Сон в тысячу лет (СИ)

Ичи поджала губы. Мико казалось, что она не поверила ни единому её слову, она и сама бы себе не поверила — слишком уж наспех и неумело была сплетена эта ложь. Но Ичи размышляла — это была её возможность избавиться от их договора и долга перед Мико — очень лёгкая и заманчивая возможность.
— Хорошо, — вздохнула наконец она и воткнула в причёску Мико шпильку. — Я представлю тебя гостю и уйду. Но если ты что-то выкинешь…
— Спасибо, Ичи. — Мико впервые ей улыбнулась. Искренне. И с удивлением отметила, что щёки Ичи налились румянцем, и она поспешила спрятать взгляд, сделав вид, что очень сосредоточена на шпильках в волосах.
— Как будто мне много удовольствия слушать твои вопли, — хрипло проворчала она и отвернула от себя Мико. — Пойдём уже.
Это была та же комната, что и в прошлый раз — самая дорогая во всём рёкане. И до последнего Мико надеялась, что увидит в ней Рэйдена или Акиру. Эта мысль придавала ей сил и уверенности до тех пор, пока Ичи не открыла перед ней дверь. Сердце ухнуло в пятки, и Мико затошнило.
— Добрый вечер, господин. Принцесса Эйко к вашим услугам. — Ичи низко поклонилась.
Ёкай был умопомрачительно красив. Он стоял у окна, разглядывая сад. Длинные чёрные волосы с белым кончиком заплетены в небрежную косу. Янтарные глаза с вертикальными зрачками скользнули по Мико с интересом. Но уже спустя мгновение на его прекрасном лице разочарование. Поймав взгляд ёкая Мико поспешила поклониться. Он махнул Ичи рукой.
— Прекрасно, оставь нас.
Ичи снова поклонилась и послушно закрыла дверь. Мико с облегчением услышала удаляющиеся шаги ойран.
Ёкай снова смерил Мико взглядом.
— Ну, покажи, что ты умеешь. Должна же, с таким-то лицом.
Слова хлестнули пощёчиной, и кровь мигом прилила к лицу, но Мико осталась невозмутимой. Нельзя сейчас ничего испортить.
— Я могу сыграть вам на сямисэне господин, — вежливо сказала она, пряча взгляд.
— Ну, сыграй. — Ёкай плюхнулся на подушки, и юката распахнулась, открывая широкую, крепкую грудь.
— Прошу прощения, господин, — Мико поклонилась. — но инструмент остался в комнате, позволите ли сходить за ним?
Ёкай закатил глаза, из-под юката вынырнул пушистый чёрный хвост и недовольно замолотил по татами.
— Прикажешь мне ещё ждать? — зарычал он, и глаза его недобро заблестели. — Моё терпение уже и без того на исходе.
— Прошу прощения, господин. — Мико не поднимала глаз. — Но без инструмента…
— Ладно, иди! Только быстро! — Ёкай махнул рукой, и сердце Мико радостно забилось. Она поклонилась, развернулась и направилась к двери.
Мико успела сделать всегда несколько шагов, перед тем, как огромная рука ёкая легла на её горло.
— Я передумал, — шепнул он ей на ухо. — Слишком уж люблю, когда добыча поворачивается ко мне спиной. Так и хочется догнать.
Мико вскрикнула, когда ёкай повалил её на татами и накрыл собой. Душная, липкая волна страха накрыла её с головой, когда она поняла, что не может двигаться. Руки ёкая нырнули под кимоно и вцепились в голые бёдра. Мико попыталась вырваться, извиваясь всем телом.
— Вы не можете так прикасаться к ойран!
— Ох, за те деньги, что я заплатил, я могу тебя хоть сожрать, — влажный язык забрался к Мико в ухо, и она дёрнула головой, стараясь хоть немного отстраниться.
— Госпожа Рей…
— Я подумаю об этом, как закончу, — прорычал ёкай. — Сейчас я слишком хочу получить, что причитается.
Он дёрнул ворот кимоно и немного ослабил хватку. Мико сумела высвободить руку и изо всех сил ударила его в бок. Ёкай отшатнулся, не от боли, от неожиданности. И Мико чудом сумела из-под него выбраться.
Но ёкай тут же бросился на неё снова. Она лишь в последний момент успела развернуться к нему лицом. Татами ударило в затылок и голова загудела, но Мико снова попыталась ударить ёкая. Он перехватил её руки и прижал к полу. Мико зарычала и забила ногами, пытаясь скинуть его с себя.
— Хватит дёргаться! — гаркнул ёкай. — Я за тебя заплатил!
Мико в ответ забилась ещё сильнее. Ёкай перехватил её запястья одной рукой и прижал к полу над головой, коленом раздвинул ей ноги.
 
Мико задохнулась, когда ощутила его когти на своём бедре. Кричать нельзя. Нельзя. Это привлечёт лишнее внимание. Ёкай навалился на неё всем весом, и его острые зубы прокусили тонкую кожу на шее Мико. Слёзы покатились по щекам, Мико стиснула челюсти, взвыла от боли и бессилия.
Когти вспороли ей ногу. И это будто привело Мико в чувство. Она повернула голову и сделала единственное, что могла — изо всех сил укусила ёкая за ухо.
В рот хлынула горькая, горячая кровь. Ёкай вскрикнул и отпрянул, с удивлением ребёнка на лице хватаясь за ухо. Мико выплюнула откушенную мочку.
— Ах ты тварь! — Он занёс руку для удара.
Мико не думала. Выхватила из волос шпильку и вонзила ёкаю в рубиновый глаз. Он завыл и завалился на спину, боясь тронуть торчащую из глазницы шпильку.
Мико огляделась в поисках чего-то, что могло бы сойти за оружие. Шпилька ёкая не остановит — только разозлит ещё больше. И тогда ей конец.
Взгляд зацепился за хаори, что ёкай небрежно бросил у чайного столика, под ним Мико разглядела рукоять ножа танто. Должно быть, катану у него забрали на входе, а нож позволили оставить.
Мико бросилась к ножу, но ёкай успел схватить её за лодыжку. Мико рухнула, зацепила кончиками пальцев хаори и швырнула в лицо ёкаю, а потом хорошенько пнула, надеясь попасть в раненный глаз.
Ёкай отпустил, но уже в следующий миг навалился вновь и сомкнул руки на горле Мико. Но этого мига хватило, чтобы она сумела дотянуться до танто.
Ударила в висок пока танто был ещё в ножнах. Ёкай разжал пальцы, но не отпустил. Мико успела схватить ртом немного воздуха. От удара ножны слетели с лезвия, и Мико вторым ударом полоснула ёкая по лицу, но он, будто ничего и не заметил, продолжил её душить, будто ничего кроме угасающей жизни в её глазах в мире уже не существовало.
Мико хрипела, глядя в его единственный и совершенно безумный глаз. Со шпильки в другом капала ей на щёки кровь. С губ срывалась розовая слюна. Ёкай улыбался.
В глазах потемнело. Мико ударила наугад. Ещё и ещё. Легкие пекло, а Мико всё продолжала и продолжала бить. Но с каждым разом удары становились все слабее.
«Только не так. Я не могу умереть вот так», — пронеслась в угасающем сознании слабая мысль.
Танто выскользнул из руки, и сознание потухло.
Воздух ворвался в легкие, и Мико закашлялась, переворачиваясь на бок.
Ёкай свалился с неё и пополз к двери. Весь его левый бок был изрезан,а Мико — влажная и тёплая от его крови.
— Помогите! — прохрипел ёкай, хватаясь за бок, из которого рывками проливалась кровь.
Мико не успела подумать. Если он позовёт на помощь — все пропало! Она собрала силы, которых, казалось, уже не осталось, — страх разоблачения вернул ногам подвижность. Она схватила танто, подлетела к ёкаю и, ухватив за косу, запрокинула его голову назад.
Лезвие вспороло горло очень легко. Мико даже не понадобилось прилагать усилий, оно словно само хотело крови. Она заливала татами, а ёкай хрипел. Хрип превратился в будьканье. Рубиновый глаз его потух, так и не увидев Мико, а на лице застыло удивленное выражение.
Мико выпустила косу, и голова ёкая с глухим стуком упала на пол в багровую лужу, которую не смог впитать татами.
Танто выпал из ослабевших пальцев, и Мико медленно выпрямилась, тяжело дыша. Она не слышала ничего, кроме набата собственного сердца.
Кимоно стало тяжелым от крови, и Мико дрожащими руками распустила пояс и стянула верхнее кимоно, оставшись в исподнем. Ещё в начале вечера оно было белым, теперь же багровело от пролитой крови. Горло болело — Мико с трудом могла глотать. Болел укус на шее и глубокие царапины на бедре, но Мико их почти не чувствовала.
У неё не было времени.
Пошатываясь, опираясь на стену, чтобы не пасть, она выпала в коридор. Пахло дымом, слышались крики. Где-то далеко, за толщей воды, что настойчиво шумела в ушах.