставку, а порядки в космофлоте Нового Дальнего Уэльса все же были гражданскими и куда более демократическими, и он размяк.
Позволил себе размякнуть, и даже сейчас он не готов жестко командовать этими людьми. Нильсом и его парнями — готов, но это совсем другая история. Они — военные, и он старше по званию. Они скорее удивятся, если он начнет что-то с ними обсуждать.
— Я хотела бы остаться здесь, — сказала Кристина.
— Я понимаю, — сказал Логан.
— Но ты, наверное, прав.
— Наверное, — сказал Логан.
— Полагаю, я сама могу выбрать пункт назначения?
— Конечно, — сказал Логан, практически не сомневаясь в ее выборе.
— Тогда Тарион, — сказала она.
Логан кивнул.
На лице Терри отразилось легкое разочарование, зато Виктору этот выбор явно пришелся по душе. Тут Логан даже ничего не надо было объяснять, вряд ли дело в чьей-то физической привлекательности. Просто Терри прилетит домой, как бы там ни было и сколько бы лет ни прошло, а Виктор окажется среди новых людей, так пусть у него будет хоть одно знакомое лицо рядом.
— Но у меня есть одно условие, — сказала Кристина. — Если здесь все пройдет гладко, в чем я особо и не сомневаюсь, ты лично прилетишь нас встречать.
— Если у меня будет техническая возможность, — сказал Логан.
Кристина показала рукой куда-то за борт корабля.
— Там этих технических возможностей на орбите болтается…
— Я, скорее, о своих личных возможностях говорю, — попробовал отбрехаться Логан. — Я уже не молод и…
— И не морочь мне голову, — сказал Кристина. — Хотя бы один прим умер от старости?
— Я такой статистики не веду, — сказал Логан.
Она перевела взгляд на Нильса.
— Не могу знать, мэм.
— Мне кажется, семьдесят лет для вас — это вообще не срок.
— Еще семьдесят лет, — поправил ее Логан.
— Да какая разница? Я сделаю так, как ты хочешь, и отправлюсь в колонии, а ты сделай так, как хочу я. Разнеси синих и прилетай нас встречать. Сначала — Терри, а потом уже и меня с Виктором.
— Ладно, — пообещал Логан. — Так и сделаю.
Если он уцелеет и проживет достаточно долго. И если в галактике останется хоть один корабль, который сможет прыгать. Почему бы и не пообещать-то, если до исполнения клятвы больше семидесяти лет?
Он, конечно, не против попробовать, но кто знает…
Логан выбросил из головы эти мысли.
С одной проблемой он разобрался, но теперь ему предстояла вторая часть Марлезонского балета, и он решил слишком с ней не затягивать.
Убедившись, что Нильс до сих пор стоит у дальней от входа стены, Логан встал посреди помещения, чтобы в любом случае успеть его перехватить, включил внутреннюю связь и попросил Джесса войти.
— Сейчас ты познакомишься с последним членом нашей экспедиции, — сказал он Нильсу. — И я бы хотел, чтобы ты держал себя в руках. Вне зависимости от того, что ты увидишь.
Остальные члены команды напряглись. Но увеличивать дистанцию между собой и местным примом никто не стал. Как будто они понимали, что это без толку, и что если Логан схватится с Нильсом в таком тесном помещении, безопасных мест здесь все равно не останется.
Логан долго размышлял, как обставить это знакомство, и не придумал ничего лучше, чем просто свести их лоб в лоб. Шоковая терапия — это опасный способ, зато и самый быстрый.
— Ай-ай, сэр, — отчеканил Нильс и лицо его оставалось бесстрастным.
Впрочем, это все напускное. Когда Джесс вошел, ровно с таким же бесстрастным выражением лица, Нильс попытался нащупать кобуру с пистолетом, которой на нем, конечно же, не было.
Но рефлексы есть рефлексы.
— Это же синий, — медленно сказал Нильс.
— Это наш специалист по биологическим угрозам, — сказал Логан. — Теперь ты понимаешь, почему я не боюсь вируса на кораблях?
— Я другого не понимаю, — сказал Нильс. — Зачем это все? Кто вы такие? Ты нас предал? Вы все нас предали?
Очевидно, его смущало, что при появлении Джесса больше никто возмущаться не стал. Команда привыкла к гедду, а значит…
— Меня зовут Джесс…
— Он и разговаривает по-нашему, — отметил Нильс. Впрочем, он быстро перестал буравить синего взглядом и сместил свой прицел на Логана. — Вы лгали нам, сэр?
— Ни единым словом, — сказал Логан. — Просто я кое о чем умолчал. А теперь между нами и вовсе никаких недоговоренностей не осталось. Дела обстоят ровно так, как я и рассказывал. Просто у нас в рукаве на один козырь больше.
— Би-рейдер…
— Все еще летит сюда и мы все еще намерены с ним драться, — сказал Логан.
— И если уж говорить о предательстве, то, скорее, это я предал своих соплеменников на корабле, — сказал Джесс. — Потому что в грядущем сражении я собираюсь занять вашу сторону.
— Но почему?
— Потому что они ошибаются, — сказал Джесс. — Эта война с самого начала была ошибкой, и чем дольше она тянется, тем меньше шансов на то, что после нее в галактике останется разумная жизнь. И я хочу, чтобы следующий бой стал действительно последним.
А это уже намек мне, подумал Логан.
Проблема в том, что такой штуки, как «последний бой» может не существовать в принципе. Пока живо хотя бы по одному представителю с разных сторон конфликта, всегда существует вероятность нового витка. Пусть даже они камнями будут друг друга забрасывать и палками лупить.
Но Нильс держался хорошо. Гораздо спокойнее, чем можно было подумать. Логан был почти уверен, что Нильс прыгнет, но тот не стал.
— А эта война казалась тебе ошибкой до того, как вы ее проиграли? — спросил он.
— Да, — сказал Джесс. — Задолго до того, как она вообще началась.
— Я…
— Разожми кулаки, — посоветовал ему Логан. — В отчаянные времена разумный человек не отказывается от любых союзников, а времена у нас самые что ни есть отчаянные.
— Джесс нормальный, — сказала Кристина.
Хотел бы и Логан испытывать такую же уверенность.
— Так вот кого вы прятали от нас на скауте, — сказал Нильс.
И вот из-за кого умер Френк, легко продолжил его мысль Логан. Но на самом деле Френк умер из-за того, что слишком долго считал себя главным, и явно не готов был признать Логана командиром, и никакой дар убеждения в этом бы не помог.