Рейсер. На ступень выше (СИ)

Джордж натянул перчатки и разгладил складки на комбезе.
— Ладно, проехали. И второй момент: воскресная гонка по прогнозу будет дождевая, и тебе придётся сражаться с Максом Гюнтером из «Премы». Если кто-то из вас выбьет другого, то сойдут оба, а на подиум с большой вероятностью приедет Стролл. Короче, в дуговых поворотах старайся держаться как можно дальше внутрь, когда станешь атаковать Гюнтера. Уверен, завтра тебе это поможет.
— Посмотрим. Не знаю, откуда ты свои советы взял, но всё равно спасибо. Странно, почему на брифинге ты промолчал?
— Подумал, что так ты точно ни о чём не забудешь. Удачи.
Мы стукнулись кулаками и отправились на стартовое поле.
Увы, но если что-то могло пойти не так, то оно обязательно пойдёт не так. От судьбы не отвертишься.
Да, на старте Расселлу удалось проскочить в лидеры, а мне — выиграть борьбу с Лоранди, Айлоттом и Тветером и сманеврировать в свободное пространство между Кари и Кэссиди (который в следующем же повороте меня обогнал). Затем Каллум вылетел — надо отметить, лицо у него было полностью целое, — и пару кругов нас всех вёл сэйфти-кар, позволяя сильно не тратить резину.
После рестарта из-за ошибки Кэссиди я поднялся на лучшее пока для себя седьмое место, а среди трёх «Прем» позади лидирующего Джорджа произошёл размен позиций, и Гюнтер откатился на четвёртую, очутившись за Строллом и Форман.
А российская гонщица-то оказалась на высоте. За считанные круги она смогла сделать Лэнса (наверняка вопреки командам с мостика) и за счёт свежих шин приблизиться к Джорджу, а к середине заезда — и вовсе выйти на первую строчку.
Джорджу не повезло: резина всё-таки ушла раньше. В итоге номер двенадцатый сошёл с дистанции, перед этим откатившись в хвост пелотона.
Я же почти всю гонку ехал в этаком вакууме, вдали от любой борьбы. Однажды лишь мимо меня пронёсся приблизившийся внезапно Лоранди, а так, в целом, было даже скучновато.
Но я приехал седьмым — и смог подняться на одно место в чемпионате.
Бен стал десятым, Мазепин опять пролетел мимо очков.
А Лиза уверенно выиграла, и после финиша я её тепло с этим поздравил.
Надеюсь, Джордж понял, что иногда ко мне лучше прислушаться. Полезнее будет.
Ко второй гонке решётка участников заметно перемешалась. Всё дело в разных тактиках на квалы: кто-то проезжает обе на одних и тех же шинах, чтобы два оставшихся комплекта из трёх, выдаваемых на «боевую часть» уик-энда, применить в гонках; другие же ставят себе два разных свежака, чтобы дальше ехать на слегка прикатанных, а в каком-то из заездов «выстрелить» на третьем.
Поэтому неудивительно, что на верхние строчки стартового протокола вылезли вдруг откровенные середняки вроде Камары или Чжоу. Гюнтера, однако, вновь никто превзойти не смог.
Зато я начинал гонку с пятого ряда на гриде — между Строллом и Нико Кари. Почти ничего по сравнению с прошлым разом не проиграл. Да и насчёт дождя было заранее известно, а значит, мы могли спокойно потратить третий набор сликов на этот заезд посуху.
Стролл и Расселл сначала потеряли по две позиции в борьбе на главной прямой, но уже в первом повороте Джордж вышел на третье место, а Лэнс отыграл потерю, вместе с Барникотом был вынужден объезжать по гравию Эрикссона, ткнувшегося в Кэссиди, и, несмотря на это, остался впереди меня. Вот Бен вынырнул за мной, а Кари отбросило в самый конец пелотона.
Гонка шла ровно. Я методично оборонялся, совершил несколько неплохих обгонов — в том числе и на самого Стролла! — и заработал ещё шесть очков за седьмое место.
У Джорджа не вышло закрепиться на подиуме: на одиннадцатом круге британца объехал напиравший сзади Гуаньюй. Но после утреннего провала и четвёртая позиция стала достойной наградой.
Мазепин же запомнился тем, что на последних минутах врезался в Пике; это означало сход для обоих. К счастью, пилоты смогли добраться до командных боксов, так что закончилась гонка штатно.
Лиза смогла завоевать новый подиум — на этот раз второе место: Гюнтера достать оказалось нереально. Плюс мы с ней и китайцем Чжоу попали и на другой пьедестал — новичков чемпионата.
 
Какой же это кайф — после долгого (аж без малого семь месяцев) перерыва снова заливать кому-то за шиворот холодную пеняющуюся жидкость и осознавать себя причастным в текущий миг к небольшой группе лучших. Незабываемое ощущение. Ради него одного я бы выигрывал турниры один за другим.
Что поделать: видно, судьба у нас, гонщиков, такая — честолюбие тешить…
После церемонии, пока мы не успели разойтись, я спросил у Лизы:
— Ничего не хочешь мне рассказать?
— О чём, Жумакин? — с беззлобным, будто бы снисходительным, родительским укором ответила она. — Ты пьяный, что ли?..
— Нет, я серьёзно. — Я поравнялся с Лизой и зашагал рядом с ней вниз по лестнице. — Я почитал твою биографию в Инете… знаешь, так и подмывает кое-что спросить…
— Пусть подмывает и дальше. Надеюсь, подмоет тебя целиком.
Она показала мне язык, брызнула в лицо остатками своего шампусика (я еле успел уклониться) и убежала.
А я остался один, весь мокрый, в одной руке бутылка, в другой — этот дурацкий приз как третьему лучшему новичку заезда (на подставке — пластиковая блямба с изображением лаврового венка), думать, что же я сделал не так.
— Минута до начала. Без прогревочного круга, за машиной безопасности, — вернул меня в реальность голос Патрика. — Как слышно?
— Вас понял, — сказал я и запустил двигатель. — Готов сражаться.
— Помни: жёстко, но аккуратно. И не проспи старт.
Не дождётесь.
Я внимательно следил за синим автомобилем по центру трассы, ожидая, когда он двинется с места. Не забывал и в зеркала на всякий случай поглядывать, чтобы в меня никто случайно не въехал.
По сравнению со вчерашним днём решётка немного поменялась. На поуле в очередной раз стоял Гюнтер, рядом с ним — Камара. Джордж начинал гонку третьим, Бен — шестым. Я впервые расположился на гриде впереди Стролла: мой второй лучший круг в вечерней пятничной квале оказался почти так же хорош, как и первый; мы были соответственно восьмым и девятым. Так-то я мог находиться и выше, но опасался чересчур атаковать, чтобы результат не списали.
Следующее, десятое, место пустовало: у Райана Тветера возникли какие-то неполадки, и он остался в паддоке. У Лизы в квалах, как и у всех, списали много времён, так что она стала только двенадцатой.
По её выступлениями я всё отчётливее видел, что она почти в точности повторяет путь Ральфа Арона, чьё место заняла в этой реальности. Разумеется, с поправкой на моё присутствие.
Но в то же время у неё был явно свой путь. И если в моём прежнем мире Арон перед этой гонкой на круге выезда влетел в стену, то Лиза без всяких проблем добралась до нужной позиции на решётке.
Мазепин же стартовал в самом хвосте — штраф за столкновение с Пике. Того тоже не пощадили, плюсанув два места; Педро стоял теперь лишь шестнадцатым.
Если Джордж не вытолкнет Макса, то у британца есть все шансы выиграть. На трек он пришёл мотивированный вчерашними неудачами. Уверен, сегодня у него темп будет.
И… сэйфти-кар тронулся. За ним в колонну по одному стали выстраиваться гонщики.
Когда пришла моя очередь, я включил первую передачу и осторожно надавил на газ. Лёгкий толчок ускорения — и болид поехал, слегка заскользив на мокром асфальте. Второй передачей я выровнял машину и, виляя туда-сюда, чтобы проверить держак, встроился в пелотон.
Вроде бы опять дождь, как тогда в Аудру или под Волоколамском, а ощущения не те. Нет былой уверенности в своих силах, во владении тачкой. Медленно и тоскливо. Будто поездка по пробкам за продуктами, а не гонка.
Сцепление, хоть и слабое, всё же было, и спустя два-три поворота я мог уже не маневрировать, а ехать прямо. И всё быстрее: на следующей прямой я включил третью передачу и разогнался до восьмидесяти вместе с теми, между кем ехал.