Испытание паладина (СИ)
— Эй, очнись! Что-то я раньше не видела тебя в нашей академии? — удивилась незнакомка. — Ты новенький по обмену, что ли? Из южного леса?
— Ага, — отдав бразды правления непонятной девушке, ответил я. Всяко лучше, чем самому придумывать себе легенду. Странно, что она меня не узнала. Хотя, университеты и школы всегда жили по своим законам, не сильно интересуясь жизнью остального общества. Скорее всего, уклад академии не сильно отличается от похожих заведений.
Я оказался прав. Встречающиеся навстречу парни и девчонки смотрели удивленно и заинтересованно, но никто не кидался с криками: «Смотрите, Это же сам Избранный!» и не просил расписаться соплями на заднице. Это радовало.
— Меня зовут Венесуэллаэль или просто Венни, — болтала тем временем без умолку моя спутница. — Я исполняю обязанности заместителя главы дисциплинарного комитета. Тебе повезло, что первым ты наткнулся на меня, а не на одного из эти придурков, типа Покеруэля или Вафеляэля. Сначала отведу тебя к директору, чтобы он определил тебя в класс. Выявим твою направленность и проводим в аудиторию. Ты давно прибыл? Есть где остановиться? Рекомендательные письма?
— Я это..., — запнулся, растерянно пошарив руками по карманам. Деньги-то были, но вот насчет писем Старший мне ничего не сказал, предоставив мне возможность выпутываться самостоятельно.
— Потерял?! — участливо переспросила меня Венни, подпрыгивая на месте от нетерпения, отчего ее грудь ходила ходуном, а пуговки едва не выскочили из петелек, удерживаемые последними ниточками. — Ах, беда, беда! Но ничего! Главное — ты жив, здоров! После Истребления у нас полностью нарушилась связь с другими лесами. Не волнуйся, думаю, директор пойдет тебе навстречу. Оформим временное свидетельство, а потом сделаем запрос на повторные документы! Всего-то делов!
Она продолжила болтать, а я ошарашено пытался переосмыслить вываленный на меня поток информации. Другие леса? Связь? Документы? Регистрация? Нехило у них тут дело поставлено! Почему Толкиниэль ничего мне не сказал? На что он вообще рассчитывал? Что я с ноги выбью дверь академии и разрушу магией все, что шевелится?!
Девушка довела меня до огромных красных дверей на четвертом этаже и робко постучала.
— Директор Онидзукаэль! Директор Онидзукаэль! Я привела новенького! Можно войти?!
Изнутри раздался непонятный шум и невразумительное бормотание.
— Опять нажрался, скотина! — топнула ногой девчушка. — Та-а-к, где-то у меня был запасной ключ. Ага! — она с торжествующим видом выудила из складок платьишка небольшой фигурный ключик и поднесла его к двери, чтобы тут же уронить его и неосторожным движением туфли загнать под косяк двери. — Ай бл**! *** твою через *** и пресвятую б*** орочьего ***!
Выглядела красотка мило, а ругалась как боцман. Прям повеяло родным технарем. Не сгибая коленки, Венни нагнулась и принялась шарить под дверью, пытаясь зацепить длинными ногтями заветный ключик. Не думаю, что она встала вот так специально, но юбочка, как нарочно, задралась гораздо выше приличного уровня, открыв шикарную упругую попку девушки с узкой полоской шелковой повязки, едва прикрывающей заветные места. Венни отчаянно ерзала ручками, едва не доставая грудью до пола, а ягодицы так отчаянно просились в руки, что я не удержался...
Шлеп!
— Ой! Прости! Это вышло случайно! Я не хотела!
Девушка закрутилась юлой вокруг меня, пытаясь загладить вину и извиниться, а я стоял, остолбенев, и держался за щеку, куда своенравная девица только что залепила полновесную пощечину. Вот это да! Как давно мне не давали такого мощного отпора.
— Нет, это ты прости, — забормотал я, краснея, как пацан, впервые увидевший сиськи. — Это моя вина! Я просто... Просто потерял голову, когда увидел... ну-у, твои прелестные...
— Хватит! — дурным голосом взвыла покрасневшая не хуже меня девчонка. — Давай обсудим это... ну, как — нибудь в другой раз! У нас важное дело! Вот! — сунула мне под нос ключик. — Я его достала!
Запихнув его в скважину, эльфийка принялась яростно его вертеть, стараясь сильно не нагибаться буквой «Зю» во избежание повторения конфуза. Когда замок щелкнул, кажется, мы оба одновременно вздохнули от облегчения.
— Только хочу предупредить, — прошептала не оборачиваясь Венни. — Будь снисходителен к старому ворчуну. Последнее время он совсем сдает и сидит в обнимку с бутылкой эля.
Открыв дверь, она знаком пригласила меня вперед. Проходя мимо нее, заметил, как девушка достает шелковый платок, которым прикрывает нос. Не успел удивиться, как столкнулся с ядреной стеной винных ароматов, которыми был пропитан кабинет директора. Шторы были плотно задернуты, несмотря на яркое солнце, слабо пробивавшееся сквозь небольшие щелочки. Небольшая комната была буквально завалена книгами, мусором, исписанными бумажками и пустыми бутылками. У самого окна стоял массивный стол, за который дремал остроухий старикашка. Опередив меня, Венни подошла к нему и попыталась добудиться:
— Директор Онидзукаэль, — начала она, как примерная ученица с ласкового, даже милого тона. Но, видя, что старичок абсолютно не замечает ее присутствия, быстро сменила тон на более угрожающий. — ДИРЕКТОР ОНИДЗУКА!!! Красные в городе! Они штурмуют Зимний! За Родину! За Сталиноэля! Рота подъем!!!
Старик лишь поморщился, что-то промычал и ловким, практически незаметным движением руки, метнул полупустую бутылку прямо мне в голову! Лишь благодаря тому, что я был готов к чему-то подобному, а также тренированному телу, я смог уклониться от боеснаряда, с громким звоном разбившегося о каменную стену. Готов поклясться, что заметил, как на лице директора на короткий миг возникла довольная усмешка. Что же, хочешь по-плохому, я тебе доставлю удовольствие, старый маразматик.
— Позволь мне! — сказал, отодвигая плечом оторопевшую девчонку. Дотронувшись до голой шеи директора, мысленно скомандовал:
«Максимальный антиполицай!»
И отскочил в сторону.
Тело старика тряхнуло с такой силой, будто его прошил высоковольтный разряд или ударило молнией. Вскинув голову, он взвыл сиреной, глаза налились кровью, а стол жалобно заскрипел под его ногтями. Через миг старец обессилено упал обратно на стул и уставился на нас взглядом индейца, впервые увидевшего ковбоев.
— Что это было? — жалобно проскрипел он. — О-о-о, моя голова. Моя бедная голова! Кто вы?! А, Венесуэллаэль, девочка моя, помоги подняться старику. Ох, ноют старые кости...
Девчонка тут же подскочила к нему, подставляя плечо. Старец внезапно подмигнул мне, оперся на девушку... и залез рукой ей под юбку, схватив за упругую ягодицу!
— Кья-а-а-а! — Шлеп! Бум!
Я аж глаза прикрыл. Смотреть больно.
— Руку на директора подняла?! — восхитился Онидзукаэль. — Да еще и при новом ученике?! Да как ты посмела, девчонка! Вмиг вышвырну из академии!
— Не посмеете! — закричала та, хотя я видел, как задрожали у нее коленки. — Я... я всем расскажу, что вы пристаете к ученицам! Старый извращенец!
— А ты сперва докажи! — не согласился директор, легко поднимаясь на «старые кости». — Что притихла? Кому поверят, как думаешь? Мне — опытному и авторитетному педагогу? Или тебе — юной ученице, с треском вылетевшей уже... М-м-м, так, дай посчитать... Да, наша академия — четвертое место, где ты нашла приют! Ну-ну, не плачь, — поспешно добавил хитрый старик, осторожно подходя ближе к всхлипнувшей студентке. — Скажем так, в вашем общежитии живет некая мадемуазель Риасэль из ветви обедневших аристократов Гремори. Найдешь ее — и слово в слово передашь то, что я тебе сейчас скажу. Понятно?
Венни, шмыгнув носом, кивнула с небольшой заминкой.
— Молодчинка, — улыбнулся Онидзукаэль. — Итак, запоминай: «Господин директор напоминает госпоже Риасэль, что она не платит по счетам третий месяц, вследствие чего в самое ближайшее время будет с позором выселена из общежития. Господин директор просит срочно зайти к нему в кабинет для конфиденциальной беседы во избежание огласки!» Поняла? Повтори, какой беседы?