А отличники сдохли первыми... 5 (СИ)

— Игорь, а сколько мест в вашем вертолёте? — Амазонка задавала вопросы, но в тоже время продолжала что-то напряжённо обдумывать.
— Два пилота, два стрелка и ещё... — Он смерил взглядом девчонок. — Таких как вы — человек восемь влезет без перегруза.
— Окей... Кир, чуть не забыла. Мы отложили тебе лапу, как ты просил. Пары пальцев не хватает, но в остальном почти невредима до запястья.
— Лапу??? — Алина поперхнулась чаем и подняла на меня озадаченный взгляд.
— Лапу. — Я беззаботно кивнул.
— Зачем???
— Лишние руки нам сейчас не помешают.
— Да я серьёзно! — Она захохотала и ткнула меня в плечо своим обычным жестом.
— И я... Увидишь. Давайте поедим уже, наконец. А то вдруг война — а я голодный.
После обеда мы определили состав нашей экспедиции. Альфа командировала вместе с собой ещё четырёх девчонок — Гамму-снайпершу и ещё трёх Дельт, включая свою миниатюрную адьютантку из Маркса. Морж, получив предложение снова сесть за пулемёт, ответил хищной улыбкой. А за второй станок на этот раз сел Белый — Леонтий дежурил на одном из постов по периметру станции. Себе в напарники он взял здоровяка Макса. Жук и Васёк продолжали корпеть за компом, пытаясь добраться до содержимого запоминающего устройства найденного телефона. Точнее, корпел в основном Жук, а Васёк делал вид, что даёт ценные советы уровня «лошадью ходи».
— Я с вами! Я должна всё видеть! Это историческая встреча! — Безапелляционно заявила Алина, когда речь пошла об оставшихся местах. — Не возьмёте — я за колесо уцеплюсь и всё равно полечу!
— И я! — Не дав мне ответить, откуда-то слева возникла Лань. — Я тут от Чёрного отряда за старшего. Раз амазонки и кадеты летят, то и я тоже должна. Иначе не весь Саратовский Альянс в сборе.
— Но с нами же Морж.
— И ты доверишь ему представлять отряд? — Лань скрестила на груди руки и покачала головой, подчёркивая иронию.
— Туше... — Я повернулся к Алине. — У тебя же ещё остался инъектор?
— Ага...
— Не забудь взять. Может пригодиться.
— Ура!!! — Девчонка запрыгала на месте, поняв, что ей предстоит первый в её жизни полёт на самом настоящем вертолёте.
До Сызранского аэродрома мы долетели, когда бортовые часы показывали примерно половину седьмого вечера. Всю дорогу в наушниках периодически слышалось восторженное девичье попискивание. Особенно, когда борт начинал немного раскачиваться под сильными потоками ветра.
— СВАУЛ, это ГЭС. Вы готовы? — Игорь вышел на связь первым.
— Здорова, ГЭС! Не тормозите, ща догоним, на... Респект, что не зассали! — Несмотря на лёгкую статику и шум двигателя, я легко узнал в наушниках голос Фёдора.
— Огорчаешь, Федь. Я ж с тобой поле боя делил.
— О, здорова Жор! Да ты знаешь... Всякое бывает, на... Братан мой, кстати, ваще оклемался. Везите ещё этого своего ширева, на... Отблагодарим.
— Устроим... Оно скоро ещё лучше будет работать. — Я заметил, как к нам в хвост пристроились два «крокодила». — Вы в том же составе?
— Ага. И ещё десять пацанов в салонах, на.
— Добро... У нас поменьше, конечно... Мы там на пятачке за вами сядем. По фронту вас не взять. А мы фланги прикроем, если что.
— Понял... Это там с вами те девчонки, которые на бэтре тогда заехали, на?
— Так точно.
— Серьёзный у них там бабец за старшего, да? Как её зовут-то, на?
Я покосился на Альфу, которая прекрасно слышала весь наш диалог в своей паре наушников.
— Альфа-один. Военная академия материально-технического обеспечения, батальона Амазония, город Вольск. Честь имею. — Сухо отчеканила она.
— У... Здорова... Всмысле... Здравия желаю. Фёдор Игнатов, старший курсант Сызранского высшего военного авиационного училища лётчиков... — Фёдор помедлил и неуверенно добавил. — Город Сызрань...
— Приятно познакомиться. — Голос амазонки был всё так же сух и подчёркнуто нейтрален.
— Э-э-э... Взаимно...
«Крокодилы» поравнялись с нашей вертушкой. И вплоть до пункта назначения, командир самогонщиков предпочёл хранить молчание.
Путь до мыса у слияния двух рек занял ещё полчаса. И ещё на подлёте мы заметили вереницу автомобилей, выстроившихся на дальнем от нас крае песчаного пустыря. За машинами угадывались силуэты пары десятков человек, одетых в чёрное. Заметив приближающиеся вертолёты, они засели за них в укрытие. А от общей массы отделились три фигуры. Когда мы сели на песок, подняв вокруг тучи пыли, эта троица встала на полпути от машин к месту посадки.
 
— Диман, Пашок — со мной. Всем быть на связи,на... — В наушниках вновь послышался голос Фёдора, раздававшего приказы своим бойцам. — ГЭС, кто от вас? Игорь или Жора? Больше не надо. Зассут ещё, на...
— Я пойду. — Оглянувшись в салон, я отрицательно покачал головой в ответ на немой вопрос сразу несколько девичьих взглядов, выражавших горячее желание присоединиться к переговорам. — Не все сразу. А то и правда спугнём. Кройте тут пока.
Выскочив на песок, я быстро присоединился к троице самогонщиков. А остальные распределились в укрытии за колёсами вертолётов. Белый и Морж пригнулись к прицелам.
Дошагав до встречающих, я разглядел их поближе. Кротко стриженые пацаны были словно из инкубатора — одного роста, одного телосложения и возраста. Около шестнадцати. Старшеклассники. Худощавые, но жилистые, они были одеты в какую-то чёрную униформу — не то охранников, не то инкассаторов, не то полицейского спецназа. Она была им не совсем по размеру — и рукава и штанины закатаны. Под рубашками угадывались лёгкие полицейские бронежилеты. Разгрузка. «Калаши» за плечами и «Макаровы» на поясах. Полный комплект. По этой части проблем у них пока нет. По крайней мере, у тех, кто ведёт переговоры.
У каждого на плече — красные «галочки». Три у центрального и по две у тех, кто стоял по сторонам от него.
Отдельно я заметил, что мой вид их ничуть не удивил. Должно быть, уже были наслышаны о том, что самогонщики имеют дело с парочкой чудом выживших взрослых. Плотно сжав губы они следили за нами чуть прищурившись от закатывающегося солнца и поднявшейся пыли. Не особо приветливо...
— Здорова, Петёк. Чё, как тут у вас дела, на? — Фёдор первым добродушно поприветствовал наших собеседников, обратившись только к обладателю трёх «галочек». От остальных его отличали ещё и особенно сильно впавшие щёки. Было похоже на то, что пацан уже лишился почти всех коренных зубов.
— Здорова, на... — Еле слышно ответил парень, почти не открывая рта. — Хуёво дела, Федян. И я, блядь, очень надеюсь, что это не из-за вас...
  
Глава 17. Недобрые самаритяне
 
— Нормально, чё... То есть вы сначала с ценами в прыжке переобуваетесь, на... Кладёте хер на уговор, на... А мы теперь ещё и виноваты? Так дела не делают, ребзя, н-на... — Фёдор сохранял расслабленную позу, немного приподняв подбородок — словно желая посмотреть на собеседника сверху вниз. Но его невысокий рост не вполне этому способствовал. И в его взгляде не оставалось и следа былой приветливости.
— Да хорош прибедняться. Даже бобры знают, сколько вы со всех за свою бражку дерёте. Не разоритесь. — Холодный взгляд переговорщика «чёрных» не уходил в сторону ни на миг. Его подручные молчали, храня подчёркнуто-нейтральные выражения лиц, словно почётный караул. Было похоже на то, что в их среде правит жёсткая дисциплина. И общее поведение заметно отличалось от большинства малолетних банд, с которыми я имел дело раньше. Если бы перед нами стояли очередные вооружённые гопники, они наверняка сейчас бы бессмысленно лыбились. В гораздо более расслабленной позе. Да и внешний вид в целом на это намекал - чистые, опрятные. Ни чумазых разводов, ни сальных воротников.
— Да мы то не разоримся, на... Но вы ж полюбасы на одной своей кондитерке долго тут не проживёте, на. И не надо мне тут ля-ля... Как ты там сказал... Даже бобры знают, на, что у вас нормальной хавки — хер да маленько после пожара. Одни порошки. Без того,что мы вам даём, сами только свой сахар и будете жрать.