Травля (СИ)
— Да я и сам вижу. Давненько не видел, чтобы он так крепко спал. Ведьма! Что ты с ним сделала?
Встав на цыпочки, Кэрол потянулась к его лицу и показала язык.
— Выжала, как лимон… — она вдруг озорно засмеялась и, развернувшись, пошла в сторону столовой.
— Эй, я бы тоже не прочь побыть лимоном!
— Обращайся к Торес, пожалуйста.
— Что? — Торес, услышав ее, повернулась к ним, когда они вошли по очереди в столовую.
— Хочу быть лимоном! — Исса досадливо скривил губы.
Торес изумленно вскинула брови, недоуменно заморгав.
— В смысле?
Кэрол рассмеялась и стала помогать ей накрывать на стол.
— А Нол? Он пришел? — Торес перевела взгляд с Иссы на Кэрол.
— Ага.
— Вы позвали его завтракать? Я на всех приготовила. Будите, пусть идет. Разогревать по сто раз не буду, — проворчала недовольно Торес.
— Пусть спит, у него сегодня праздник, — Исса уселся за стол.
— Какой праздник? День рождения, что ли?
— Ну, можно и так сказать, — Исса хохотнул. — Сколько раз он сегодня «родился» в твоей постельке, Кэрол?
Та швырнула в него полотенце.
— Да помолчи ты уже, вот прицепился!
Торес устремила на Кэрол ошеломленный взгляд, но та отвернулась, вдруг внутренне сжавшись и почувствовав, что краснеет. И даже испытывает стыд!
— А… — Торес улыбнулась. — Это хорошо. Ну, раз так, пусть спит. Как встанет, разогрею завтрак…
— А Патрик? — Кэрол взглянула на нее, пытаясь подавить неловкость, которую испытывала перед ней.
— Он уже уехал. Луи прислал за ним машину сегодня рано, еще семи не было.
Кэрол нахмурилась.
— Наглость этого старика меня уже дико раздражает, — процедила она со злостью.
— Потерпи, ясноглазая, скоро свалим, — утешил Исса. — Все равно тебе еще сил надо набраться. А потом рванем так, что хрен кто догонит!
Кэрол решительно кивнула, даже не сомневаясь в том, что у них получится. Она была уверена в Тиме и Иссе. С ними она и Патрик будут в безопасности. А чтобы они сами были в безопасности рядом с нею и ее сыном и не погибли от ее проклятия, она приняла решение приносить жертвы, как бы дико это не показалось ей вначале, когда Патрик только об этом сказал. Иного выхода действительно не было, и Кэрол поняла, что готова на это пойти. Она даже поняла, что мысли об убийствах не вызывают в ней уже прежнего содрогания и протеста. Более того, она больше сама себе не верила, потому что говорила и думала одно, а совершала другое. Она все еще не желала признавать очевидные факты, корча из себя прежнюю Кэрол… но прежней Кэрол больше не было. Она была убийцей, и от этого уже не отмахнешься, чтобы она не говорила. Она могла убивать хладнокровно и безжалостно, как Дебору Свон, как брата Кейт Блейз. Френсис и саму Кейт Кэрол не относила к хладнокровным убийствам, потому что ненавидела обеих, и ей управляли эмоции. Как бы то ни было… но факт остается фактом. Все проклятые убийцы. Этому невозможно противиться. И ради Тима она готова была делать это. Сама, не позволяя Патрику. Они могут искать для этого каких-нибудь других убийц и отморозков. Приняв это решение, Кэрол успокоилась и перестала об этом думать. Она даже почувствовала облегчение. Это придало ей каких-то странных сил, энергии, позитива. С удивлением она поняла, что предстоящие убийства ее больше не пугают. Она даже почувствовала, что хочет этого. Это ее напугало, и она постаралась об этом больше не думать. Ее всю жизнь окружали убийцы. Понятно, что проклятие этому способствовало. Убийца жил в ней самой. Она вполне комфортно и в полной безопасности ощущала себя рядом с Тимом и Иссой, и тот факт, что оба были наемными убийцами ее никогда не пугал, не смущал и не отталкивал. Что ж, вполне подходящая для них с Патриком компания. У всех замараны руки в человеческой крови, и не один раз. Торес — единственная, кто не вписывался в их компанию. И Кэрол понятия не имела, что делать с ней дальше, когда они «рванут» дальше, как сказал Исса. Отпустить? Это был единственный выход. Вряд ли Исса и теперь будет настаивать на том, чтобы убить ее.
— А можно мне с вами? — тихо проговорила Торес, словно прочитав ее мысли.
Кэрол и Исса удивленно уставились на нее.
— Детка, — мягко ответил Исса. — Мы тебя отпустим, ты вернешься домой.
— Но я не хочу. Ничего хорошего меня там не ждет. Никто не поверит, что я была все это время заложницей. Меня привлекут, как соучастницу, повесят на меня этот побег. Даже если я выкручусь, я в любом случае потеряю работу… никогда не смогу вернуться на нее. Придется искать другую, а я не знаю даже, какую… Я всю жизнь проработала в тюрьмах… Идти теперь официанткой? Меня дома никто не ждет. Мне не к кому возвращаться. А рядом с Кэрол… я снова могу общаться со своей девочкой. О, не прогоняйте меня! — ее глаза вдруг заблестели от слез. — Не отбирайте у меня возможность слышать мою дочь… ее голос, ее смех… не отбирайте у меня моего ребенка! Лучше тогда убейте, как собирались.
Уронив голову на стол, она вдруг разрыдалась. Кэрол и Исса ошеломленно переглянулись.
— Мел… не плачь, — Кэрол встала и подошла к ней. Наклонившись, она обняла ее за плечи и успокаивающе погладила. — Но ты понимаешь, что значит остаться с нами? Ты станешь на самом деле соучастницей. Преступницей, как и мы… И этого уже не возможно будет исправить, ты испортишь всю свою жизнь… навсегда, понимаешь? А мы не знаем, что будет дальше. За нами будут охотиться власти и мой муж, а потом и Луи, скорее всего, когда мы от него сбежим. Мы все готовы к этому, всем нам уже приходилось бежать, прятаться от всего мира… А ты просто себе даже не представляешь, во что хочешь ввязаться. Тебе лучше вернуться домой, та жизнь, какой бы она ни была, все же лучше, и намного лучше того, что хочешь сейчас сделать ты. Рядом со мной и моим сыном опасно. Ты можешь погибнуть. Тим и Исса — закаленные жизнью, прошедшие через ад сильные мужчины. Их жизнь всегда была такой, даже хуже. Но ты — другое дело. Мы все — убийцы. И я — тоже. Ты же теперь понимаешь, что никакая я не сумасшедшая, что суду была представлена подлинная психиатрическая экспертиза. Если и была другая, как утверждает Джек, то эта другая — явная фальшивка, им же и подготовленная. Мой муж идет на все, добиваясь того, что ему нужно. Ты работала на него, и он тебя не простит. Он никогда ничего не забывает и не прощает.
— Так тем более мне нельзя возвращаться!
— Нет, Мелинда. Когда ты вернешься, он, конечно, призовет тебя к ответу, но ты можешь рассказать ему всю правду, ничего не утаивая. Что тебя хотели убить, но я не позволила, что ты все это время находилась с нами, можешь даже сказать, что Исса склонил тебя к близости, рассказать все… где мы были, что делали. К тому времени мы будем уже далеко отсюда, и нам это никак не навредит. Джек поймет, что ты говоришь правду, он умный и прекрасно видит, когда ему лгут. Он от тебя отстанет, ничем не навредит. Но если ты останешься с нами…
— Я уже решила. Я хочу остаться с вами. Пожалуйста. Я не буду помехой, я знаю, что вы об этом думаете… Я буду помогать. Буду делать все, что прикажете. И я вас не боюсь. Что с того, что вы убийцы и когда-то кого-то убили или еще убьете? Меня вы не убьете, я в этом уже убедилась. Я вас не боюсь, никого. Ну… разве только Патрика… немного. Но я знаю, что и он мне не навредит, если ты этого не захочешь. И на самом деле, вы все не такие уж и страшные и плохие… даже он, — Торес бросила теплый взгляд на Иссу, который растерянно молчал, что ему было не свойственно.
Кэрол тоже растерянно замолчала. Когда она устремила вопросительный взгляд на Иссу, он лишь опустил глаза и промолчал. Кэрол вернулась на место.
— Это надо будет обсудить всем вместе, — сказала она. И на этом тема была пока закрыта.
Самой Кэрол затея Торес совсем не нравилась, и не потому, что она имела что-то против самой Торес. Наоборот, Мелинда ей нравилась. Именно поэтому Кэрол хотела, чтобы та вернулась домой. Торес просто не представляла, во что хочет ввязаться. Ей хочется общаться с дочерью, имея ложное ощущение, что вновь обрела дочь, и влюбленность в Иссу играла не последнюю роль. Но и первое, и второе было лишь иллюзией. Ее дочь была мертва, а Исса не собирался отвечать на любовь Торес и не воспринимал их отношения всерьез. Может, Торес об этом не знала? Если узнает, возможно, изменит свое решение? Кэрол решила поговорить с ней об этом, наедине. Исса совсем не такой, как Тим, и взгляды на отношения с женщинами у них разные, несмотря на то, что столько лет вместе и у них много общего. Исса привык только к необременительным отношениям с женщинами, и вряд ли намерен что-то менять в своих привычках. Хотя… может быть, когда у Тима теперь будет постоянная женщина, и ему захочется того же? Надо все выяснить, прежде чем принимать решение.