НеНужный (СИ)

— В таком случае, не обессудьте.
Больше Стас ничего не сказал, встал и ушёл, не прощаясь. И это хорошо, потому что ещё немного, и он действительно начнёт убивать. Впервые в жизни. А всё потому, что… серьёзно согласилась выйти замуж за Аксёнова? И заявление в ЗАГС уже подали? Да ну нах! Но говорил мужик убедительно. Более чем. Тем сильнее разгоралась в его душе злость. На самого себя. Что не уследил. Позволил случиться подобному. А должен был догадаться, что так произойдёт. Догадаться и пресечь. Но ничего, Стасу не впервой разгребать чужие проблемы. И с этой разберётся. Или он не Егоров.
  
Глава 23
 
Поездку к Арине и остальные запланированные дела Стасу пришлось отложить из-за входящего звонка матери.
— Говори, — опустил он всяческие приветствия, взяв трубку.
Впрочем, мать, как всегда, не обратила на его грубость никакого внимания.
— Ты мне нужен в студии.
Егоров на это только устало вздохнул. Снова мать затеяла фотосессию, а его выбрала на роль модели, даже не поинтересовавшись мнением сына, поставив перед фактом.
— Не сегодня, мама. Мне некогда. Найди на эту роль кого-нибудь другого, — заявил без предисловий.
— Ну, Стас, — протянула умоляюще женщина. — Это займёт не больше часа, честное слово.
Стас снова вздохнул.
— Я же сказал, не сейчас и не в ближайшем будущем. Мне некогда.
— Не лги матери, — отчитала его собеседница. — Я звонила отцу, и он уже сказал, что ты уже ушёл с работы.
Егоров мысленно чертыхнулся.
— Это не значит, что у меня нет других дел, мама. 
— Да? И что же это за дела такие, что у тебя нет времени на собственную мать? 
Стас скривился. Началось…
Нет, он любил мать. По-своему, но любил. Насколько возможно любить человека, который дал тебе жизнь, но не занимался твоим воспитанием, появляясь лишь тогда, когда того требовала работа или семейные торжества. И раньше он с радостью бежал ей помогать, радуясь, что сможет хоть немного побыть рядом с матерью. Вот только та его почти не замечала. Сдавала на руки фотографам и удалялась дальше по своим делам. Понятное дело, в скором времени Стас предпочёл игнорировать такие знаки внимания с её стороны. 
— К свадьбе готовлюсь, — ляпнул первое пришедшее в голову.
На том конце связи повисло продолжительное молчание. Стас даже ненароком подумал, что звонок сброшен. Но нет.
— К какой свадьбе? На ком? И почему я не в курсе?
А вот это хороший вопрос. И правда, странно, что она не знает ничего об этом.
— У отца спроси, — буркнул недовольно парень. — Ладно, мам, мне действительно пора, — собрался сбросить вызов.
— Подожди. Стас!
— Да жду я, жду, не кричи, — осадил он мать.
— На ком ты женишься? 
— Ну, у меня выбор аж из шести персон. Так что…
— Так… так… — протянула недовольно  собеседница. — Живо в агентство! — фактически приказала, отключаясь.
— Да чтоб тебя! — выругался Егоров.
Вот что им всем от него надо? Почему просто не дадут пожить, как хочется?
Но к матери всё же отправился. 
Её модельное агентство находилось почти в центре, в одном из старинных зданий из красного кирпича. А вот внутри всё было оборудовано по последней моде.
Стас прошёл через просторный холл, по пути кивнув знакомым охранникам и девушкам на ресепшене, поднялся на второй этаж, где в конце коридора находился кабинет матери. Достаточно вместительный, с зелёным уголком справа от входа. У окна г-образный диван с низким стеклянным столиком перед ним. По центру уже рабочий т-образный стол, заваленный, как и широкий подоконник, сотнями фотографий и журналов. Само помещение было исполнено в серых тонах. На стенах висели картины с каким-то геометрическим рисунком (Стас не разбирался в живописи и никогда не пытался запомнить имена художников) и огромная плазма для просмотра отснятых роликов. 
— Давай только скорее, ладно? У меня правда полно дел, — обратился он к стоящей у окна рыжеволосой женщине со сложенными на груди руками.
Та обернулась на звук его голоса и улыбнулась привычно тепло. Несмотря на свой сорокапятилетний возраст, выглядела она на все тридцать. Высокая, красивая, с модельной внешностью, одетая как всегда строго и со вкусом. Идеальный идеал — Егорова Светлана Александровна.
 
Стас невольно сравнил её с Ариной. И вот вроде солнечную внешность имеет его мать, но от принцессы исходило куда больше света. 
— Не бойся, заставлять фотографироваться не стану, — отвлёк от размышлений голос матери.
— И зачем тогда вынудила приехать? — вопросительно выгнул брови Егоров.
— Расскажи мне о невестах.
— То есть отец действительно не рассказывал?
— Стала бы я иначе спрашивать? — стало ему встречным вопросом.
Хм…
— Да нечего рассказывать. Мы с отцом заключили сделку. Он даёт деньги на лечение брата Галины, я же, в случае развода с ней, обязуюсь жениться на той, кого выберет мне он сам.
Впервые в жизни Стас видел, как лицо матери вытягивается в немом изумлении. Тот невольно рассмеялся.
— И ты согласился? — недоверчиво уточнила она и без того очевидное. — Но почему?
С учётом, что они никогда не были близки ранее, разговор выходил странным для парня. И занимательным, что уж там.
— Почему нет? — пожал он плечами. — Сейчас или позже, всё равно придётся. 
— Да, но… хм… Ну, и? Кого выбрал? — перешла на деловой тон, отойдя к столу, где принялась перебирать разложенные на нём фотографии.
Стас туда не смотрел. Встал на её место у окна. Правда, снежный пейзаж волновал мало. Перед глазами стояли зелёные глаза, полные слёз. Захотелось кого-нибудь убить. Например:
— Чистякову.
— Почему её?
Потому что заслужила. 
Но то про себя. А вот вслух:
— Почему не её? 
— Не знаю. Мне казалось, она тебе не интересна.
Вот теперь Стас посмотрел на мать.
— И с чего такие мысли?
Женщина подняла взгляд на сына и улыбнулась ему довольно снисходительно.
— Я, может, и выгляжу на всех этих ужинах совершенно незаинтересованной происходящим, но это не значит, что действительно ничего не замечаю. Тем более, тот твой уход из ресторана с Ариной на плече… Это было эпично. 
Егоров едва заметно поморщился.
— Она выходит за Аксёнова. Даже, вроде как, заявление в ЗАГС уже подали.
В груди Стаса от собственных слов запекло так, что вновь захотелось убиться или убить, и то не факт, что это поможет утихомирить разбуженное пламя ярости.
— Хм… И что? Так просто сдашься?
Второй раз за последние минуты парень искренне удивился. А его мать в это время делала вид, что по-прежнему увлечена рассматриванием фотографий.
— Не очень тебя понимаю, — признался он честно.
И нет, сдаваться не намеревался. 
— А по-моему, ты прекрасно меня понял, — не отрываясь от дела, парировала хозяйка кабинета. — И кстати, если тебе вдруг интересно моё мнение, я бы на твоём месте выбрала Арину. Очень милая и искренняя девочка. И взгляд серьёзный, глубокий, умный. Умеет себя преподнести. Не так, как другие. Без наигранных ужимок и фальшивых насквозь улыбок. В общем, мне она понравилась, — подошла к сыну и протянула ему одну из фотографий.
Стас взял её больше по инерции, чем осознанно, переваривая заявление матери. Впрочем, оно позабылось сразу же, стоило ему только опустить взгляд на распечатанный чёрно-белый кадр с двумя яркими цветными пятнами.
Это определённо была Арина, и в тоже время не она. Яркая, агрессивная, запоминающаяся, с манящим отфотошопленным ядовито-зелёным взором, рассыпавшимися по плечам длинными чёрными волосами и плавными изгибами тела, прикрытыми полупрозрачной тканью в тон цвета глаз.
Из груди Стаса будто невидимой кувалдой воздух вышибло. Стоял, смотрел на хрупкую фигурку и чувствовал, что его с головой накрывает настоящее безумие. Пойти, найти, утащить к себе и не выпускать больше в мир. Чтобы никто не смел даже смотреть в её сторону, не говоря об общении.