Крах стихий (СИ)

— Идите за мной по тропе и не отставайте, — серьезно предупредил Грег, бросив строгий взгляд на мальчиков. Ведь он за них отвечал. Те переглянулись и кивнули, а после двинулись за мужчиной следом. Они понимали всю серьезность и опасность ситуации. Лес — это не детская песочница.
Они шли долго, не сворачивая с тропы, пока Грег вдруг не остановился, подняв правую руку, чтобы мальчики за ним тоже замерли.
— Смотрите, — прошептал он, указав вперед. Аластар чуть наклонился вбок, чтобы рассмотреть то, на что указывает мужчина. В нескольких метрах от них стоял небольшой олень и беззаботно жевал траву, совсем не ожидая незваных гостей. — Вот это находка. — Он опустился на одно колено и тут же как можно тише достал лук и стрелу из сумки. — Смотрите внимательно, ребята.
Грег оттянул тетиву, придерживая стрелу и целясь в будущую добычу под скрип своего лука. Секунда — олень упал на бок, поражённый стрелой точно в цель, и захрипел от боли. Мужчина довольный собой тут же заулыбался.
— Видели?
— Ого! — вырвался у Аластара удивленный восклик. Даже Искар заулыбался, гордый за своего отца.
— Нам этого оленя на несколько семей хватит. Айда за мной. — Грег радостно подскочил, убирая лук и стрелы обратно в сумку, и быстрым шагом подошел к своей добыче. Он хотел что-то сказать, обернувшись к ребятам, как вдруг замер. Его улыбка сползла с губ, а лицо исказил испуг. Со стороны за деревьями послышался тихий рык. Аластар и Искар тут же забегали глазами, пытаясь найти источник звука.
— Искар, Аластар, уходите отсюда, — тихо прошептал Грег, медленно потянувшись к своей сумке на спине.
— Отец… — Напуганный Искар хотел подойти к мужчине, но Аластар схватил его за руку, не давая сдвинуться с места.
— Аластар, уводи его! Быстро!
Больше мальчик не медлил, он быстро развернулся и что есть силы рванул обратно по тропинке. Он старался бежать как можно быстрее, словно он и не устал за несколько часов ходьбы по лесу, но его задерживал Искар, который не только бежал медленнее, но и постоянно оглядывался, пытаясь найти глазами своего отца. Аластар остановился и хорошенько встряхнул его за плечи.
— Глупый, соберись! Нам нужно бежать быстрее!
— Но там мой отец!
— Мы на помощь позовем!
Искар замолк, сдерживая нахлынувшие слезы от страха за себя и за своего отца. Аластар принял это за согласие, поэтому развернулся и хотел побежать дальше, но тут перед ним на тропу выпрыгнул волк, злобно зарычав. Он медленно приближался к ним, готовый в любой момент напасть. Мальчик сглотнул застрявший ком страха, отступая на несколько шагов трясущимися ногами, прикрывая собой Искара. Стоило волку броситься на них, как Аластар тут же достал из кармана свой недоделанный деревянный нож и со всего размаху бросил его в волка. Им несказанно повезло, потому что нож вошел животному точно в глаз, отчего тот жалобно заскулил, уткнувшись мордой в землю. Аластар, не мешкая, схватил Искара за руку и, воспользовавшись заминкой волка, пробежал мимо на выход из леса.
2-й месяц 238 года стихий, Ниса
Ниса, поравнявшись с Аластаром, наблюдала за дорогой, потупив взгляд вниз, слушая печальную историю из его детства. Тот замолк, достав бурдюк из сумки, прикрепленной к седлу, чтобы смочить горло после долгого рассказа.
— И… чем все закончилось?
— Мы прибежали в деревню и попросили помощи у старших. Грега нашли через несколько часов. Он умер от болевого шока и потери крови. Моя мать согласилась принять Искара в нашу семью, так как у него никого больше не было кроме отца.
Ниса тяжело вздохнула, наблюдая, как её спутник убирает бурдюк обратно в сумку. Её мучил один вопрос во время слушания этой истории.
— Аластар, ты тогда еще не был ноитом?
— Да, — спустя небольшую паузу ответил он.
— Но… Тогда я не понимаю. Тебе на вид не больше двадцати пяти, ты не мог тогда еще не быть ноитом… А ты явно описываешь события еще до начала войны. — Ниса пыталась прикинуть в голове, как и в какой промежуток времени он мог стать ноитом, но не могла этого понять. Ничего не сходилось. Аластар наблюдал за задумчивым выражением лица Нисы, что вызвало у него легкую усмешку. Он не стал долго её томить.
 
— А ты внимательная, — хмыкнул он, после чего поддел край своего ворота плаща и оттянул его вниз, наблюдая, как голубые глаза ноиты медленно расширяются от шока, а губы размыкаются от удивления, не в силах что-либо сказать. На его шее слева виднелась небольшая красная круглая печать размером с кулак. В её центре располагались языки пламени, заключенные в треугольник. Они рассеивались ближе к краям, на которых в меньших трех кругах были изображены символы других стихий.
— Ты энит? — тихо прошептала Ниса. Это, скорее, был не вопрос, а утверждение. Только у семерых первых ноитов, кого одарили бессмертием сами Великие Драконы стихий, были такие печати.
Аластар коротко кивнул, в глубине души, должно быть, радуясь, что ноита не завопила на всю округу и не побежала от него в обратную сторону.
— Почему ты сразу не сказал?
— Ты бы тогда со мной пошла? — Губы Аластара вновь тронула усмешка, а Ниса замолкла от его заявления. Она немного подуспокоилась, глубоко вздохнув.
— Пошла бы. — Она задумалась, перебирая все то, что когда-либо говорила ей её мать. — Точно, Анжела мне рассказывала об эните, что отправился после войны в Юнсет и стал по нему путешествовать. Так это ты… Искар тоже энит? — Она нахмурилась от неожиданно возникшей догадки. Аластар вновь коротко кивнул, а ноита сжала поводья от вдруг появившейся головной боли из-за большого количества полученной информации за последние сутки. К тому же ушиб ещё только начал заживать.
Они замолкли, погруженные каждый в свои мысли. Ниса все никак не могла переварить услышанные слова. Тот, кто забрал ее мать, — энит. К тому же ноита помнила про то, что Великие Драконы прокляли предателей. Значит, и Искар должен был быть проклят. Ниса хотела бы порасспрашивать Аластара об этом человеке, ей нужно было знать больше о нем. Вдруг ей предстояло с ним когда-нибудь встретиться. Но она не стала наседать на него с расспросами, так как почему-то ей казалось, что эниту было тяжело об этом вспоминать.
Вдалеке вдруг показалась небольшая пустошь, на которой стояли развалины из разрушенного камня и полупрогнивших деревянных досок.
«Это деревня…»— пронеслось в голове у Нисы, отчего она съежилась и непроизвольно потянула поводья на себя. Женева замедлила шаг, позволяя ноите осмотреть все как следует. Эти развалины и правда напоминали дома, в некоторых местах даже сохранились стены, заборы. Сердце Нисы замерло, когда возле одного из домов она увидела обглоданные старые кости. Она рукой прикрыла рот, и так скрытый шарфом, пытаясь подавить рвотный позыв.
— Ты идёшь? — вдруг раздавшийся голос Аластара не на шутку напугал ноиту, отчего она вздрогнула и бросила взгляд на своего спутника. Тот спокойно пошёл дальше по небольшой дороге бывшей деревни. Ниса тяжело вздохнула, подняв взгляд в небо, пытаясь собраться с силами и идти дальше. Но даже небо её не могло успокоить — оно было полностью серым без единого просвета. А чем дальше она смотрела, тем чернее и чернее становились облака. Больше всего её настораживало, что не было слышно ни единого звука живой природы. Только лёгкое завывание ветра. Ниса дернула за поводья, нагоняя Аластара, чтобы сильно не отставать.
— Что это за место?
— Ксат. Мы уже рядом с долиной.
— Постой, Ксат? Это же…
— Да.
Ниса тут же завертела головой, пытаясь уцепиться взглядом хоть за что-то из рассказа Аластара, но все было настолько разрушенным и старым, что у неё не получалось этого сделать. Она не понимала, как энит мог быть таким спокойным, идя по дорогам, от которых ничего не осталось, но на которых он вырос. Руки ноиты вспотели от волнения и появившегося плохого ощущения, что ей тяжело стало держать поводья. По спине будто пробежал лёгкий холодный ветерок.