Сильная и независимая (СИ)

— Почему вы мне не сказали? — прошипела она, цепляясь за локоть Вальтера.
— Не было времени переодеваться, — виновато ответил он. — Ну и неловко указывать девушке, что надевать.
А во-вторых — все присутствующие сверкали, словно новогодние елки. Такого обилия драгоценностей Вера не видела даже на вечере у Эдленбергов. И снова у нее — одни скромные сережки. У нее попросту не было никаких украшений.
Было неловко и стыдно. Ей казалось, что на нее все смотрят.
— Хотите — мы уйдем? — предложил Вальтер робко.
— Нет, — покачала головой Вера. — Мы пришли смотреть спектакль. Мы его посмотрим. Наше место в партере?
— Нет, ложа, — порадовал ее сержант. — Один мой родственник помог… впрочем, неважно, не берите в голову.
Ложа — это хорошо, там никто не будет на нее глазеть — так, во всяком случае, думала Вера до того самого момента, пока в эту ложу не зашла. Сцену отсюда, конечно, видно великолепно, вот только и ложу справа — ничуть не хуже. А в той ложе справа имелся Кайл Ресскин, да не один, а с какой-то бабой. Рыжеволосой, темноглазой (мастью внезапно похожей на Сандру) и с крайне аппетитным бюстом, дерзко выставленным напоказ. Вера сама на ее сиськи загляделась — учитывая, что здесь явно не было пластических хирургов, грудь незнакомки можно смело было считать народным достоянием.
Кайл явно думал так же, потому что глаза от декольте своей спутницы он отрывал с трудом. Правда, на Веру все же поглядел: с насмешкой и жалостью. Что ж, уважаемый тигр, ты снова понижен до звания «индюка». Вот ведь сволочь мстительная! Вера прекрасно понимала, что все подстроено: и расположение лож, и ее глупый наряд, и эта женщина, которой он что-то нашептывал на ушко и переплетал с ней пальцы. И, разумеется, ей уже было плевать на все, что происходит на сцене — ведь справа зрелище куда пикантнее. Когда Кайл склонился к уху своей дамы и что-то ей сказал, отчего женщина выпучила глаза и приоткрыла возмущенно рот, Вера так сильно вцепилась в подлокотники кресла, что они заскрипели. Поди шутит — да еще непристойно! Как она завидовала сейчас незнакомке!
Вальтер же вел себя просто образцово: он не отрывал глаз от спектакля, ахал, аплодировал — словом, скука смертная. Не то, что справа: там Кайл, кажется, пытался залезть своей даме под юбку. Дама сидела вся красная и обмахивалась веером. Вот дура! А могла бы расслабиться и получать удовольствие.
Словно почувствовав Верин взгляд, Кайл поднял на нее глаза, криво ухмыльнулся и костяшками пальцев провел по шее у своей дамы. Вера вздрогнула. По рукам побежали мурашки, в животе екнуло. Словно он до нее дотронулся. Нет, это никуда не годится! Дама, кажется, тоже так решила: она стукнула Кайла по пальцам веером и принялась капать ему на нервы.
Она тронула за рукав Вальтера и шепнула:
— Господин Орнс, ваше предложение в силе?
— Руки и сердца? — оживился сержант.
— Нет, сбежать. Сейчас самое время. Ресскин не заметит нашего исчезновения.
Вальтер бросил взгляд, полный сожаления, на сцену. Вера даже испугалась, что он сейчас скажет что-то вроде «Неприлично уходить в середине спектакля», но нет, он кивнул, пригнувшись, встал и потянул Веру за собой.
— Куда? — только и успела сказать она, когда они, словно дети, держась за руки, выбежали из театра.
— В мертвецкую, — весело заявил Вальтер.
Хм, а вот это он зря. Вера куда с большим удовольствием просто побродила бы по городу. Но Орнс быстро спустил ее с небес на землю. Дело есть дело, не так ли?
— Поехали, — со вздохом согласилась она.
***
Вера никогда не видела живого покойника. Вот прямо совсем — ни разу. И не сказать, что увидеть тело Элен было ее хрустальной мечтой. И она никак не могла представить себе, чем могло ей это тело помочь, но и упускать такой шанс было неправильно. Вальтер её воспринимал совершенно серьёзно — первый из мужчин в этом мире. Даже Кайл — Вера нисколько не обольщалась — думал, что она ему не ровня. А Вальтер относился с уважением. Опять же, Вере не пятнадцать, она понимала и тактику полицеского: она ему нравилась, и он готов был сделать всё, чтобы её очаровать. Даже показать труп. И понимала, почему он ей увлёкся — после той ночи в борделе она его динамила, хотя он приходил её искать. Недоступная и доступная одновременно — вот его и накрыло. Причём Вера совершенно не специально, так вышло.
 
Вальтер мог бы стать ей отличным другом. И мужем, наверное, тоже. Вот только в животе рядом с ним не ухало, и от случайных прикосновений сердце не заходилось. Как с Кайлом. Ну так Вальтер и не мерзавец, а ведь у Веры хобби такое — влюбляться в мерзавцев. Она, впрочем, в этом не одинока. Много их, таких влюбчивых в "не тех".
Нет, внешне сержант Орнс был очень даже ничего: правильные черты лица, серые глаза, мужественный подбородок и коротко-стриженные русые волосы. И одевался элегантно, и форму полицейскую носил с изяществом. Вот только его девичьи ресницы и румянец Веру раздражали, а еще Вальтер младше неё, и это тоже раздражает. Она ещё слишком молода, чтобы бросаться на мальчишек. Вот лет через двадцать — другое дело.
Вот интересно, как это её мысли свернули с трупа на замужество? Неужели правду говорили, что после тридцати у женщины часики тикать начинают? Вера даже головой потрясла, чтобы внезапно послышавшееся тиканье из головы выкинуть. Дело, Вера, дело.
В смысле, тело.
А тело оказалось не страшным. Просто… странным. И очень холодным, буквально ледяным. А так — ни трупных пятен, ни запаха, ни следов разложения. Только красивое, будто спящее лицо и уродливая багровая полоса на шее. Странная какая-то полоса: такое положение, словно шнур затягивали никак уж не сверху, а скорее, сбоку.
— Да, Элен сначала ударили по затылку тупым тяжёлым предметом, она упала, а задушили ее потом. Так она не сопротивлялась, и получилось тихо.
— Оглушили? — растерянно переспросила Вера. — Надо же. А чем?
— Предмет мы не нашли.
— А размер? Материал? — Вера вдруг отчетливо вспомнила, как они с Кайлом залезли в окно — осматривать место преступления.
— Вы что-то предполагаете?
— Слоник, — медленно ответила девушка, хмуря брови. — Бронзовый слоник.
— Что? — теперь уже глаза таращил Вальтер.
— На каминной полке было два бронзовых слона — большой и маленький. А должно быть три!
— Почему три? — сержант все ещё не верил.
— Потому что так принято. Три слоника.
— Предлагаешь искать слона? — глаза у Вальтера вспыхнули азартом, он даже не заметил, что перешёл с Верой на "ты". — Поехали!
— Куда?
— В дом Эдленбергов.
— Только вместе с Кайлом, — твердо ответила Вера. — У меня с ним контракт. К тому же он — маг. И друг Этьена.
— Не понимаю, при чем здесь специализация Ресскина, — с явным недовольством ответил сержант. — Впрочем, все равно ничего не выйдет, надо для начала разрешение на обыск получить. Эдленберг — это не портной и не кузнец, его дед — министр внешней политики.
— Именно поэтому он еще и не в тюрьме, да? — сердито спросила Вера. — Поэтому пожертвовали Луи?
— И поэтому тоже. Кайл Ресскин у многих в печенках сидит, несмотря на то, что должность занимает не так давно. На самом деле он даже не может ни на что повлиять. А старому Эдленбергу достаточно пальцами щелкнуть — и наше отделение сравняют с землей.
— А разрешение-то дадут при таком деде? На обыск? — резонно усомнилась Вера.
— Дадут, — тоскливо вздохнул Вальтер. — Но сначала нервы помотают. Затянут как смогут. А потом еще эксперта из столицы пришлют.
— Ну вот, — довольно улыбнулась девушка. — Говорю же — нам нужен Кайл. Он договорится с Этьеном по-хорошему, он такой.
— Думаешь?
— Уверена.
— Вера, — вкрадчиво мурлыкнул сержант Орнс. — Буду откровенен. Мне очень нужно раскрыть это дело и побыстрее, пока дедушка подмогу из столицы не прислал. Тогда, понимаешь, моя карьера… Ну, это серьезный шаг. Я могу стать даже начальником управления, у меня есть все шансы. Понимаешь, я тут сейчас главный, пока господин Ульс в отпуске на водах. Не факт, что он вообще вернется, он уже старый. Второго такого случая может и не быть! Договорись с Кайлом, пожалуйста.