Шёпот звёзд (СИ)
Ко мне пришли не из-за сработавшей системы охраны, а потому что увидели пар из разбитого окна. Вода теперь не испарялась, а кипятком стекала вниз и уходила в отверстие слива. Я уже засыпал, когда Люциус тронул меня за плечо. Он прикоснулся и сразу отдёрнул руку. Я открыл глаза и увидел, как Люциус машет рукой, пытаясь её охладить. Мне стало очень смешно, и я расхохотался. Он тут же прекратил размахивать рукой и спросил:
— Что здесь произошло?
— А разве не видно? Ты мне неделю назад говорил, что замок — самое безопасное место, да, да, да, — я снова рассмеялся.
— Это по-твоему смешно? — верзила впервые обратился ко мне, не соблюдая правил уважительного тона.
— Смешно то, что я клялся себе больше не убивать. И вот, пожалуйста, — я указал рукой на выход из ванной комнаты, где охранники осматривали тело убитого.
— Как ты одолел его? На нём форма самых безжалостных наёмников! — удивлялся Люциус.
— Оно как-то само получилось, — я продолжал смеяться.
— Ты это сделал также, как на корабле?
— Нет, в тот раз огонь был далеко от меня. Сейчас я чувствую его всем телом, — мой тон стал резко серьёзным.
— Маркус, ты удивительный.
— Ага, — зевнул я и понизил голос, наконец-то, почувствовав холод воды. — Может, теперь Химера со мной поговорит?
Мне резко захотелось спать, и всё, что Люциус говорил, проносилось мимо сознания. Ощутив прохладу, я крепко уснул.
Проснулся ближе к обеду. В кровати. Ощущалась слабость во всём теле. Комната выглядела лучше прежнего, словно все события ночи мне только приснились. Я огляделся и почти в это поверил. Только наличие двоих охранников в спальне отчётливо свидетельствовало об обратном. Видимо, они передали Люциусу информацию о том, что я проснулся, через свои инфо-датчики на глазных линзах. Такие имелись у всех жителей вселенской сети, кто мог себе их позволить. Их функции напоминали браслеты мульти-сферы с Земли. Линзы как раз отвечали за изображение, которое видит пользователь. Только это была в тысячи раз более мощная вещь, чем та же мульти-сфера, которая передавала запросы на уровне мыслей через имплант размером в несколько миллиметров, вживлённый в переднюю лобную долю мозга, через микропрокол внутри носа. Только земляне использовали сеть интернета для передачи информации, а инфо-датчики функционировали благодаря ограниченному искусственному интеллекту.
Его специально сделали ограниченным, чтобы не создал органические формы жизни с прямым подключением, что значило бы создание новой расы. Удивительно, но все члены нашей семьи отказывались от инфо-датчиков, и мне его тоже не предложили. Видимо, они боялись, что их мысли кто-то услышит, хотя закон строго охранял право на свободное мышление.
Люциус пришёл в спальню спустя всего несколько минут после моего пробуждения. Он просил меня скорее одеваться. Меня ожидала Химера.
Я поспешил собраться с надеждой услышать от матери ответы на множество вопросов. Люциус повёл меня к полигону при дворе, где мы обычно тренировались. Сначала мы шли привычным путём, а ближе к месту назначения свернули к казармам. Лифт поднял нас на самый верх, и я увидел большую смотровую площадку. Погода была хорошая, поэтому крыша и окна были свернуты. А Химера сидела за небольшим антигравитационным столиком возле самого обрыва площадки, где ранее располагались окна. Чуть присмотревшись, я заметил голубоватое защитное поле, которое не позволяло никому и ничему падать вниз.
Мать смотрела на плановую тренировку солдат и заметила меня только тогда, когда я поздоровался с ней. Жестом она велела мне сесть рядом, а всем охранникам приказала уйти с площадки. Я окинул взглядом бойцов внизу, — вид был и, правда, хорош, — но, недолго думая, решил начать свои расспросы:
— Для чего их тренируют? И меня тоже? — я не сводил глаз с полигона.
— При нашем дворе живут и тренируются только лучшие солдаты. Это мой личный отряд миротворцев. Завтра они отправятся устранять восстание на Кселоне, — Химера пристально поглядела на меня. — И судя по вчерашнему происшествию, твои тренировки тоже не прошли даром.
— Кто пытается меня убить? — я внимательно посмотрел на мать.
— Вся наша родня, которая стоит в очереди на престол, если я не выберу наследника, или же, если все наследники умрут, — она усмехнулась.
— А что, если я не хочу стать наследником?
— Хм, таких правил у нас нет. Обычно, наоборот, каждый стремится заполучить власть над целой Вселенной.
— Мне кажется, что я не гожусь для этой роли, — я старался говорить спокойно и лаконично, не показывая бурю эмоций внутри.
— А вот это уже решит испытание, — Химера взяла со столика бокал с шипучим напитком и поднесла его к губам, чтобы пить медленно, наслаждаясь.
— Что это за испытание, и когда оно будет? Может, я в самом начале сдамся и дам возможность остальным?
— Так не получится, — Химера говорила чётко, а её большие глаза выдавали некоторое удивление. — По правилам либо ты убьёшь противников, либо они убьют тебя первыми. Но я подозреваю, что такое испытание будет пустяком для тебя.
— Нет! — громко возразил я, вскочив со стула. — Люди не должны умирать из-за чьей-то прихоти! Я хочу отказаться от испытания и вернуться на Землю! — на этот раз эмоции взяли надо мной верх.
— Боюсь, что у тебя нет выбора. Мне не нравятся твои эмоции, и ты мне кажешься слишком странным для рода Гиронимус. На какой планете, говоришь, ты вырос?
— На Амаране номер шесть, — уже спокойнее ответил я и снова сел.
— А как ты туда попал? — Химера пристально смотрела в мои глаза.
— Вы лучше меня знаете это. Я знаю только, что меня нашли на острове, и всё.
— Вспомни, может, какие-то природные явления предшествовали твоему появлению?
— Хм, — я задумался, — мне рассказывали, что в море упал метеорит, из-за него на берег острова обрушилось огромное цунами, которое разнесло всё вокруг.
— Маркус, — её лицо расцвело в лёгкой улыбке, — этим метеоритом был ты.
— Это же невозможно! — на самом деле, я всё помнил, но в этом разговоре мне было важно услышать её выводы, и я запросто смог снова «включить дурочка».
— Теперь картина складывается. Если бы я тогда знала, что ты особенный с рождения, никогда не оставила бы тебя, — её слова звучали без раскаяния, также холодно, как и всегда.
— Значит, вы оставили меня на произвол судьбы? — разочарование моё усиливалось, и я пытался это скрыть, наливая из графина напиток в бокал.
— Я оставила так всех своих детей, кроме тех, кто были рождены от высшей знати. Зато вы все выросли настолько сильными, что я и представить не могла такой великолепный исход.
— Это было жестоко с вашей стороны, — сказал я без тени сожаления и сделал несколько больших глотков кисло-шипучего напитка.
— Как тебе уже известно, у нашего рода сильно снижена эмпатия и способность яркого переживания эмоций. Мы не умеем любить. Мы не скучаем. Мы не сожалеем.
— Но я не такой, — я снова посмотрел в сторону полигона.
— Маркус, ты — самая интересная загадка, и мне будет крайне интересно её разгадать. Я верю, что Вселенная вернула тебе часть эмоций и подарила великий дар не просто так. И не случайно ты родился именно в нашей семье…
— Семье хладнокровных убийц, — тихо пробурчал я себе под нос.
— Что? — она слегка нахмурила брови.
— Ничего, — ответил я, встал с места и задвинул стул. — Мне нужно всё обдумать. Вероятно, у нас ещё будет время поговорить позже…
Я стремительно зашагал к лифту, ощущая за спиной коварный взгляд матери.
Люциус ждал меня внизу. Он проводил меня обратно в покои, попутно рассказывая, какие преподаватели придут вечером. Я был крайне напряжён и обескуражен. Подобное чувство у меня уже было в раннем детстве после смерти Анохи, когда я чётко понимал, что, если останусь с Эдвором, ничего хорошего не выйдет. Слова Люциуса пролетали мимо ушей, в моей голове крутилось множество вариантов развития событий. Я мечтал о возвращении на Землю — к Элиз. Годы, проведённые там, оставались лучшими и самыми спокойными в моей недолгой жизни.