Клубничный блеф. Каван (СИ)

Он высокий, но я не вижу его макушку. Меня выносит в фойе, и я кручусь на одном месте, пытаясь найти Кавана. Мне этого не удаётся. Если бы он держал меня за руку, то я бы не потеряла его.
Неужели, он даже не заметил этого?
Мне ничего не остаётся делать, как выйти из здания и ждать, когда Каван появится здесь. Но так много людей. Я двигаюсь дальше, ища глазами его машину, но и автомобилей куча. Я потерялась.
В какой-то момент меня озаряет догадка: может быть, Каван сделал это специально? Таким образом показал мне, что между нами всё кончено? Так обидно и неприятно становится.
В последний раз бросаю взгляд на здание балета и иду по тротуару. У меня даже денег с собой нет, чтобы вызвать такси.
Приходится написать Алу, что я в полной заднице, и Каван бросил меня одну. Друг не отвечает, и это нервирует меня. Конечно, я могу дойти до дома, но на таких высоких каблуках вряд ли, да и идти мне минимум час. Я замёрзну. Ал не отвечает мне.
— Привет, заблудилась? — Передо мной вырастает незнакомый мужчина. Я в страхе отшатываюсь от него.
— Я могу подвезти тебя. Мы как раз с парнями собираемся в клуб, — он нагло ухмыляется, окидывая взглядом моё тело.
— Благодарю, мне это неинтересно, — отвечаю и делаю шаг в сторону, но мужчина перекрывает мне путь. Правда? Прямо сейчас? У меня и без этого проблем куча?
— Слушай, я знаю, зачем сюда приходят одинокие девушки. Они ищут таких, как я. Мы отлично проведём время, — произносит он, и мне в нос ударяет вонь алкоголя из его рта.
— Я же сказала, мне это неинтересно. Я не одна. Пропусти, — злобно шиплю я.
— И где же твой кавалер? Не вижу его рядом с тобой, — нахально смеётся незнакомец. Чёрт, он пьян. Он намного больше меня и пристаёт ко мне. Мне страшно. Хотя вокруг нас достаточно много людей, но вряд ли кто-нибудь поможет мне. Никто не помог моему брату, когда его избивали.
— Он ждёт меня. Дай пройти. — Грубо пихаю его в плечо, отчего мужчина шатается, а я юркаю вперёд. Но он резко хватает меня за запястье.
— Не ломайся. Я заплачу. Я богат.
— Отвали!
Ударяю его кулаком в грудь, а он обхватывает мою талию и наступает на меня, отчего мне приходится отходить назад. Я вырываюсь из его рук, но он блокирует мои движения. Резко мужчину словно что-то толкает назад. Меня откидывает в сторону, и я хватаюсь за машину.
— Она, блять, тебе сказала, чтобы ты отвалил! — рычание Кавана доносится до меня. Он замахивается на мужчину.
— Нет! — выкрикиваю я, подбегая к Кавану. — Нет, не нужно. Он просто пьян. Я искала тебя, а он не хотел пропустить меня. Он не соображает, что делает. Отпусти. Поехали домой.
Каван опускает кулак и отталкивает от себя мужчину. Он едва на ногах стоит.
— Ты в порядке? — спрашивает Каван.
— Да… немного испугалась, но уже в порядке. Я потеряла тебя в толпе. Я хотела найти и вышла на улицу.
— Я был в фойе, ждал тебя, а потом осмотрел весь зал. Ты чертовски напугала меня, Таллия.
— Я не виновата. Я…
— Урод, — меня обрывает злобный голос незнакомца, о котором я даже забыла.
— Уродливая скотина. Ты хоть знаешь, кто я такой? И что я с тобой сделаю? Ты уродливый ублюдок. Сутенёр, да? Сколько заплатить? Я заплачу. Торгуешь девицами?
Я в шоке смотрю на мужчину. Он достаёт кошелёк и считает купюры.
— С таким, как ты, противно даже стоять рядом, — с презрением шипит он.
Ярость полыхает внутри меня. Я отпускаю Кавана и делаю два шага к этому придурку. Замахиваюсь ногой и бью его прямо между ног.
— Урод здесь только ты, — цежу я, наблюдая за тем, как мужчина падает на колени. — Ещё раз оскорбишь его, я тебе нос сломаю. Это ты ублюдок и воняешь. Помойся, хотя невежество и невоспитанность не купить и не отмыть.
Гордо задираю подбородок и возвращаюсь к Кавану. Он в шоке смотрит на меня.
— Ну так что, мы едем или нет? Балет закончился. Добро победило зло.
Каван кивает мне и бросает взгляд за мою спину, но я безумно зла на этого придурка. Мало того что он пьяный, так ещё и оскорбил Кавана из-за его шрамов. Почему люди так поступают? Они плохие люди. Каван не заслужил такого отношения к себе.
 
— То есть мне ударить его ты не позволила из-за того, что он лапал тебя, а сама ударила его?
Поворачиваю голову к Кавану и виновато кусаю губу.
— Я не выдержала, прости. Он такой придурок. Пьяный придурок.
Он заслужил. Я надеюсь, что у него будет всё болеть и завтра.
— Но мне ты не дала его ударить, — напоминает Каван.
— Ты бы его убил, а я всего лишь наглядно показала, как могут ранить слова. Теперь он это запомнит, я надеюсь. Хотя с таким самомнением, как у него, его нужно так бить каждый день, чтобы знал, что и кому говорить. Мне не стыдно, — отвечая, воинственно поднимаю подбородок. Каван отворачивается обратно к дороге.
Прокручиваю в голове то, что случилось и осознаю, что сама ударила человека, чтобы защитить Кавана, а ему этого не позволила по отношению ко мне. Господи, это же так… странно и смешно.
Когда мы входим в квартиру Кавана, я уже больше не могу сдерживаться и хохочу, прислоняясь к стене. Каван улыбается и тоже смеётся. Мы просто стоим в темноте и смеёмся, как два идиота.
Не знаю, что это такое, но мне становится лучше.
— Прости, это было ужасное свидание, — говорит Каван.
— Это не так. Просто немного необычное. Мы же не будем его повторять, да?
— Нет, с меня хватит. У меня задница затекла.
— У меня тоже.
— Старик рядом со мной храпел весь второй акт.
— Женщина сбоку от меня постоянно хватала мою ногу, словно это спасательная шлюпка.
Мы снова смеёмся. Я чувствую облегчение, оттого что ничего плохого не случилось. Всё наладилось вот так просто. Нужен был один придурок, который напал на меня, чтобы ударить его в пах и разрядить обстановку. Теперь я понимаю, зачем Каван дерётся.
Мне стало куда лучше. Напряжение спало.
— Что ж, тогда я желаю тебе доброй ночи, Таллия.
— Но я не хочу спать. А ты устал?
— Нет.
— Тогда, может быть, чем-нибудь займёмся вместе? К примеру, я бы поела клубники. А ты? — спрашиваю, с надеждой глядя на Кавана.
Он секунду думает над моим предложением, а потом кивает.
— Только больше не отпускай мою руку. Без тебя мне страшно, — прошу я.
— Не отпущу.
Каван протягивает мне руку, и я хватаюсь за неё. Улыбаясь ему, позволяю себя вести в столовую. Теперь нужно найти подходящее время, чтобы поцеловать его. Я смогу.
  
Глава 25
 
Таллия
Наблюдаю за Каваном, достающим хлеб, нарезку индейки, помидоры и соус.
— Я голоден, как собака, — он извиняюще улыбается мне и протягивает тарелку с клубникой.
Натягиваю ему улыбку, коря себя за то, что не подумала об этом.
Каван на моей памяти, вообще, не ел при мне. Вероятно, он что-то перекусил, пока я собиралась на балет, но я не почувствовала запаха пищи. И мне очень жаль, что ему пришлось страдать.
— Ешь столько, сколько хочешь. Не хочу, чтобы ты себя ограничивал из-за меня, — отвечаю я.
Он ставит сковородку на плиту и быстро обжаривает хлеб, попутно нарезая продукты. Я с интересом наблюдаю за ним. Мне казалось, что он ест только дорогие и изысканные продукты, а не обычный сэндвич, в духе Ала.
Каван протягивает мне бокал воды, и я принимаю его. Он развязывает бабочку и бросает её в сторону, за ней летит пиджак.
Вся одежда валяется на полу, а я наблюдаю за тем, как Каван закатывает рукава рубашки, обнажая сильные запястья. Он расстёгивает пару пуговиц, отчего у меня сушит во рту. Я делаю пару глотков воды и отставляю бокал.
Аромат еды начинает распространяться по кухне, и я бросаю в рот маленькую ягодку клубники, чтобы затушить пожар голода.
Но ни черта не помогает. Я безумно голодная, и мне очень жарко.
Но явно это не из-за пищевого голода. Со мной что-то не так, и я это знаю.
Каван издаёт невероятно низкий и сексуальный стон, когда кусает сэндвич и жуёт его. Мне становится ещё жарче. Всё моё тело покрывается потом, и я ёрзаю, сидя на высоком стуле и чувствуя дискомфорт между бёдер.