Испытание паладина (СИ)
Кап-кап-кап! Падали крохотные капельки на алтарь. Мне почудилось, что камень слегка осветился багровым сиянием, которое тут же пропало. А я вдруг ощутил прилив сил и бодрости, словно бахнул литр энергетика!
- Гад, извращенец, у-у-у! – тихонько подвывала девушка. – Больно-то как! Даже орки так не делали!
Мимолетным касанием ладони залечил ранку и приподнял попку, поставив ее колени на алтарь.
- Не дергайся, а то еще раз укушу! – предупредил я, устраиваясь поудобнее…
Светила полная луна, освещавшая сакральное место, на котором Избранный учил этикету невежественную эльфийку. До рассвета было еще ой как далеко…
***
- Господин! У нас ЧП! Мы ее теряем!
- Как?! Что произошло?! Статистику на экран! Живо!
- Мы точно не знаем. Вмешалась третья сила. Контроль разума слабеет!
- Усилить давление! Подключить запасной канал! Манакристаллы зарядить на полную!
- Уже выполнено, господин! Ничего не помогает!
- Дерьмо! Если так пойдет и дальше, канал оборвется! Продолжайте, мы не можем сдаться. Если проиграем, Лорд сдерет с нас шкуры живьем!
- Так точно, господин!..
Глава 18. Против порно нет приема
Недаром гласит народная мудрость: секс — лучшее лекарство для строптивой жены. Да и всего остального. Уже через полчаса почти непрерывного чпоканья, эльфийка запросила пощады. Врожденная гордость и баранье упрямство все еще не позволяли ей открыто признаться в своей слабости и моем превосходстве, но стонала она уже совсем не стесняясь, и кончала как самая обыкновенная девушка.
Вот только этого мне было мало. Нужно было, чтобы непокорная наемница полностью подчинилась моей воле и больше никогда не поднимала бунт. Поэтому я продолжал и продолжал насиловать остроухую стерву. Когда после получасового марафона мои силы подошли к концу, я решил проверить догадку и легонько рассек кожу на бедре девушки ее же кинжалом. Запыхавшаяся Тиниэль даже не заметила ранки. Капли ее крови упали на полыхнувший багровым светом камень, и я вновь почувствовал чудодейственный прилив энергии!
«Не стоит таким увлекаться!» подумал, залечивая царапину. «Еще призовем какого-нибудь забытого бога. Надеюсь, все-таки, добью ее волю».
Девушка уже забыла про любые попытки сопротивления. Решив перестраховаться, я вновь подошел к ее лицу. На этот раз Тиниэль, не дожидаясь насилия с моей стороны, заранее открыла ротик и высунула язык, хотя в ее глазах все еще тлел огонек злости.
Дав девушке как следует почистить безоткатное орудие, я потянулся к веревкам, стягивающих руки девушки.
— Предупреждаю ОДИН раз, — взглянув в ее лицо, — попробуешь что-либо выкинуть — снова привяжу и так оставлю. Пришлю за тобой Камину или гнома. Поняла? Будешь сопротивляться?
— Нет, — еле слышно прошептала сломленная эльфийка.
— Не слышу? — слегка наклонился, делая вид, что действительно не расслышал.
— Нет! Не буду! — громче пропищала та, оскаливаясь. — Развяжи меня уже, скотина!
Довольно улыбнувшись, дернул веревки, полностью освобождая пленницу. Но у вымотанной в край девушки не нашлось сил даже на то, чтобы растереть затекшие конечности. Присев рядом, я даже вздрогнул от неожиданности. Плита алтаря была неожиданно теплой, словно нагретой изнутри. Не горячей, но температура камня была выше тепла человеческого тела. Более того, прикоснувшись к нему, я почувствовал, как уставший стояк вновь возвращается в предбоевое состояние, словно и не было выматывающей получасовой гонки.
Приподняв девушку, я развернул ее лицом к себе, сажая на колени. Чувствовать ее бедра на своих было гораздо приятнее, чем стоять на голой земле.
— Святые духи! — вздохнула та, устраиваясь поудобнее. — Ты еще не насытился?! Тебе надо было взять с собой Твердыню для удовлетворения такой безумной похоти.
Впрочем, в ее словах уже не было той пламенной ярости, которая пронизывала ее речь некоторое время назад. Тиниэль еще не покорилась полностью, нет. Скорее, приняла неизбежное. Но этого мне было мало.
— Я не прекращу до тех, пока ты не признаешь меня своим хозяином, — прорычал, приподнимая пискнувшую девушку и буквально насаживая на вертел...
Уроки продолжались. Болезненные постанывания эльфийки постепенно переходили в сладострастные взвизгивания и томные вздохи. Я уже сбился со счету, сколько раз Тиниэль кончила. Но, наконец, я услышал долгожданное:
— Н-нет, хватит... ум-моляю, — еле слышно выдохнула эльфийка после очередной порции высокооктанового топлива. — Я.. я теряю... сознание...
— Ты можешь это прекратить, — ответил, подмигнув крошке. — Тебе просто надо признать меня своим господин и принести клятву верности.
Говоря это, я вновь приподнял ножки девушки, задрав их на свои плечи. Волей-неволей, Тиниэль пришлось ухватиться за мою шею. Снова ощутив меня в себе, она запрокинула голову и, теряя последний разум, пробормотала:
— Да...да... я согласна! Согласна на все! Я хочу стать твоей женщиной! Я с ума сойду без такого члена! Да, господин! Я стану вашей слугой, рабыней! Умоляю, станьте моим хозяином! А-а-а-ах....
— Другое дело! — удовлетворенно ответил, медленно и аккуратно снимая с себя вымотанную в край эльфийку. Положив ее на горячий камень, задумался. Должен же существовать способ, при котором она не нарушит своей клятвы?! Должен!
Обычное обещание, при котором тут клялись в верности, не прокатывало. Скорее всего дело в Системе, блокирующей появление Духов. Работорговцы нашли лазейку в магических клеймах, но прибегать к такому я не желал. Зачем мне покорность из-за страха и боли? Нет, это должно быть чем-то особенным.
— Тиниэль! Принеси мне клятву на крови! Немедленно! — приказал, поднимая брошенный кинжал.
Наемница вздрогнула и попыталась приподняться.
— Нет! Только не здесь! Только не сейчас! — прошептала она, уставившись в меня невидящим взглядом. — Это сакральное место Первых! Я не буду осквернять его!
— Что ж, — наигранно вздохнул я, опуская руку с клинком и подходя к девушке с другим стволом наперевес, — продолжим уроки подчинения...
— Нет, нет, нет! — вскрикнула та, выхватывая из моих рук острую сталь. — Лучше быть проклятой во веки веков, чем терпеть подобное мучение.
— Как будто тебе не понравилось, — улыбнулся я.
Девушка вспыхнула и резко провела лезвием по ладошке. Крупные капли потекли по ее руке, падая и растекаясь по плите алтаря. Багровое свечение усилилось, но девушка ничего не замечала. Сжав кулачок, она отшвырнула кинжал и произнесла:
— Я Тиниэль аль Шурунндаль, Сотканная из дождя четырнадцатой ветви гордого клана Быстроногих, клянусь в вечной покорности и служении Избранному Ричарду. Да будет мой обет нерушим и священен...
— Принято! — глухо прогремел голос, идущий, казалось из самой земли. Прежде чем эльфийка успела испугаться, из алтаря вырвались красные полупрозрачные веревки, обвившие ее тело и мгновенно заключившие в своеобразный кокон. Рванувшись к ней, я уперся в невидимую стену. Тиниэль медленно вращалась в коконе, как две капли воды похожем на мой, появляющийся при исцелении, только его свет больше напоминал тлеющее пламя.
— Клятва принесена! — продолжил тот же голос. — Силой вечного огня дарую свое благословение, дитя! Да будете вы связаны навечно, и поглотит пламя ваши души, если вы рискнете нарушить контракт!
Девушка, не приходя в сознание, выгнулась дугой, но лицо ее оставалось безмятежным. Из алтаря вырвался еще один красный луч, нацеленный прямо в ее плоский животик. Достигнув цели, он исчез, а на теле Тиниэль появился странный рисунок. Он проявился на всем теле в виде ветвистой татуировки, опоясывающей всю ее фигурки, исчез и образовался снова чуть ниже животика, дотягиваясь до самого низа.
Свет медленно угасал, и девушка плавно опускалась на алтарь.
— Что же касается тебя, странник, вижу на твоем челе некую чужеродность и одновременно с этим отпечаток Высших. Как такое может быть? — задумчиво произнес тот же голос. На этот раз он шел откуда-то сзади. Круто развернувшись, я нос к носу столкнулся с плавающим в воздухе расплывчатым обликом. Лицо определенно было мужское, но большего я не мог сказать, так как его черты постоянно расплывались.
