Группа крови на рукаве (СИ)

***
— Джимми! — Вызвал я нашего пилота.
— Да, сэр?
— Что наблюдаете по правому борту?
— Ничего, сэр. А что случилось?
— Нас пытается догнать ваш второй лейтенант, и похоже у него совсем нехорошие намерения!
— Этот сын шакала может! — пилот явно не хотел умирать и вынуждено встал на нашу сторону.
— Вы можете подняться выше?
— Могу сэр, но это ничего не даст, моя машина тяжелее!
— Ясно. Поднимайтесь насколько возможно!
— Да, сэр! — И тот час, мой желудок, сердце и кое-что между ног рухнули в район колен...
В этот момент по корпусу вертолета что-то часто застучало, в обшивке появились новые отверстия, почти сразу запахло горелой проводкой.
–- В нас стреляют! — заорал Иван.
Связанный пилот фантома громко замычал сквозь повязку... Блядь, его зацепило! Через бинты на руке проступила кровь. Хорошо, что все пристегнулись страховочными фалами, а половина из была бы уже за бортом. Следующая очередь пришлась по тому месту, где сидели пленные и Бао. Вьетнамца, рыжего и медика сразу наповал, радист еще дергался, истекая кровью. Твою мать! 
— Джимми! Гони! — заорал я. 
Джимми красавчик! Сразу после начала обстрела он нырнул в облако и нас, хоть и на короткое время, потеряли из вида. В облаке вертолет попал в довольно мощный нисходящий воздушный поток, а по-простому в воздушную яму, и нас неслабо так тряхнуло.
Выскочив из облака, как мышь из-под веника, мы снова устремились к земле. Расчет оправдывался. В пикировании наша скорость была выше. Джимми заходил на реку — видно у него был план. Только я об этом подумал, как в наушниках зазвучал его голос:
— Приготовиться вести огонь с правого борта! И крепко держитесь парни!
Спустя пару мгновений, Джимми заложил что-то такое, отчего было полное впечатление, что стоим мы на голове, мать ее! В животе неприятно «оборвались» внутренности. 
Через несколько секунд финтов выровненная машина зависла за небольшим речным утесом, буквально в паре метров от воды. Как он смог пролететь под сомкнувшимися над водой кронами — это полная фантастика! И вправду говорят — жить захочешь, и не так раскорячешься...
Приблизительно минута ожидания вымотала больше чем весь полет на этом папелаце. Наконец, в сектор огня наших пулеметов, как на замедленном просмотре, хвостом к нам, появился вертолет второго лейтенанта. И как только он начал разворачиваться к нам левым бортом, два М60 открыли огнь на расплав стволов. Чунг и Иван били, не жалея патронов.
Было четко видно, как брызгами разлетелся фонарь кабины, осел у турели левый стрелок, как машина клюет носом и заваливается на правый борт, чиркая несущим винтом гладь реки.
— Вертолет падает… — словно карканье вороны, прозвучало в наушнике. 
И тот час, две русских глотки, с восторгом от того, что выжили в очередной раз, проорали: «У-р-р-а-а»!!!
Не веря до конца, в то что произошло, я еще раз глянул на место падения — действительно чертов вертолет упал в реку!!!
И только тут, я увидел, как «Рязань» держит в руках небольшую кинокамеру. Что за нахер?! На секунду я оторопел:
— Ты где ее взял?
— Вот тут, — он показал на небольшой брезентовый карман, закрепленный со стороны прохода, слева от кресла второго пилота. Наверное, его и была... Классная вещь! Снял всю нашу опупею! Чтоб вопросов потом не было…
***
Тем временем, Джимми осторожно начал выводить вертолет. Тот издавал непонятные звуки. Дьявол! Зацепили нас не слабо. Машина шла на небольшой высоте, как будто что-то выискивая. Заметив подходящую поляну среди джунглей на берегу, пилот с первого захода мастерски совершил посадку. Мы выбрались из кабины.
Пленных беретов всех покосило, но смерть была легкой — они все спали кроме пилота фантома. Пилот фантома еще дышал, но был в отключке. Не жилец больше. 
— Что с машиной? — спросил я у Джимми. 
Тот в ответ скрестил руки, показываю, что дело «труба». Сдох «Ирокез». 
Вместе с Чунгом перетащили наши монатки под ближайшие пальмы. Иван начал опрос Джимми, но как-то очень необычно. Я переводил.
 
— Джим, ты понимаешь, что мне нужна от тебя информация?
— Да, я это отчетливо осознаю.
— Джим, ты понимаешь, что я должен быть уверен, что ты говоришь правду?
— Я это понимаю, Айвон.
— Я буду задавать тебе вопросы. Ты не должен оказывать внутреннего сопротивления.
— Мне это понятно.
Я с удивлением уставился на то, как «Рязань», неуловимым движением достал откуда-то из одежды блестящий предмет на куске почти невидимой лески и начал непонятные манипуляции. Ни сто ни с сего начал считать до десяти. Голос ровный и холодный. Как бы невзначай покачивал штуковиной на леске.
Черт! Это же гипноз!.. А я ведь уже видел этот предмет у него в руках! Это было в первый вечер, после выхода с базы партизан. С-сука, неужели он тогда допросил меня под гипнозом? Какая хитрая сука! Блядь, блядь, блядь! А он не так прост… 
Пленный оказался податливым. Сам не понял, как впал в транс. Тем временем, полковник начал задавать вопросы: имя, фамилия, откуда родом, кто родители... Из его ответов стало понятно следующее: он командир взвода "хью" (вертолетов-транспортников) 281-й вертолетно-штурмовой роты. В его роте есть еще два взвода: один "хью" и взвод "ганшипов". Чаще всего "хью" и "ганшипы" работают вместе, например, как сегодня. Основная задача роты переброска и эвакуация бойцов 5-й группы Сил Специального назначения, она же "Отряд Б-52" проекта "Дельта". Эти переброски и эвакуации осуществлялись на всей территории Южного Вьетнама. Сам проект детище командования 5-й группы спецназа, которое базируется там же, где и его — в Нячанге. 281-я рота находится в оперативном подчинении 5-й группы спецназа, несмотря на то, что ее официальное командование осуществляется 10-м авиабатальоном, расположенным в Донг Ба Тин, в западной части залива Камрань.
О-о-о!!! Кто в наше время не знает это название! Мой восторг прервал полковник.
Дальше Джимми рассказал: "Хью" его взвода были разделены на четыре группы. Каждая из этих групп оказывала воздушную поддержку операциям спецназа во всех четырех корпусных зонах; в основном они летали на задания по переброске припасов, перевозили живую силу, и снаряжение в маленькие удаленные лагеря спецназа. Иногда оказывали экстренную поддержку с воздуха, в случаях, если какой-то из лагерей подвергался нападению.
С каждой из четырех групп своего звена он проводил по 7-10 дней за раз; между ними Джимми перемещался на самолетах ВВС или армейской авиации. Ему доводилось бывать в Дананге, Плейку, Бан Ме Туоте, Бьен Хоа и Сок Транге — именно в этих районах проводились операции зеленых беретов, которые поддерживались "хью" его взвода. У пилотов его взвода не было другой замены, поэтому главная задача Джимми состояла в том, чтобы дать пилотам каждой из групп передышку, занять временно их место, чтобы они могли получить выходной, отоспаться, или отправиться в короткий отпуск. Это было необходимо, так как им приходилось летать по 10-12 часов ежедневно 7 дней в неделю.
В ходе допроса неожиданно выяснилась причина бойни во вьетнамской деревушке, и почему у многих жертв отсутствовали уши и пальцы рук. Вот как об этом рассказал американец:
— Дело было в дельте Меконга, неподалеку от местечка под названием "Семь холмов". Мы обеспечивали подразделения батальона "солдат удачи", которым командовал совсем молодой капитан американских Сил Специального назначения. Мы сидели с ним посреди разрушенной внешней ограды разбомбленного буддийского храма. Неожиданно капитан достал две одногаллонные банки из-под консервированных огурцов и предложил мне посмотреть на их содержимое. В одной были человеческие уши, а в другой — пальцы. Сказать, что я был шокирован — ничего не сказать. Капитан, пояснил. Он — военный советник при спецподразделении, которое создано под началом SOG (считай ЦРУ). В этом спецподразделении три пехотные роты, каждая из которых укомплектована представителями одной из этнических групп. Там были рота камбоджийцев, рота вьетнамских горцев и рота китайских нунгов. Эти подразделения были наемническими частями, которым платили за то, что они ищут и убивают противника в отведенной им оперативной зоне. У них был свой командир батальона и штаб, и все это были такие же наемники. Однако капитан объяснил, что именно он де-факто командует этим батальоном.