Рейсер. На ступень выше (СИ)

— Ма-айк… ффхх… — шумно выдыхает в микрофон Патрик. — Тебе когда-нибудь говорили, что ты сумасшедший?
— Да, и не раз, — отвечаю я. — Пожалуйста, не отвлекайте. Я хочу привести болид на более высокую позицию.
— Принято, — отзывается инженер, и радио замолкает.
А я вновь сосредотачиваюсь на гонке.
Уфф… Прошло больше трети заезда, а я пока только пятнадцатый… Хорошо будет, если приеду в очки. Хотя… с учётом предстоящих аварий это будет не так уж трудно.
И вот, кажется, первый звоночек…
Одна из «Прем» сильно теряет темп — это, насколько я помню, Гюнтер на выходе из «Банхофкурве» задел колесом стену и разболтал переднее антикрыло. Неприятно: со Строллом за лидерство в чемпионате сейчас вряд ли поборется…
Но я не успеваю порадоваться четырнадцатому месту — Бен применяет тот же приём, что и я, и оттесняет меня к внешке в «эске» семнадцатого круга. Ну а что, все мы тут равны, имеет право.
И-и-и… вот они — жёлтые флаги! Чёрно-оранжевый болид замер в кармане безопасности у «Бошкурве»! Айлотт не смог удержать машину на торможении перед крутым поворотом и выбил Эрикссона — лидера гонки! А значит, первенство переходит к Строллу… повезло же ему, однако.
Что ж, вот я и тринадцатый. Осталось дождаться окончания сэйфти-кара… Блин, вот с одной стороны, мне в плюс, что другие из-за аварий покидают гонку, а с другой… ну неинтересно как-то. И азарт весь теряется от монотонного следования в «паровозике» пелотона…
На исходе двадцать третьего круга дают рестарт! Одна за другой машины пересекают черту на главной прямой, и я вижу впереди, как серебристая по внутренней идёт в обгон на бело-красную! Давай, Джордж, так держать. Дай всем понять, что ты тоже можешь стать чемпионом.
Когда все едут так плотно, чувствуешь напряжение. В такие минуты ставки особенно высоки. Любая ошибка может заруинить всю гонку, однако и соперники близко, так что грех не попробовать до них дотянуться.
Но Бен мчится сейчас по-настоящему быстро — и мало того, что не даёт мне приблизиться для атаки, так ещё и Ньюи ухитрился как-то пройти…
И снова авария! Камара, которого до этого агрессивно обогнал Кари, при обороне третьего места от Чжоу задевает перед «эской» колесо китайца — того закручивает и впечатывает в стену! Как меня на «Поль Рикаре»…
Никогда такого не было, и вот опять, как говорится. Ещё два соперника выбыли: машину одного эвакуируют маршалы, другой с повреждённым колесом пытается, но не доезжает до пит-лейна. А мы наворачиваем круги вслед за автомобилем безопасности немецкой кузовной серии DTM (Deutsche Tourenwagen Masters), для которой этап нашей «евротрёшки» служит в эти выходные гонками поддержки.
И снова пять кругов холостой езды по треку…
В кокпите откровенно жарко, хочется пить. Но я прикидываю, что осталось всего лишь несколько минут основного времени, а там заключительный виток и финиш. Надо просто быть внимательным и добить заезд до конца.
И вот очередной рестарт… Казалось бы, что может случиться? Ан нет — всё-таки может. Но хорошо, что не у меня.
Я зелёных флагов жду расчётливо, поэтому реагирую на них мгновенно, протиснувшись мимо Ньюи во второй шпильке тридцатого круга. В это время Харрисона зажимает с внешней стороны Пике и случайно поддевает колесо чёрно-оранжевого болида.
Но, к счастью, жёлтые флаги выбрасываются вновь только на том секторе; я-то его как раз проехал — и следом за Барникотом готовлюсь атаковать шедшего на восьмом месте Лоранди.
Ну вот, я уже в топ-десять. Могу приехать и ещё выше. Городская трасса — этим всё сказано.
Круг за кругом…
На тридцать третьем в «Бошкурве» Йенсен на оранжевом «Мюкке» пытается пройти Форман, но та перекрещивает траекторию и остаётся впереди. Кто бы мог подумать, что у меня это будет в пределах прямой видимости. Как же немного машин передо мной-то теперь, а…
Лоранди на сине-лаймовом «Карлине» заходит в стовосьмидесятиградусную дугу слишком широко, и Бен, а за ним и я ныряем в открывшийся на секунду просвет и отправляемся преследовать Юбера на «Ван Амерсе».
 
В «эске» тот чуть было не опережает Йенсена, но датчанин удерживает позицию. Мы, два пилота «Хайтека», висим у них на хвосте.
Вторая шпилька… Лоранди за нами снова выезжает широко, не оставляя себе ни шанса на обгон. Я проскакиваю мимо Бена на внешку: внутри для меня не находится места…
И Юбер задевает колесом стену! Он теряет скорость, я отруливаю — и вслед за Барникотом перед выездом на старт-финишную прямую обгоняю француза.
— Сколько там ещё? — спрашиваю, зажав кнопку радиосвязи.
— Три минуты плюс один круг. Мы думаем, в общей сложности пять. Хорошо идёшь, продолжай в том же духе.
— Джордж на каком?
— Он четвёртый, за Кэссиди. Ваша с Беном цель — Йенсен. Как понял?
— Принято.
Я рад закруглить разговор, потому что наша маленькая плотная группа в тридцать четвёртый раз с начала заезда приближается к шпильке «Бошкурве».
Как обычно, я ухожу вовнутрь. Барникот облизывает поребрик, Йенсен идёт чуть шире… И Бен проходит! А за ним прохожу и я — причём, поравнявшись с ним, и его тоже!
Впрочем, ненадолго. «Эску» я проезжаю малость похуже, и на прямой к «Банхофкурве» Бен уделывает меня за счёт лучшего разгона.
Но, если честно, мне и так нормально. Ведь, стартовав с девятнадцатого места, я сейчас иду седьмым! Седьмым, Карл! Причём из двенадцати отыгранных позиций только пять — благодаря сходам соперников. Всё остальное — реальные боевые обгоны.
Ладно, это уже лирика… Катим до финиша. Бена вряд ли получится обогнать. Только сами замедлимся и станем целью для других гонщиков.
И… что это там, впереди? Неужто Расселл опережает Кэссиди в сражении за подиум?
Круто! Если всё так, как я думаю, то в сумме пилоты «Хайтека» отыграли тридцать три места относительно старта. Если учесть, что Кэссиди несколько часов спустя оштрафуют на пять секунд, то мы с Беном поднимемся дополнительно на одну ступеньку.
Финиш! Я проношусь под клетчатым флагом и улыбаюсь — своей достойно выполненной работе.
— Неплохо, Майк, — говорит Патрик. — Так держать.
— Yeah! Let’s go!
* * *
— Ник, ты всё помнишь, что нужно сделать?
— Отвянь, чувак, в первой гонке мне это было тупо невыгодно! — громким шёпотом огрызнулся Кэссиди; он и Стролл стояли около выезда с пит-лейна. — Где я шёл — и где он, сам посуди! Это в следующих я почти с конца стартую, там и попробую… — Новозеландский пилот вытер пот со лба и запустил пятерню в волосы. — Всё-таки не нравится мне эта затея…
Он огляделся, словно убеждаясь, что их беседу никто не подслушивает.
— Я всё понимаю, Ник, но и ты не забывай, о чём мы договорились, хорошо? — сказал Лэнс и помахал присевшему на асфальт неподалёку от них фотографу, который как раз навёл фотоаппарат на молодых гонщиков. — Главное — не упусти его, а там уже… Понял?
— Да, блин, — процедил Кэссиди и, развернувшись, направился в паддок.
А Лэнс ещё немного попозировал на камеру и пошёл следом за напарником.
«Према» была готова продолжить гонки.
* * *
Во второй половине дня солнце как будто раскочегарилось на полную, так что даже зонтик, который держал над кокпитом кто-то из механиков, почти не помогал.
Но я старался не обращать внимания на жару, потому что сегодня мне предстоял ещё один прорыв с задов решётки в очковую десятку. Во второй квале мой лучший круг составил 48,484 секунды (я когда-нибудь говорил, что мне везёт на красивые числа?) — это всего лишь на три десятки хуже, чем у разделивших первый ряд Юбера и Стролла, показавших одинаковое время — 48,163! Однако, к сожалению, я начинаю гонку только с девятого ряда — даже, блин, позади Никиты, опередившего меня на каких-то семнадцать тысячных!
На моё место никак не повлияли штрафы, щедро отсыпанные со стороны судей другим пилотам. Йенсен, Пике и Ньюи получили за контакты плюс три места на гриде, Камара и Айлотт — по пять (в дополнение к десяти за замену мотора у Каллума) — но никто из них не опустился ниже моей позиции, а Пике, показавший в квале худшее время, и так должен был стартовать последним. Перед бразильцем на десятом ряду расположился Кэссиди, также проехавший быстрые круги хуже, чем я, из-за проблем с коробкой передач и оштрафованный на три позиции за не соответствующий норме вес болида.