Три подруги и пустынная кошка (СИ)

А после подошла и отобрала у меня упаковку с остатками печенья, высыпала крошки в рот и начала быстро орудовать челюстями.
— Вредина блондинистая, — отреагировала я на воровство еды.
— И я тебя люблю, — растянула губы в широкой улыбке подруга.
— Где муза? — спросила я, наливая в стакан воды из прозрачной пластиковой бутылки, что стояла рядом со мной на столе.
— Поручение, наверное, твое выполняет, — безразлично проронила банши, падая на стул. — А может, опять сбежала.
— Не веришь ей, — догадалась я, убирая со стола мусор.
— А ты?
— Не до конца.
— Вот и я так же.
Не успели мы поделиться соображениями, как дверь вновь распахнулась и вошла муза. И она, и Ниса в отличие от меня успели переодеться. Банши надела спортивный костюм, кажется, в ближайшее время у нее не будет желания демонстрировать ноги в коротких юбках. Муза выбрала простые черные брюки и тонкую водолазку. А вот я продолжала шастать в платье.
— Принесла? — по-деловому спросила я.
Руся прошла, сбрасывая на ходу туфли, и печально ответила:
— Нет. Я ему позвонила, он меня выслушал и сказал ждать. Потом перезвонил и предложил встретиться, но я потребовала доказательство, что камень у него. На что Лозовский ответил, что камня у него нет, потому что и у Макса его нет.
Я побарабанила пальцами по столу, повернулась к Нисе и потребовала отчета:
— А у тебя какие успехи?
Ниса недовольно поморщилась, но все же сообщила:
— На отряд напали на северном склоне букового леса. Это рядом с горой Агармыш.
— Ясно, — покивала я и решительно хлопнула ладонью по столу. — В таком случае, собираемся!
— Куда?! — в один голос выкрикнули муза и банши.
— Как куда? — я встала. — В лес! Руся, у тебя есть спортивки или хотя бы шорты?
Муза, неодобрительно покачивая головой, выдала мне лосины для пилатеса и майку, сама поменяла брюки на джинсы, мы прихватили кепки и солнцезащитные очки, а после вновь загрузились в мою машину.
Слежку я заметила уже на выезде из города. Либо Макс нашел более опытных «следильщиков», либо те, которые были в прошлый раз умели учиться на собственных ошибках.
Машина ненавязчиво следовала за нами, держась на расстоянии, и то возникая, то пропадая вновь. Спустя какое-то время мне удалось разглядеть помимо водителя еще двух пассажиров в салоне. Ни одно из лиц не показалось знакомым, но это еще ничего не значило. Так же, как и мы, ребятки нарядились в кепки и очки.
Съехав с основной дороги на проселочную, ведущую мимо нескольких ферм, сквозь приоткрытые окна до нас донеслось мычание коров и блеяние коз.
— Очарование сельской местности, — проворчала на заднем сидении Руся.
— Не бухти, — одернула ее Ниса, которая была моим штурманом и всю дорогу следила за картой. Периодически банши нервозно ерзала, но уже больше не чесалась. Что удивительно, за всю дорогу она ни разу не попыталась содрать с себя кожу ногтями, как делала последние несколько дней.
— За нами свернули две машины, — видимо, решив побыть полезной, а не только вредной отрапортовала Руся.
— Уже две? — удивленно обернулась Ниса. — Была ж одна, серая «Хонда»!
— К ней прибавился серебристый седан, марку не знаю, не могу разглядеть, — оглянувшись назад, сообщила муза. — Они достаточно далеко, но это точно они. Кто еще попрется в такую глушь в будний день? Не за грибами же парни собрались?
— На грибников эти товарищи похожи еще меньше, чем мы, — бросив взгляд в зеркало заднего вида, фыркнула банши.
Подумав, я пришла к выводу, что, скорее всего, во второй машине сидели сподручные Лозовского, а может быть, Макс решил, что трех оборотней недостаточно и снарядил еще один мини-отряд конвойных.
— Вот дураки, — оценила умственные способности наших сопровождающих муза. — Ну, ладно, они тащились за нами в городе, там легко затеряться, но здесь-то — все как на ладони!
— Дорога закончилась, — сообщила я, притормаживая.
— Потому что мы приехали, — угрюмо ответила Ниса и сложила бумажную карту, чтобы убрать ее в бардачок.
Мы вышли и уставились на кромку леса, у которой заканчивалась накатанная грунтовая колея.
 
— Ну, что, пошли что ли? — нерешительно предложила Руся, покрепче вцепляясь в биту, которую ей вручила банши.
Лично я сильно сомневалась в целесообразности подобного вооружения. Вряд ли Фируса сможет этой битой хотя бы замахнуться, а уж про то, чтобы приложиться ею об чью-нибудь голову так и вовсе речи не шло.
Мне же Ниса доверила молоток. И меня не столько удивил выбор орудий защиты, сколько сам факт того, что в багажнике моего авто нашлись и бита, и молоток одновременно. Складывалось ощущение, будто я только тем и занималась, что играла в бейсбол да гвозди заколачивала.
— Идем, — кивнула Ниса и тут бросила на меня угрожающий взгляд исподлобья. — Если я сегодня умру, то буду являться тебе в кошмарах следующие триста лет.
— А если мы все умрем? — предположила я.
— Тогда я найду тебя после смерти и убью еще раз, — пообещала мне подруга, для пущей достоверности пригрозив кулаком. — Так что, как бы там не сложилось, а умирать не смей.
Мы ступили в лес, прошли метров тридцать и только тогда я обернулась назад. Независимо от того, кто послал тех, на машинах, в лес ребята заходить не спешили, что меня категорически не устраивало. Я специально сделала так, чтобы и Макс, и Лозовский узнали о том, что я ищу и где я ищу. И не просто отправили за мной своих сподручных, но и присоединились к намечающемуся веселью лично. Они должны были оказаться в лесу одновременно с нами. Иначе половина из того, что я задумала теряла весь смысл.
— Что-то мальчиков не видно, — понизив голос, ведь в лесу была отличная слышимость, проговорила Ниса.
— Скорее всего, докладывают начальству, — ответила ей муза, аккуратно переступая через корягу. — И спрашивают, что делать дальше.
— Каков шанс, что обо всем происходящем узнает твоя сестра? — я оперлась рукой о шершавый ствол, обходя кривое дерево.
— Большой, — пожала плечами Руся. — Я же говорила, у неё везде есть свои люди.
— И как скоро?
— Не знаю, — Руся, казалось, старалась отвечать честно. — Может, уже знает. А может, еще нет.
— Хотелось бы услышать конкретику, а не невнятный бубнёж, — идя позади и прикрывая наши тылы, отреагировала Ниса, которая пребывала в паршивом настроении и ни капли этого не скрывала.
— Чего ты от меня хочешь? — огрызнулась через плечо муза. — Пророчеств? Я не гадалка и не ясновидящая!
— Ты — одна из тех, кто заварил эту кашу, — рыкнула Ниса, прикладывая усилие, чтобы не повышать голос. — Надо было послать и сестру, и Совет, вместо того, чтобы плясать под дудку умалишенных стариков!
— Ей было двенадцать лет, — напомнила я. — Ты много, кого могла послать в двенадцать?
— Да я любого могла послать в двенадцать! — яростно зашипела нам в спины Ниса.
Муза не выдержала, остановившись, крутанулась на месте и встретилась с претензиями банши лицом к лицу:
— Но не в том случае, когда за каждую твою ошибку расплачивается твоя семья, — с холодным спокойствием ответила Руся. — Круговая порука. За одного наказываются все. И, поверь, Совет умеет наказывать.
Банши и муза уставились друг на друга. У одной было много претензий, а другой… не было ничего, кроме оправданий. И все же, мы должны были держаться вместе. Мы прошли долгий путь втроем. Втроем и должны были его завершить.
— Хватит в гляделки играть, — одернула я их, чем вынудила вздрогнуть и отвести взгляды. — Еще успеете насмотреться. Идем.
Мы продолжили путь. Постепенно тропа становилась более крутой, уходя все глубже вниз по склону. Приходилось внимательнее всматриваться под ноги, напряженно прислушиваясь к каждому шороху.
Однако большую часть шума здесь создавали именно мы.
— Что-то мне все меньше и меньше нравится эта затея, — заговорила Ниса, останавливаясь. К этому моменту солнце уже поднялось и стояло высоко в небе, однако из-за густой листы над нашими головами в лесу сохранялась приятная прохлада и тень.