Зверя зависимость (СИ)
— Ты поэтому здесь, в Падалках? — оборотень смотрит сквозь лобовое, думает.
— Реабилитируюсь. Через полгода домой.
— Я понял, — Жека стучит пальцами по баранке. — Давай попробуем.
Решительный волчара, однако!
— Когда приступать? — тяну ему руку закрепить сделку.
— Сегодня вечером, — отвечает на рукопожатие.
Люблю провинцию. Никаких тебе юридических отношений, всё исключительно на честном слове.
* * *Ну и денёк сегодня был! С другой стороны, пережила — и слава богу.
Сижу на лавочке у своего подъезда. Сейчас Жека выйдет, на работу поедем. Я капец как этого жду! Смыться в лес, на природу, и никакой Наташки до завтрашнего вечера.
Сестра мне за день кровь свернула. К ней подружка с третьего припёрлась, и они мне кости в кухне мыли под пиво. Гляжу на окна нашей квартиры — до сих пор, наверное, этим занимаются.
Ох, скорее бы в лес. Я и комарам рада! Только бы подальше от родной сестры.
— Готова, Гелик? — Жека выходит из подъезда и стремительно топает к своей тачке.
— Ага, — отвечаю, поднимаюсь с лавки и хромаю за «шефом».
Это сейчас Жека мой работодатель, серьёзный дядя, но я его другим помню. Наши мамы подружками были, и мы с Жекой в детстве часто играли вместе. Ну как играли… Он старше меня на десять лет. Парень-подросток по заборам лазил, а я — мелочь совсем — пыталась успеть за ним и потом ходила с разбитыми коленками, в подранном платье. Сейчас Евгений солидный дядя, женат. Они с супругой ребёнка ждут — она на шестом месяце.
Сажусь на заднее сиденье, пытаюсь прикрыть расцарапанную щёку волосами, но Жека замечает. Почти слышу, как у него в голове скрипят вопросы и предложения по этому поводу.
— Это Ната тебя опять? — оборачивается, смотрит внимательно на меня.
— С кошкой колбасу не поделили, — отшучиваюсь.
Ага, с кошкой в шёлковом халате не поделили большую такую колбасу. Краснею, вспоминая сегодняшнее утро и соседа с голым торсом в спортивных штанах. В облипочку… в паху.
— Поехали побои снимем, заявление на неё напишешь, — предлагает Женька.
Не первый раз предлагает, но я не хочу. Толку? Менты Наташке ничего серьёзного не сделают. Сестра только больше разозлится и снова отыграется на мне.
— Поехали на работу, — бурчу, снова прикрывая щёку волосами.
— Гелик, Гелик… — Жека качает головой, молча упрекает меня в слабохарактерности. — Давай я с ней поговорю.
— Не надо.
Он один раз уже «поговорил» с моей Наташкой, а она его козлам каким-то сдала. Полубандитам. Женя тогда огрёб по-полной программе.
— Мужик тебе нужен, Гель. Такой, чтобы как за каменной стеной за ним была. Тогда и уверенность в себе появится, и желание кусаться за своё.
Кому я нужна такая «красивая»? Хромая, с кучей проблем и нерентабельными мечтами. Ещё и лицо теперь… Ай, ладно.
— Кстати, я тебе зарплату поднимаю, — неожиданно заявляет Женька.
— Как это? — хлопаю ресницами, не понимая, за какие такие заслуги.
— Лето скоро, бронь пошла. Нормально так… Короче, пятнашку получать будешь.
Ни фига себе! Это в два раза больше, чем было! Летом после сессии я готова работать хоть каждый день.
С визгом протискиваюсь между сиденьями и обнимаю Жеку за шею.
— Спасибо, спасибо, спасибо! — пищу. — Женька-а-а, ты не представляешь, как это сейчас кстати!
— Задушишь! — он улыбается.
А я на радостях смачно чмокаю его в небритую щёку… И в этот момент передняя пассажирская дверь открывается, и в салон заваливается…
Дядя?!
Ты какого фига тут делаешь? Хочу спросить, но молчу. Таращусь на соседа, обнимая «шефа», и не дышу. Взгляд нового жильца однушки сосредоточен на мне. Точнее, на моей щеке… Я почти физически его ощущаю, и царапина начинает щипать.
— Не помешал? — дядя щурится и теперь смотрит на Женьку. Недобро.
— Не-не, — он едва ли не силой размыкает мои руки. — Всё нормально. Вы знакомы?
— Я снимаю квартиру у её сестрички, — признаётся сосед. — Познакомились.
— А, ну да… — Евгений хлопает себя ладонью по лбу. — Из головы вылетело. Короче, теперь все вместе работаем.
У меня ступор. Я булькаю нечленораздельно и откидываюсь на спинку сиденья. Отличная, блин, новость…
Глава 6
Обидно, что Жека не предупредил про соседа… Хотя что бы изменилось? Ничего. Мне работа нужна, а моему шефу помощник. Я вижу, как он зашивается, когда гости лютуют. С этой охотой-рыбалкой-пьянкой нам порой присесть некогда. Мужских рук очень не хватает. А у Жеки сейчас ещё и нервы на пределе. Жена его — Надя — беременная и не подарочная. На прошлой неделе зарядила ночью — хочу вишню в шоколаде, вынь да положь. Он по Падалкам носился, вишню эту искал… Роман написать можно приключенческий! Нашёл, а Надя расхотела. Мне иногда кажется, что она идеи для своих беременных загонов из бородатых анекдотов берёт.
Кстати, о бородатых…
Смотрю на соседа. Сидит на переднем пассажирском и на меня поглядывает вполоборота. Так и подмывает спросить — чего пялишься, дядя? Но я молчу и молчать буду. Наташка, если узнает, что Жека его на работу взял, подумает, что это я всё подстроила специально, чтобы «замуж выскочить». Голову мне откусит Ната — к гадалке не ходи. А я вообще хотела держаться от него подальше, насколько возможно. Мне новые проблемы не нужны, старых хватает.
Чёрт, блин…
Кусая губы, облизываю взглядом крупное накаченное предплечье соседа. Футболку с коротким рукавом напялил. Как специально! Ну, невозможно же… Огромные ручищи у него. Лапы. Примеряю, как бы они смотрелись у меня на талии, и внизу живота сладко тянет похотливая истома.
Реакция собственного тела на самца мне не нравится, но после того как я утром увидела его в спортивках с голым торсом… Такой прям клёвый мужик! Особенно если не пьяный. У меня ещё не было секса, но порнушку я смотрела, и с душем иногда развлекаюсь…
Что-то жарко.
Кручу ручку, стекло опускается. Горящее от смущения лицо обдаёт прохладой, но легче не становится. Сосед будто чует, что вот именно сейчас надо обернуться. Щёки мои как угли горят.
— Заедем на заправку, — сообщает Жека. — Надо топливо для генераторов взять.
Заезжаем. Шеф достаёт канистры из багажника, а сосед идёт в магазин. Я остаюсь в тачке и паникую. Нельзя не паниковать, когда у тебя трусы намокли от возбуждения, хоть выжимай. Прикладываю ладошку к груди и мысленно умоляю сердце успокоиться.
Успокоиться…
Как успокоиться-то?!
Жека идёт оплачивать топливо, а сосед обратно в машину. Я сжимаюсь в комочек, когда тачка проседает под его весом.
— Держи, кнопка, — рядом со мной на сиденье шлепаются бутылка с водой и шоколадка.
— Это что? — я стараюсь держать себя в руках, но голос предательски дрожит.
— Шоколад — спасибо моё тебе за ужин и завтрак, а водички попей. Употела, — ухмыляется и отворачивается.
Заботливый какой… Прикладываю холодную бутылку к щеке и шикаю от боли — забыла про царапины.
— Блин… — психую тихо.
— С лицом у тебя что? — спрашивает, наблюдая за Жекой в окне здания заправки.
— Ничего.
— Пытать? — поворачивается ко мне. — Я умею.
— Не сомневаюсь, дядь, — хамлю, потому что страшно и неловко.
— Выпрашиваешь, — он смеется, но как-то невесело.
Слава богу, Жека возвращается. Грузит канистры в багажник и садится за руль, но тут же вынужден отвечать на телефонный звонок своей благоверной. Наде не нравится, что муж поехал работать. Надя хочет Жеку домой. Плачет в трубку, истерт так, что на весь салон слышно, а Женька рулит одной рукой и ею же переключает скорости.
В лесу, где мы пробудем до завтрашнего вечера, сотовая связь не ловит, и, наверное, Женя счастлив по этому поводу. Не хотела бы я такой семейной жизни…
* * *«Домишко» на деле оказывается нехреновым коттеджем. Пока мы выгружаем вещи из багажника, Жека с гордостью рассказывает, как построил его вот этими вот руками, а Геля хромает в дом. Из кармана её джинсов точит плитка шоколада. Не фыркнула, взяла. Сладкое, значит, любим. Я запомнил.