Видишь Суслика? (СИ)
***
Ровно в 19 часов они вышли к КПП. Там уже лежали пропуска на трёх человек, а снаружи их поджидал никто иной, как Сёго – собственной персоной. Он стоял, облокотившись на белоснежное крыло Лексуса, и всем своим видом выражал тщетность бытия и бренность всего сущего. Будда, достигший Нирваны. Не так, в представлении Валентина должны выглядеть будущие убийцы. Что ж, оставалось досмотреть представление до конца. Жопное чувство давало знать, что как только он сядет в этот Лексус, назад дороги не будет.
Танто и пистолет приятно грели душу, и хорошо, что их не стали останавливать на КПП. У Хомяка за пазухой был трос с грузиком-кошкой, который они использовали для тренировки в паркуре.
Обе высокие стороны поклонились друг другу:
- Приятно удивлен, Фудзивара-сан, позвольте предложить вам воспользоваться сей скромной колесницей.
- Взаимно рад нашей встрече, Кагосима-сан! С радостью приму ваше предложение!
- Рад видеть и вас в добром здравии, Минамото-сан!
- Ффффуу! – только фыркнул Хомячок.
С водительского места вышел шофер, который был представлен как Сусуми Танака, верный вассал рода Кагосима. Он открыл всем двери и рассадил гостей не широченном заднем сиденье, похожем на диван.
До ресторана домчались быстро – это действительно оказался «Терузуши». Всю дорогу Суслик делал вид что дремал и не участвовал в пикировке между Сёго и Синдзи. Вместо этого он устроился так, чтобы видеть дорогу впереди и сзади в зеркала. Используя фотографическую память Кадзуо, Валентин проверял каждое свое подозрение.
Они подъехали к ресторану и оставили машину с шофером на стоянке. Кагосима не хотел, чтобы его вассал услышал что-то. Из чего Суслик сделал вывод, что будет сделано какое-то предложение. Однако, чем ближе к ресторану, тем больше сигналов подавало жопное чувство. Он снова почувствовал запах горящей плоти, болота, гниющая листва и железистый привкус на языке.
Хорёк сразу направился на второй этаж, где их проводили в особый кабинет для VIP-персон. Обслуживали дорогих гостей сразу три официантки в традиционном образе японских гейш. Шеф-повара Ватанабе сегодня не было, но было заказано его фирменное блюдо, выдержанное сакэ и традиционный японский чай матча в любых количествах.
Суслик немедленно вышел в туалет, сославшись на длинную дорогу. Официантка проводила его в комнату раздумий. В коридоре, стилизованном под японскую старину, было несколько узких окон. Через них была хорошо видна автостоянка, где находилась машина Кагосима. Когда Суслик вернулся назад, он сел рядом с Хорьком и начал спокойно есть закуски, расставленные на столе, совершенно не обращая внимания на шокированного Хомяка.
- Скажите, Кагосима-сан, есть ли у вас оружие?
- Вы застали меня врасплох, Фудзивара-сан. Нет, кроме церемониального ножа я не имею право носить с собой оружие.
Суслик замолчал на некоторое время. Тогда Сёго решил приступить к тому, ради чего он затеял все это мероприятие.
- Вы знаете, Фудзивара-сан, я был крайне раздосадован вашим поведением всё то время, что имел честь вас знать в кадетской школе. Должен признать, моя последняя попытка помешать вам участвовать в Императорских соревнованиях в моей команде была очень некрасивой…
Суслик с отсутствующим видом слушал, как Хорек выворачивался на изнанку и пытался подольститься так, чтобы это не выглядело грубо и вопиюще нетактично. Стандартное японское поведение. Здесь, вместо того, чтобы предложить мир-дружбу-жвачку, стороны намеками, полунамеками и предположениями крутятся вокруг-да-около часами. Еще и внимательно следят за выражением лиц собеседников. Что сейчас и происходило.
Он понял, для чего Хорёк организовал поход в ресторан, для чего подарил оружие: хотел замириться с ним и Хомяком, после того как Суслик себя показал с лучшей стороны. Да и победа в соревнованиях на бронемашинах, что сначала показалась Хорьку подлогом, стала дополнительным плюсом в его глазах. После отчисления Оути команда Хорька охромела, а ему отчаянно нужен был полноценный и деятельный коллектив. И всё последующее поведение Суслика и Хомячка подсказывало, что он где-то сделал ошибку. Которую надо было исправлять – и либо переговорами и подарками, либо своей честью. В клане Кагосима очень серьезно относились к достижениям и неудачам своих наследников, и Сёго ставил на карту всё.
Внезапно с улицы послышались хлопки.
- Ваш водитель мёртв, Кагосима-сан, – продолжая вкушать достойные самой высокой похвалы суши с тунцом, сказал Суслик. Эта новость словно обухом по голове ударила Хомячка и Хорька. Те буквально застыли с палочками у ртов.
Суслик же хладнокровно достал из-за пазухи пистолет, обоймы из карманов и танто откуда-то сзади.
- Раздевайся, – бросил он застывшему Хомячку. – Официантки, брысь! Испуганные девушки в своих сабо засеменили к тайному проходу из комнаты.
Хорёк с разинутым ртом наблюдал, как Хомячок избавляется от форменного пиджака и брюк, оставаясь в тренировочных шортах и майке. И разматывает с пояса прочный шнур с кошкой на конце.
- Умеете ли вы держать щит, Кагосима-сан? – обратился Суслик к Хорьку. Тот судорожно закивал головой, глядя как Суслик перематывает свою голову черным шелковым платком так, что остались видны только глаза.
- Слушай мою команду, кадеты! – Из-за повязки голос звучал глухо и угрожающе. Будто говорил командир наемников перед штурмом позиции врага. – Блокируйте щитами первые выстрела. Затем я вас прикрою – сразу эвакуируйтесь через окно. Команду повторить!
Кагосима и Минамото четко повторили все сказанное ранее Сусликом, хотя и выглядели столь шокированными, что им можно было без грима в кабуки играть.
Суслик избавился от лишней одежды, оставшись в черной майке, черных шортах и черной импровизированной балаклаве. Заткнув пистолет за резинку шортов, дополнительные обоймы он рассовал по пришиты к майке карманам.
Затем, как заправский ниндзя, прилепился к притолоке над дверью, одной рукой воткнув танто в потолок, а ногами опираясь на косяк двери. И так и застыл.
Двер в VIP-лаунж распахнулась от удара, и на пороге показался грузный бородатый дядька в камуфляже. Типичный европеец с автоматом Узи в руках.
Случилось два события сразу – Суслик, с диким криком «АТАС» спрыгнул прямо на дядьку. Сидящие за столом Хорек и Хомяк рефлекторно подняли щиты, на которые обрушилась автоматная очередь.
Больше ничего дядька сделать не успел, оседая на пол. Суслик, хладнокровно упершись ногами в окровавленный череп, вытаскивал из темечка убитого танто. В голове Суслика били центральноафриканские там-тамы, обтянутые кожей врагов. Измазанные кровью воины колотили пустотелыми бамбуковыми палками по человеческим черепам. Гудело пламя огромного костра, принимающего человеческие жертвы.
- Вам что, особое приглашение нужно? – свирепо выкрикнул тощий школьник, только что убивший наемника.
Отрицательно мотнув головой, Хомяк метнулся к окну, выбил его, обмотал вокруг рамы веревку и жестом подозвал Хорька. Вдвоем они быстро спустили по шнуру и дали деру в сторону полицейского участка.
Теперь можно было вздохнуть спокойно. Суслик полностью передал управления Валентину. Тот, напевая по-русски песню «Вот пуля пролетела и – ага…», аккуратно двинулся по коридору. Спрятаться, на первый взгляд, было негде. Суслик подпрыгнул, подтянулся и залез в небольшое пространство между декоративным потолком и крышей здания. Закрепившись, он пропустил под собой пару наемников.
Он дождался, пока те пройдут подальше, и быстренько спустился обратно. Двое наёмников зашли в VIP-кабинет, и сейчас удивлённо смотрели на труп своего товарища и выбитое окно. Суслик незаметно подошёл к ближайшему бойцу, с подшагом ударил ножом в печень, затем под колено. Мужчина завалился мешком. Не останавливаясь, Суслик сделал крутой разворот и нанёс удар еще тёплым от чужой крови танто в спину второму ублюдку, прямо в сердце.
Не теряя времени, Суслик подошел к раненому и хладнокровно вонзил нож в подбородок, достав до мозга. Надо было пошуметь еще, чтобы дать пацанам время уйти. По дороге в ресторан он заметил два автомобиля, следовавших за ними почти от самого КПП. Потенциально это восемь-десять человек.