Ошибки богов. Книга седьмая. Восстание паладина (СИ)

— Барт! — говорю напарнику. — Поищи ключ.
— Зачем?! — недоуменно гудит башня из железа. — Вон в углу механизм. На него все затянуто... Эх, была бы я в своей силе, давно бы освободилась сама...
— Сомневаюсь, — качает головой Барт, подойдя ближе и осматривая цепи. — Они зачарованы. Видите, как блестят?
Я осматриваю ворот механизма. Странное дело, он выглядит так, словно проржавел насквозь, но цепи, идущие от него, натянуты со страшной силой. Но стоит мне коснуться рукоятки, как он скрипит... и рассыпается в пыль!
Цепи, осыпаясь на пол, весело звенят, а громадина медленно приподнимается на копыта, словно не веря в собственное освобождение. Странный запах усиливается, и я вдруг вижу, от чего так .... Кхм. ...мда. Воняет. Навоз. Огромная, мать его куча лошадиного дерьма. Ну, понятно.
Тем временем, рыцарь-кентавр, слегка пошатываясь, опирается на стену и говорит:
— Благодарю вас. Теперь мне не помешало бы оружие...
 Глава 29. Прибавление в любящем семействе 
 
С танком дело пошло в гору. Цельнометаллическая махина брала небольшой разгон, после чего врезалась в отдельную кучку трех-четырех ржущих особей, насаживая парочку на копье, найденное в той же комнате, растаптывая и ошеломляя других. Барт шел следом, добивая раненых, а я... Я, матерясь, бегал по полю, пытаясь увернуться от стояков озабоченных кентавров, служа приманкой. Иногда у меня это даже получалось.
По неизвестной причине монстры агрились именно на меня. Барт их вообще не интересовал, даже когда подходил чересчур близко, а бронепоезд со скандинавским именем Брунгильда был слишком быстр для неуклюжих конемужиков. Несколько раз я был на грани изнасилования кентаврами, так что даже Барту приходилось рисковать и колоть их в зад кинжалами, вызывая огонь на себя.
Действительно, что могла сделать мясомолочная эльфийка против нескольких озабоченных кентавров, прущих прямо на нее? Только бежать и звать на помощь. Через полчаса «брачных скачек» я был грязнее Брунгильды, и злее дьявола.
Расправившись со стадом длинностойких кентавров, мы подняли пару уровней, Барт достиг десятого и задумался над выбором класса, а неожиданная союзница... старалась держаться от нас подальше, ибо пахло от нее не очень.
Как ни странно, но она сразу и безоговорочно поверила моей истории про переселение душ, обмолвившись, что видала вещи еще удивительнее. А понаблюдав за моим поведением, дала пару нужных советов, как себя вести, что значительно облегчило мне жизнь.
Третий этаж хоть и был шире и светлее предыдущего, но сильно уступал ему в протяженности и разнообразии монстров. Нам впервые попались летающие виды, представляющие собой... конечно же члены с крылышками! Брунгильда слегка удивилась этому, сказав, что ранее не встречала ничего подобного, но даже не подумала отступить. На нее, кстати, монстры особого внимания не обращали, что было весьма странным — она ведь тоже женщина, пусть и закованная в броню.
Когда я был на грани нервного приступа от тыкающихся в мое лицо летающих стояков, монстры неожиданно кончились, а впереди засияла стена безопасной зоны. Собрав нехитрый лут, мы поплелись внутрь. Как ни странно, на этот раз помещение было другим. Кроме комнаты с общечеловеческими удобствами, рядом был проход в нечто вроде дома для кентавров. Очевидно, зона на ходу подстраивалась под нужны приключенцев.
— Святой Иггдрасиль! — доносится довольный вздох Брунгильды. — Наконец-то я как следует вымоюсь!
Мы хоть и валимся с ног, но тоже вместе идем мыться. Барт настолько выдохся, что даже не обращает внимания на раздевающуюся рядом мясомолочную эльфийку. Нет, одним глазом он, все-таки, косит, но помнит мой рассказ о своем превращении. Потому, держит руки при себе. По очереди моемся, а потом отмокаем в ванной. Места достаточно для того, чтобы не соприкасаться друг с другом.
 
Когда выходим в общую комнату, то буквально засыпаем на ходу, едва добираясь до лежанок. Из соседнего помещения доносится шум воды и легкий звон металла — Брунгильда отмывает доспехи...
— ...Меня в отряд защиты одного из лордов определили, — активно работая челюстями, сообщает кентавр. Мы сидим за общим столом, а она стоит недалеко рядом без брони и вообще без какой-либо одежды, смущая взор паренька. Ее фигура просто загляденье! Теперь, когда ее латы стоят вымытые и начищенные до блеска, оказалось, что она на самом деле не сильно превышает размеры виденных мной особей. Нет, она все-таки выше и мощнее их, но не великан и гораздо моложе, чем я себе представлял.
Длинная тяжелая грива великолепных черных волос, спускающихся до самого крупа. Красивое женское тело с развитой мощной грудью и фиолетовыми набухшими сосками. Причем смущение деве было неведомо от слова совсем. Она периодически подходила к столу, накладывая себе на тарелку еду, качая грудью перед самым носом серо-буро-малинового Барта и возвращалась обратно в стойло, где ей было удобно и кушать, и рассказывать свою нехитрую историю. Кстати, как и у всех виденных мною самок кентавров, ракушек у нее тоже было две: маленький бутончик спереди, в том месте, где человеческая часть плавно переходила в лошадиную, слегка прикрытая курчавыми волосами, и лошадиная пи*да там, где она и должна быть — под хвостом. Для лошадки наличие обеих дырок не представлялось чем-то необычным или неестественным, а я помнил, каково это заниматься сексом с кентаврихой.
— Получили задание, — продолжает она, перевязывая лентой тяжелые длинные волосы. Ее грудь при этом примагничивает наши взгляды. Даже я чувствую неясное томление внизу живота, хоть и нахожусь в женском теле. А что уж говорить о напарнике?! — С виду все было как обычно — сопровождение каравана. Я-то из оседлого племени, а вот с нами еще двое из боевых кочевников было. Арман и Колет, воины в третьем поколении. Ух, красавцы! — с некоторым сожалением вздохнула Брунгильда. — Мускулистые, красивые, молодые! Жаль мы так и не погарцевали на лугу... Так их срезали первыми. Да, кто-то нас сдал. Влезли в засаду прямо всеми копытами сразу. Меня ранило, потом еще пару раз, половину каравана разбили. Ну я хватаю лорда, кидаю его на себя — и деру! Потом чую, — все, прискакали. А за нами погоня. Ссаживаю его в каком-то овражке, и на отвлечение в другую сторону. Ну, меня быстро зажали, стукнули. А потом...
Девушка вздыхает, ее глаза подергиваются болью и усталостью.
— Потом я очнулась уже здесь. И ОН стоял над моим телом. Раны кто-то заживил, а это … Нечто, стало склонять меня к службе Ему. Естественно, я отказалась. Пусть я и из оседлых, но у нас есть своя честь! Он стал угрожать, бить издеваться, морить голодом. А сегодня я думала, пришли его слуги, дабы прикончить меня. Вот и все, — заканчивает кентавр.
Мы пересказываем свои истории. Я не сильно вдаюсь в подробности, рассказывая вариант про жизнь наемника, внезапно оказавшегося в теле эльфийки, но чувствую, что где-то прокололся. Брунгильда гораздо умнее тупоголового Барта, но благоразумно не задает лишние вопросы. Зато обращает внимание на моего напарника.
— Барт, тебя привлекает мое тело? — вопрошает она, не испытывая никакого смущения. При этом она слегка запрокидывает голову, приподнимая руками тяжелую косу, отчего ее и без того упругая грудь взлетает еще выше, вызывая стояк даже у мертвого. — Не стесняйся! Понимаю, с Ричардом тебе не светит, так пойдем уединимся, снимем напряжение! Я уже опытная лошадка! У меня были партнеры-хумансы.
— А-а-а, э-э-э, кха-а-а, — напарник заходится в кашле, кидая на меня противоречивые взгляды. Понимаю его. Хочется и рыбку съесть, но и на кол не сесть. Тогда поднимаю руку и рассказываю лошадке недавнюю историю с оборотничеством.
— Проклятие? — недоуменно поднимает ушки Брунгильда. — Вот это дела-а-а. Тогда ничего не поделаешь. Потерпи, парень. Вот, как доберемся до сердца данжа, да разрушим его, так и снимем твое проклятье!