Три подруги и пустынная кошка (СИ)
— Вот именно, что людей! А воздействовать на таких, как мы, ей очень трудно! Она сама об этом говорила!
— Трудно не равно невозможно, — проворчала я.
— Слушай, — вдруг выпрямилась Ниса так, словно ей в макушку кол воткнули. — А ты давно Марису и Артура видела?
Мы всегда называли родителей Фирусы по имени и обращались к ним на «ты», во-первых, потому что они сами об этом просили, а во-вторых, потому что сложно «выкать» людям, которые выглядят практически как наши одногодки.
— Последний раз — зимой, — поморщилась я, припоминая. — Когда ходили к ним Рождество отмечать. А ты?
— И я тогда же, — кивнула банши и с тревогой уставилась на меня. — Как ты думаешь, с ними могло что-то случиться? Может, их похитили?
— Да вряд ли, — ответила я, но беспокойство уже начало скрести душу. — Возможно, их даже в стране нет. Ты же знаешь, они постоянно во Францию мотаются.
— Кто-то мне недавно уже говорил что-то про Францию, — сосредоточенно заморгала подруга, закусывая засунутый в рот палец. Я тут же не выдержала, и выдернула её руку изо рта.
— Как маленькая, честной слово! Руки грязные, а ты их в рот тянешь!
— Они чистые, — упрямо заявила Ниса. — Я их с утра мыла!
— Ага, с утра мыла, а после успела облапать едва ли не половину города!
— Ты мне мешаешь! — не дала мне закончить нравоучения Ниса. — Ну, вот! Сбила с мысли! Я уже почти вспомнила, где недавно слышала про Францию!
— «Почти» не считается, — пробурчала я и начала сбрасывать скорость.
Мы почти добрались до дома Мишки Романова.
— Слушай, а давай Грише позвоним? — загорелась новой идеей неугомонная банши.
— Зачем? — скептично выгнула я бровь, съезжая с основной дороги в узкий переулок. — Поинтересоваться, когда он последний раз был во Франции? Не думаю, что он скажет тебе правду, даже если буквально вчера жевал круассан глядя на Сену и швырял крошки местным голубям.
— Нет, — нетерпеливо мотнула головой моя любимая блондинка. — Спросим, может ли быть стая подчиненною не полностью. А? Давай?
— Ага, спросим и заодно вызовем у него ненужные подозрения, — мы трясясь на кочках и выбоинах доехали до конца переулка, свернули за угол, преодолели еще с десяток метров отвратительного асфальтового полотна, проложенного между двумя стоящими друг напротив друга пятиэтажками и оказались перед круглым высотным домом с глухим внутренним двором, въезд в который преграждали ворота. — Все, приехали.
Я припарковалась, заглушила мотор и вынула ключи из гнезда зажигания.
— Погоди, — схватила меня за руку Ниса, когда я уже собралась покинуть салон. — Ну, давай поговорим с Гришей, хуже уже все равно не будет. А если ты боишься, что он тут же помчится с докладом к твоему недоделанному жениху, так не бойся.
— В смысле? — приподняла я брови.
— Ты ему нравишься, Ди, — растянула губы в улыбке Ниса, глядя на меня со снисходительностью. — Как можно было этого не заметить? Встречаясь с тобой он всегда одет с иголочки, благоухает дорогим парфюмом и вовсю демонстрирует собственные достоинства. Не знаю, насколько их у него много, я ревизию не проводила, но, думаю, достаточно, чтобы даже составить конкуренцию твоему любимому клыкастому.
— Ты нос с пальцем-то не сравнивай! — тут же возмутилась я. — Ян…
— Да, да, да, — и глаза подружки укатились куда-то под череп. — Самый лучший кровосос на свете! Я в курсе! И знаю, что между вами двумя драма с бесконечным количеством актов, и конца и края этому нет. Но! Гриша — лучше Макса. И сам парень, мало того, что заинтересован в тебе, так еще и не прочь избавиться от власти принца над собой и своими волками. А зачем он ему? Должность главного хвостатого Гриша уже получил. А если не будет Максика, то оборотень получит еще и тебя.
— За языком следи, — рыкнула я на подругу.
— Ну, или не получит! — развела руками Ниса, быстро перестроившись. — Но его симпатию к тебе можно и нужно использовать. Мы уже сами запутались, кому можно верить, а кому нельзя, и кто у нас следующим во вражеский список попадет!
Я отвела глаза, устремив взгляд сквозь лобовое стекло, глядя на пронзительно голубое небо и припоминая слова оборотня, сказанные им тогда, в моей квартире, коллективная встреча в которой закончилась нашим с Нисой побегом с музой наперевес.
— Ладно, я ему позвоню, — решительно заявила я и вытянула руку к подруге.
— Уже набираю! — просияла радостью банши и сунула мне телефон в тот момент, когда на другом конце прерывисто-сдавленно откликнулись:
— Алло.
— Надеюсь, ты занимаешься не тем, о чем я подумала, — вырвалось у меня.
Глава 8
— А о чем ты подумала, Ди? — спросил Гриша и я услышала скрытую улыбку в его все еще шумном дыхании.
— Не важно, — почему-то смутилась я.
— Ты фантазируешь обо мне? — жарко выдохнул он и сбивчиво рассмеялся так, как умеют смеяться очень опытные мужчины.
— Делать мне больше нечего! — громко фыркнула я. — У меня дел, знаешь сколько?
— Да, — с многозначительным подтекстом согласился Гриша, задышав ровнее, но не менее выразительно. Так, чтобы я слышала. — Ты у нас очень деловая.
— Не у вас, — тут же поспешила поспорить я. — К вам я вообще не имею никакого отношения!
— Так, зачем ты звонишь, Ди? Да еще и с телефона подружки?
— Откуда ты знаешь, чей это номер? — всколыхнулась моя природная подозрительность.
— Она тебе не говорила? — хмыкнул вожак местных оборотней, перестав пыхтеть в трубку. — Я звонил ей, после того, как пришел в себя… с кровью в ушах.
— Зачем звонил? — свела я брови у переносицы, не реагируя на активную, но совершенно непонятную жестикуляцию подруги, размахивающую руками в полуметре от моего носа и едва этот самый нас не задевая.
— Хотел узнать, все ли с тобой в порядке, — вдруг очень серьезно промолвил оборотень. Так серьезно, что у меня мурашки побежали по затылку. — И не довела ли тебя твоя гиперактивная подружка до потери слуха. Знаешь, я бы тебя сам отпустил. А к стулу привязал, потому что хотел, чтобы ты выслушала меня от начала и до конца. Но тут заявились эти двое…
И он умолк, кажется, чтобы сдержаться от ругательств.
— Знаешь, тому, кого ты выберешь придется носить с собой ружье.
— Зачем? — растерялась я.
— Чтобы отстреливать всех тех, кто захочет забрать тебя себе, — произнес Гриша то, что я совсем не ожидала от него услышать. — И, знаешь, я — один из таких. Я хочу тебя себе.
— Я, по-твоему, кто, переходящее знамя? — беседовать в таком ключе с вожаком местных волков было… немного абсурдно.
— Нет, если я получу тебя, то уже никогда не отпущу, — произнес оборотень так, как будто это было чем-то нормальным. Чем-то естественным и легко прогнозируемым.
— Полное безумие, — пробормотала я и это был ответ на мои собственные мысли.
— Почему же, — не согласился Гриша. — Я вполне могу представить тебя рядом с собой. Ты бы стала моей парой, моей леди.
— Спасибо, не надо, — быстро отказалась я. — Пробежки голышом под луной, конечно, очень романтичны, но очень негигиеничны.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — резко пресек мою болтовню оборотень. — Ты ничего не знаешь о нас. Но могла бы узнать, если бы захотела. Я бы положил к твоим ногам весь свой мир.
Мне стало окончательно неудобно и неловко продолжать этот разговор, слишком уж откровенным он становился.
— Мне нужно кое-что узнать, — выдохнула я в то время, как глаза подруги округлились и выпучились, как если бы ей вдруг резко приспичило в туалет. — Узнать, возможно ли такое, чтобы тот, кто подчинил стаю, все равно не контролировал подвластных оборотней до конца?
Гриша некоторое время сохранял молчание, а после произнес:
— Решила сунуть свой прекрасный носик в дела Лозовского, верно?
— Как ты догадался? — искренне удивилась я.
— Это было не трудно. Из всех твоих знакомых только двое имеют подвластных зверей — Макс и его старший братец. Если бы проблема была с первым, ты бы мне не звонила. Остается только Лозовский, а вместе с ним и небольшой шанс, что я не побегу к Максу с доносом.