Клубничный блеф. Каван (СИ)

Но ведь идеалы мы возводим для себя сами, не так ли?
Прикрываю глаза, улыбаясь тому, как она нервничает рядом со мной и не знает, как себя вести после этой ночи. Она смешная.
— Вообще, идеальные люди уникальны. Думаю, ты уникален, Каван. Ты и в морду можешь дать и быть нежным со мной. Наверное, многие женщины мечтают о тебе…
— Таллия, — я разворачиваю её к себе, и она поджимает губы. — Всё в порядке. Сделай глубокий вдох и выдох.
Таллия нервно облизывает губы, но делает так, как я ей сказал.
— Я выгляжу глупо, да? — виновато шепчет она.
— Нет, ты выглядишь прекрасно. Тебе не нужно говорить мне комплименты или, вообще, говорить со мной, если ты не хочешь.
— Но я хочу! — возмущается она.
— Тогда прекрати думать, что эта ночь была для меня обычной, и таких ночей у меня было миллион. Нет, она была единственной.
Она была лучшей для меня. Поэтому не переживай ни о чём. Всё, что происходит между нами, правильно.
— Но ты… смотрел на меня, да? — тихо уточняет она.
— Да, я смотрел на тебя. Я видел тебя. Я знал, что это именно ты лежишь в моей постели. Я помню каждую минуту из твоей первой ночи, когда ты потеряла со мной девственность. Я помню каждую каплю крови и каждый твой стон. Моя спина в царапинах от твоих ногтей, а твои бёдра в синяках от моих пальцев. Твой клитор немного опух, как и половые губы, но это самый идеальный розовый цвет, который я видел в жизни. К слову, сейчас твои щёки напоминают мне твоё румяное и возбуждённое влагалище, которое я хочу попробовать снова.
— Я сейчас со стыда сгорю, — голос Таллии садится, а щёки становятся такими алыми. Я сдерживаю смех и глажу её по щеке.
— Ты привыкнешь, потому что я тоже хочу знать, что ты чувствуешь. Я хочу дать тебе всё, что в моих силах. Буквально всё.
Начиная с завтрака в постель и заканчивая твоими ногами, обёрнутыми вокруг моей шеи, пока я вылизываю тебя. Я хочу понять, что тебе нравится и как. Хочу быть лучшим для тебя. — Обхватываю её лицо ладонями и прикасаюсь к её губам. Чёрт, я хочу сожрать эту женщину. Поглотить в себя, чтобы она никогда не исчезла из моей жизни.
— Тебе не нужно что-то делать, чтобы быть идеальным для меня, Каван. Ты уже такой, — шепчет Таллия. — Для меня ты лучший.
Другие никогда не сравнятся с тобой.
Другие. Ещё чего. Других и не будет, дорогая. Буду только я.
Всегда буду только я.
Я сдерживаю слова, готовые рычанием вырваться из моей груди вместе с ревностью. Я слышу, как живот Таллии урчит, и она снова краснеет.
— Наконец-то, ты начнёшь есть. И я теперь знаю, как заставить тебя быть настолько голодной, чтобы попробовать что-то новое, — смеюсь я.
— Это нечестно! Ты слишком хорошо разбираешься в моих слабостях, — обиженно пихает меня в плечо Таллия.
— А ты в моих. И моя главная слабость — это ты, Таллия.
И вероятно, ты беременна.
Но об этом я не скажу ей. Я специально не предохранялся. Я использовал ту же методику, что и Слэйн. Он намеренно делал всё, чтобы привязать к себе Энрику, и даже использовал этот вариант. Так и я. Всё, что я хочу это новую семью. И я добьюсь её. Таллия будет моей. И ей некуда будет идти, когда она поймёт, что носит моего ребёнка. Вот тогда я и начну разрабатывать свою новую схему, чтобы убедить Таллию, что я здесь ни при чём, и это просто дар Божий. Я умею врать. Я хорош во лжи. И блефовать я тоже умею. Это всё впереди. Но у меня не так много времени, чтобы наверняка сделать Таллию беременной. Да, это наложит новые обязательства на нас обоих, но я сам буду сидеть с ребёнком, пока она будет учиться. Я всё распланирую. У меня будет моя семья. Новый род.
Новый виток моей жизни. Но я никогда не позволю Таллии уйти.
Никогда. Мне никто не помешает. И даже если кто-то попытается, то я убью его, но Таллия об этом никогда не узнает. Никогда.
  
Глава 34
 
Таллия
Влюблена. Как же много я читала об этом? Сколько слёз пролила над выдуманными книжными героями, и сколько раз моё сердце замирало, когда они расходились в разные стороны? Множество.
 
Конечно, мне, как и любой девушке, хотелось влюбиться. Я не представляла определённого мужчину, просто было такое желание. Влюбиться без памяти. Влюбиться так сильно, что появятся силы, чтобы пройти огонь, воду и множество проблем вместе.
Влюбиться до состояния окрылённости и желания никогда больше не дышать этим вкусным воздухом одной. Влюбиться… и не всегда мы влюбляемся в тех, кто нам подходит по чьему-то мнению. Мы влюбляемся сердцем и видим красоту там, где другие видят уродство. Мы возвышаем минусы, делая их плюсами.
Так вот я влюблена в Кавана. Я даже больше, чем влюблена в него. Я люблю его всем сердцем. За то, что он просто есть. Вот такой мужчина, который пытается из кожи вон вылезти, чтобы быть хорошим для меня. Он совсем не подозревает о том, что влюбляются в боль, а не в наигранную радость. Влюбляются в честность.
— Таллия, о чём задумалась?
Несколько раз моргаю и перевожу взгляд на Кавана. Он сидит напротив меня, сложив ноги по-турецки, а между нами стоит поднос с завтраком, практически уже пустой.
— О том, что я только что сделала, — шепчу я.
— И что же?
— Хм, я съела большой сэндвич. Там был хлеб и соус, солёные огурцы, помидоры, яйцо и ветчина. Я никогда не позволяла себе подобного, но была так голодна. Ужасно голодна. И это чувство непередаваемое. Это вкусно, — улыбаюсь я. Лгунья.
Каван широко улыбается и допивает кофе.
— В следующий раз ты будешь есть ещё больше, потому что секс отнимает силы. Много сил. А я планирую забрать у тебя много сил, — подмигивает мне Каван, отчего я густо краснею. До сих пор не могу поверить, что я это сделала. Я лишилась девственности с Каваном, и мне понравилось. Да, у меня всё немного болит, но это не умаляет того, насколько я чувствую себя живой и удовлетворённой, счастливой и влюблённой.
— А потом я поведу тебя на настоящее свидание в ресторан.
К тому времени ты уже не будешь бояться пробовать что-то новое.
И я точно отведу тебя в самый красивый ресторан, может быть, в Париже или Риме. Ты хочешь поехать в Рим, Таллия?
— Рим? — я давлюсь воздухом.
— Да, Италия прекрасна, как и Франция, Испания. Я могу показать тебе весь мир.
Каван придвигается ко мне ближе и подхватывает мою руку.
— Ох… это так… мило с твоей стороны, но я… я буду учиться.
И я… это немного смущает, ведь мы с тобой…
— Что мы с тобой? Ты думаешь, что я брошу тебя сегодня же, как только получил твою девственность, Таллия? — злобно спрашивает Каван.
— Я… не знаю. А ты не бросишь меня? То есть разве это всё не временно? — хмурюсь я.
— Для меня нет. Я не собираюсь бросать тебя. Наоборот, я хочу, чтобы ты переехала ко мне, и мы могли бы жить вместе. Ты и я.
Я в шоке от его предложения.
— Таллия, я взрослый мужчина и осознаю то, что говорю. Мне не нужны другие женщины, я нашёл свою. Я нашёл тебя и не хочу отпускать. Не хочу, чтобы ты была счастлива с кем-то другим. Я могу дать тебе всё, понимаешь? Я. Я буду стараться, обещаю. Тебе ничего не будет угрожать. Никогда. Я об этом позабочусь. Я исполню все твои мечты.
Смотрю Кавану в глаза, переполненные надеждой, и мне становится дурно. Я осторожно отодвигаюсь от него и встаю с кровати. Я паникую, ведь не знаю, как рассказать ему правду. Мне следует это сделать, но я…
— Таллия? А ты не планировала остаться со мной? — мрачно догадывается Каван.
Сглатываю и пожимаю плечами.
— Так далеко в будущее я не смотрела. Я просто… вау, ты поставил меня сейчас в очень затруднительное положение, Каван. Я планировала выучиться и работать. В моей жизни должна была быть только учёба, я к этому стремилась и не хочу лишиться своей мечты.
А что до… парней или свиданий. Это в мои планы не входило.
До тебя точно не входило. Сейчас же… я не знаю, Каван. Вряд ли я смогу дать тебе то, что ты ждёшь от меня. Учёба будет занимать всё моё время, ты почувствуешь себя брошенным и снова одиноким, а я буду винить себя за то, что не могу сделать тебя счастливым. Я… не знаю, Каван. Не знаю, что тебе сказать, — бормочу я.