Сильная и независимая (СИ)

— Я? — усмехнулся Вальтер, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. — С чего вы взяли? Я думаю, что его могли подставить. А может, и нет. Может, он действительно ревновал своего приятеля.
— Но он не так уж и высок! — азартно возразила Вера. — Ему было бы сложно накинуть петлю на шею не такой уж и низенькой Элен.
То, что хозяйка дома была выше ее на пол головы, Вера отлично запомнила.
— Что ж, если вы так считаете…
— А вы считаете иначе?
— Тайна следствия.
— Но к Луи вы же меня допустили.
— Хм, вы правы. Виноват. Грешен.
— Ну, раз уж вы все равно грешник — может, расскажете, отчего вы так загадочно улыбаетесь?
— Нет. Но… если вы сходите со мной в театр… я, пожалуй, разрешу вам взглянуть на тело.
Не то, чтобы Вере этого хотелось, но сержант Орнс действительно улыбался как-то уж очень самоуверенно. Интересно, что не так с телом? Или, наоборот, так?
— Когда?
— В пятницу.
— Ой, — Вера захлопала ресницами. — Я, пожалуй, откажусь. Боюсь, там уже нечего смотреть. Все же столько дней прошло!
— Глупости, ничего телу не будет, оно же в стазисе.
— В чем?
— Ах, я и забыл, что вы иностранка. В Риммии покойников… как бы это выразиться понятнее… замораживают, что ли. Очень быстро. Очень удобно. На похоронах усопший красивый, и тело хранить можно довольно-таки долго.
Вера сглотнула и отхлебнула еще вина. Оно больше не казалось ей вкусным, но пересохшее горло смочило.
— Я… схожу с вами в театр, — сейчас Вера очень радовалась, что они разговаривают довольно тихо, а Кайл — сидит далеко. И без того затылок пекло от его пристального взгляда.
Принесли рыбу с овощами, и на некоторое время им стало не до разговоров. Наверное, такие цены здесь были оправданны, потому что настолько вкусной рыбы Вера не пробовала ни разу в жизни. И да, вино отлично к ней подходило. И оно было намного крепче, чем ей показалось, ну, или она отвыкла от алкоголя. В прошлом она позволяла себе бокал вина в выходной день, а в хорошей компании не отказывалась и от текилы, и от виски, и даже от водки. Бывало, что пила до безудержного веселья. Ну а кто не пьёт в России? Там по-другому можно и помереть от экзистенциальной тоски. А здесь, в этом мире, она перебрала, пожалуй, лишь второй раз — и первый был именно тогда, когда они с Вальтером… хм… когда она так опрометчиво выдала сержанту Орнсу аванс.
Отчего-то эта мысль ее ужасно насмешила. Особенно потому, что вино купил для них Кайл, который даже не подозревал, что Вальтер не просто так вцепился в его протеже.
— Вам всё нравится? — с видимым облегчением спросил румяный Вальтер, блестя не слишком трезвыми глазами.
— Всё отлично, — сверкнула зубами Вера. — А тут танцуют?
— Боюсь, что нет. Это же не танцевальный вечер. У нас так не принято. Но если желаете, я приглашу вас куда-нибудь, где танцуют.
— Прямо сейчас? — с надеждой подалась вперед Вера.
— Эмм… нет. Это сложно. Нужно добыть приглашение и все такое…
— Жаль, — она тяжело вздохнула. — Ну что ж… уже совсем поздно. Мне пора.
— Я вас отвезу, — подскочил полицейский.
— Не стоит, — вздохнула Вера. — У меня вон в углу цербер. Трехголовый. Охранник, водитель и тюремщик — три в одном.
— Господин Ресскин вас обижает? — мгновенно напрягся Вальтер.
— О нет! Господин Ресскин меня обожает, — хохотнула девушка. — Еще раз спасибо за чудесный вечер.
Видя, что Вера поднялась (почти не пошатнувшись), Кайл мгновенно подскочил тоже. Метнувшемуся к нему официанту что-то написал на бумажке.
У Веры внезапно закружилась голова, ей захотелось на воздух.
— Я подожду внизу у входа, — громко заявила она обоим мужчинам сразу. — Душно.
Внизу, конечно, это громко сказано — но три ступеньки она героически преодолела. Подошла к фонтану, заглянула внутрь, с разочарованием обнаруживая в его чаше только подтаявший снег.
— Тебе не холодно? — на ее плечи легла уютная тяжесть плаща. — Куда сбежала?
— Это было очень коварное вино, — пожаловалась Вера ужасно красивому Кайлу.
— Да. Я не подумал. Оно крепкое. Прости, просто хотел…
 
— Выпендриться! — Вера обвиняюще ткнула Кайлу пальцем в грудь.
— Можно сказать и так. Ты чем-то недовольна?
— Да. Я хочу танцевать.
— Желание дамы — закон, — усмехнулся маг. — Будут тебе танцы. Подожди немного.
Он быстрым шагом вернулся в ресторан, а через пару минут на крыльце показались музыканты.
— Вальс, пожалуйста, — приказал Кайл. — Вера, вы позволите?
Вера позволила. Она не слишком хорошо танцевала, но сейчас казалась сама себе неотразимой. Музыка плыла по дворику, а Вера кружилась в объятьях мага и счастливо смеялась, запрокинув голову.
— Это нечестно! — раздался полный возмущения голос Вальтера, который, собственно говоря, выпил гораздо больше вина, чем она. — Это моя дама на сегодняшний вечер!
— Я оплатил музыкантов! — рыкнул Ресскин.
— А я пригласил Веру на ужин!
— Верно, — хмыкнула Вера. — Кто девушку ужинает, тот ее и танцует. Вальтер?
Полицейский, победно усмехнувшись, подхватил ее за талию и закружил по двору. Музыка все играла, у кованной ограды, несмотря на позднее время, уже собиралась толпа. Ничего удивительного, что через пару минут появилась и полиция.
— Господа, вы нарушаете общественный порядок, — начал было веснушчатый паренек в черном плаще и треуголке, а потом вдруг смешно вытаращил глаза. — Ох, господин сержант!
— Вот теперь нам точно пора, — шепнул Кайл, схватив Веру за руку и потянув в переулок, где была припаркована его Саламандра. — Пусть господин сержант сам разбирается со своими людьми. В конце концов, это он пригласил тебя на ужин.
Вера прыснула, а потом запрыгнула в Саламандру, где уснула еще до того, как они покинули город. Из машины Кайл нес ее на руках — просыпаться она не собиралась. То есть, конечно, она старательно притворялась спящей, потому что на руках ее никогда в жизни не носили, разве что — в раннем детстве. И вообще, с ним было уютно. И пахло от Кайла одуряюще — так бы и нюхала!
  
Глава 21. Удачи и неудачи
 
В мире, где нет центрального отопления, зимой холодно. Обычно Марсель затапливала на ночь камин в Вериной комнате, а под одеяло клала нагретый камень, завернутый в полотенце (Вера его ночью ногой спихивала на пол). И все равно — к утру комната выстывала. Вылезать из-под одеяла и разводить огонь было мучительно. Можно было бы так и лежать, ожидая горничную, и иногда Вера так и делала. Но чаще вставала сама, совала ноги в войлочные домашние туфли и подкладывала полено в очаг. Бодрости после такого пробуждения было хоть отбавляй.
Но сегодня Вере отчего-то было даже жарко. Она потянулась блаженно и прильнула к горячему мужскому телу. Провела ладонью по предплечью, скользнула пальцами на грудь, зарываясь в упругие волоски — и с воплем подскочила, прикрываясь одеялом и озираясь.
Разумеется, это была не её спальня и не её постель. И рядом с ней на белоснежных подушках лежал смуглый черноволосый Кайл и ухмылялся. Вера ощупала себя: на ней были лишь сорочка и, к счастью, панталоны. Огляделась: её платье воздушной кучкой лежало на полу. На вершине этого кургана самым развратным образом покоились её чулки.
— Что вчера было? — хрипло спросила она.
— Вчера… нууу… — загадочно протянул Кайл.
Какой ужас! Они все же переспали, а Вера ничего, совершенно ничего не помнит! Это просто трагедия! Она закрыла лицо руками, а Кайл вдруг осторожно провел пальцами по её плечу.
— Эй, ну не плачь, — шепнул он. — Я пошутил. Ничего не было. Просто ты уснула, а я принёс тебя наверх. Но моя спальня была ближе и теплее. Хотел тебя здесь оставить и уйти в комнату Луи, но решил немного полюбоваться и нечаянно заснул.
— Ты нечаянно заснул голый? — придушенно спросила Вера, не отнимая рук от лица.
— Нет, в кальсонах. Честно.
— А кто меня раздел?
— Я. Ничего сложного. Я мастер в раздевании женщин.