Следствие вели с Карпович (СИ)
Какая интересная семейка.
— Умоляю, скажи, что мы не будем после свадьбы жить с твоей мамой. — Взмолилась я по дороге домой.
— Торжественно клянусь. — Усмехнулся он. — У меня есть небольшой дом неподалеку. Думаю, можно рассмотреть его в качестве постоянного места жительства. Тем более, что он находится не так далеко от выделенного участка под школу.
— Отличная идея. Съездим туда?
— Да, когда все закончится. Я тут подумал, что есть смысл поставить забор повыше. Как думаешь?
— Да. Согласна. Мало ли что некромантики попутают в заклинаниях, лучше перестраховаться. А то мало ли.
Вот так строя планы мы и добрались до моей квартирки.
Не сговариваясь, прошли на кухню, где настала очередь серьезных разговоров.
— Что с Тоторовски?
— Йес проиграл довольно крупную сумму и нагрубил кое-кому из знати, но это мелочи. У него дома обнаружили мешочек с дурманом. Он клянется, что это не его, но старший мес уверяет, что в прошлом у племянника уже были нехорошие прецеденты с дурманом и плохой компанией. Так старшего и подловили. На него вышли, и, угрожая арестом племянника, убедили совершить преступление. Тебя похитить. Он должен был увести тебя из здания и передать наемнику. Наемник тоже задержан. Но в последний момент Абелард стал упрямиться. До него дошло, что такими темпами он будет бесконечно покрывать родственничка, и в итоге погубит и себя. Инстинкт самосохранения сработал, и он быстро сдал Йеса. Правда, перед этим, он связал секретаршу и получил по голове. Ты, кстати, не сильно его задела. Он быстро пришел в себя. А вот мису пришлось долго отпаивать успокоительным.
— Не страшно. Элжер дама впечатлительная. Зато есть что обсудить. Теперь, думаю, тема с нападением на нее, будет пару месяцев обсуждаться, и будет номер один во время обеденных перерывов.
— Что будет с Тоторовски?
— Со старшим ничего. Штраф, предупреждение, и на свободу. А вот младший влип. Я буду следить за ходом расследования.
— Понятно. — Я кивнула.
Настроение скатилось куда-то ниже ватер-линии, и упорно двигалось не то, что к килю, скорее якорем летело на дно. И океан безбрежного счастья дополняли две зловонные бочки черной смолы, что расплескали в этом самом океане.
Первая бочка, это будущая свекровь, что почти ежечасно спрашивала, как я себя чувствую, и доканывала сына вопросом «когда будем готовиться к свадьбе».
Вторая это император.
Остро назрел ряд изменений в законодательстве, отчего совет министров и прочие ветки власти лихорадило так, что стены императорского «недодворца»-«недозамка» тряслись. Были даже драки в коридорах.
Записочку от императора я получила на следующий день, пока сидела с Герартом в кабинете.
Герарт быстро заполнял какие-то бумаги. Я сидела рядом и старалась не мешать, пока не пришло мне письмо. Ее принес императорский курьер.
Ну, как курьер? И как сказать «принес»? Магически заряженная записочка просто врезалась в закрытое окно. Отскочила, и с разбегу бросилась на окно снова. Стекло зазвенело, но не разбилось.
— Это от императора «истеричка» прилетела. — Кивнув в сторону окна, пояснил Герарт.
— «Истеричка»?
— Ага. От него всегда вот такие записки. Что бы ни случилось, биться в стекло будут или в стену, пока не пробьются.
— Кошмар.
— Это да. — Согласился он. — Открой, кажется, это тебе.
— Мне? С чего вдруг?
— А ты открой, и посмотрим. — Тепло улыбнулся он, на секунду подняв на меня взгляд.
«Милая, пока еще Карпович, буду крайне признателен вам, если вы вместе с вашим мужем женихом, посетите…
Просто приезжай, и помоги решить проблему. Если я их буду успокаивать, то половину придется упокаивать. А так скажешь, что НАДО, мол, у вас так делают, и будет нам счастье. Да, и пора показать тебя министрам, пусть привыкают. Твой дядя император»
— Ужас какой, ну почему я! Что мне делать?
— Я не знаю, милая, не знаю. — Мой жених отложил бумаги в сторону и почесал шрам. — Сам и так вертел и этак. Но все больше склоняюсь к открытому делу. Все равно слухи об убийствах просочились в народ. Все равно мы теперь знаем больше, и ловить таких преступников будем чаще. Все равно девушек придется эксгумировать и перезахоранивать, а это не останется без внимания. Все равно нужно распространить твои методички с «Безопасным поведением». Все равно мы будем открывать школу. Все равно придется менять законодательство и вводить новые статьи. А просто так их не введешь, нужен прецедент. Не беспокойся. Выйдешь к министрам во время очередного заседания, зачитаешь речь по бумажке, император тебя поддержит, я рядом буду. Больше от тебя ничего не нужно.
— Ну, если дело обстоит так, то ладно. Выступлю. Кстати, а кто речь писать будет?
— Пока не знаю. Давай сначала с дядей встретимся.
Открытый или закрытый судебный процесс?
Сложный вопрос.
Сложная ситуация. Плюсов и минусов и в том, и в другом варианте море. А главное, что правильного ответа просто не существует.
Свои измышления с примерами и аргументами, я накануне изложила в письменном виде, и передала через жениха, непосредственно императору.
А сегодня я уже возле той самой лестницы в «недодворец».
В связи с открывшимся заговором против императорской семьи, портальные скачки запретили, и теперь самой ближайшей точкой для личного портала было подножие лестницы.
— Надо было больше исторических романов читать. Ну, и историю учить лучше. -
Бормотала я, бодро шагая по лестнице за будущей свекровью. — Еще не плохо бы было повнимательней прочесть про этикет и прочие заморочки.
— Это конечно похвальное стремление, Кира, но пока это не к спеху. Так что не волнуйся. Кстати, Герарт уже в кабинете моего братца, так что можно нам ускориться.
Да я и без ее слов ускорилась.
Знакомый по первому балу интерьер, сегодня не так поражал, как тогда.
Может, привыкла?
Снова кабинет императора, где помимо монарха нас ждал и Герарт.
— Доброго дня, миса Кира. Рад вас видеть. — Поприветствовал меня его величество.
— Здравствуйте, Ваше…
— Брось, зови меня по имени. Ну, или дядя Джард. Тоже пойдет. Ты скоро станешь женой моего племянника. — И тут же повернулся к сестре. — Элен, вижу, ты наконец-то познакомилась с Кирой?
— И тебе здравствуй, братишка. Да, как видишь. — Коротко ответила она.
— Надеюсь, все прошло хорошо? — Мы со свекровью переглянулись.
— Довольно уже. Пойду-ка я присяду вон в то кресло. И вообще, где мой кофе?
Мужчины рассмеялись.
— Папа в красках поведал дяде о прошедшем знакомстве.
— А-а-а-а. — Понятливо протянула я.
— Да, жаль, что меня там не было. — Подавляя очередной смешок, прокомментировал император. — Что ж, не буду тянуть, прошу, Кира, присаживайся.
Я присела в кресло, заботливо выдвинутое Герартом. Он сел рядом.
— Итак, я внимательно изучил все, что ты написала. Кира, я не вижу другого выхода. Нам нужна гласность. Да, я, так же как и ты, боюсь паники и истерии. Так же боюсь, что будут и самосуды и ложные обвинения. Про подражателей… совсем молчу. Все, что я могу сделать, это вложиться в создание школы. Ты права. Нам многое, очень многое нужно сделать. Да, будут не довольные. Особенно среди знати, но! — Он многозначительно замолчал. И в молчании этом легко угадывалось «продолжай».
— Но здесь на нашей стороне заговор. Сейчас можно устроить тотальную чистку. И не только среди предателей, но и среди недовольных. Я правильно поняла? Психическое отклонение Блекдора младшего не только покажет миру о наличии таких людей, но и приземлит эго знати. Их тоже будут судить, как простых людей. Какой приговор будет для него? Вы ведь уже вынесли вердикт? Верно? Остальное только представление для широкой публики.
— Казнь для всех. Блекдоры увязли в такой грязи, что и говорить нет никакого желания. От заманивания жертв, для любимого сыночка и фальшивомонетчества, до торговли людьми. Они заслуживают смерти и без предательства. Так что никаких шансов.