Испытательный срок (СИ)

— Зачем? — зевнул он в трубку, чем и вызвал новый поток негодования.
Слушая про забытый тётушкин юбилей, Макс шарил одной рукой по заваленному всяким хламом столу в поисках графика дежурств и пытался думать. Почему во вторник? Потому что в выходные половина родни уберётся на дачи. Почему нельзя обойтись без личного присутствия? Потому что удравший в Москву сын, племянник и внук и так непростительно позабыл про семью, жизнь положившую на воспитание достойного члена общества. Является ли работа смягчающим обстоятельством? Нет, надо договориться и взять отгул. Как отнесётся к этому шеф? А это придётся выяснять следующим звонком…
Верховский выслушал внимательно и отнёсся с великим спокойствием. Намекнул прозрачно, что для старших офицеров подобное непозволительно, но раз уж Макс младший… Лучше бы шеф настрого запретил переносить смены, ей-богу! Ещё один получасовой звонок маме, настройка напоминаний, пометки в календаре… Ксюше Некрасов писал на последнем издыхании, прекрасно зная, что если коллега и прочитает, то только завтра утром.
Вместо вожделенного сна до обеда Макс доспал только до девяти утра, потому что ровно в это время какой-то неугомонный сосед взялся за перфоратор. Оставаться в квартире стало решительно невыносимо, а в холодильнике традиционно повесилась мышь, так что Макс наскоро привёл себя в порядок и поехал на работу. Раньше начнёт — раньше закончит, будет ещё время где-нибудь раздобыть тётушке подарок…
— Некрасов, твоё дежурство с полуночи, — не преминул придраться Костик.
Он сидел за девственно чистым столом, посреди которого, потеснив мониторы и клавиатуру, гордо возвышался телефон. Бдил, стало быть. Макс готов был поклясться, что до его прибытия в кабинете стояла гробовая тишина — чтобы ничто не мешало услышать звонок.
— Я переиграл немножко, — сообщил Некрасов и приветственно помахал выглянувшей из-за стопки бумаг Ире. — А шеф тут?
— Александр Михайлович на совещании.
Вот и хорошо. Часовая стрелка неуклонно ползла к одиннадцати; Костику царствовать ещё от силы полтора часа. Макс пошарил в рюкзаке в поисках сигарет, нашёл помятую пачку и миролюбиво предложил коллеге перекур.
— Я на дежурстве! — Чернов сделал страшные глаза и почтительно кивнул на молчащий телефон.
— Да ладно, если что — Ириша нам поможет, — Макс подмигнул секретарше. — Много надежурил-то?
— Один вызов, — неохотно признался Костик.
— Да? А мы с Ксюхой аж на четыре скатались, — не без гордости сообщил Макс. — Правда, два — просто домашняя нежить с катушек малость посъезжала, без рукоприкладства управились.
Костик поджал губы и отвернулся. Курить пришлось в одиночестве, потому что соседи-научники были поголовно чем-то заняты. Подумав, Макс написал шефу, что на рабочем месте находится с одиннадцати; всё равно до сих пор он занимался какой-то ерундой. Без пяти заявился ещё и Ярик; Чернова при этом предсказуемо охватила административная паника.
— Здравствуй, Ярослав, — строго отозвался он на будничное «привет». — Надеюсь, ты не собираешься уйти со смены на час раньше?
— Собираюсь, но не уйду, — хмыкнул Зарецкий. С озадаченного Костика можно было писать аллегорию растерянности. — Не бойся так за график, ты не один тут ответственный и исполнительный.
— Максим, как я понимаю, уйдёт в десять, — педантично заметил Чернов.
— В одиннадцать, — поправил Макс.
Ярик ни возмущаться, ни выспрашивать не стал — просто кивнул, показывая, что принял к сведению.
— Текучку за сегодня разобрал уже? — поинтересовался он у Костика, убирая с клавиатуры отложенные распечатки.
— Я дежурю, — оскорблённо сообщил Чернов и метнул пламенный взгляд в Ирину сторону. Видимо, секретарша уже пыталась заставить его заняться делом.
— Понятно. Ир, давай мне, — Ярик разнообразия ради не стал пользоваться магией и сам подошёл к Ириному столу.
— Вот эти — на заграницу, — принялась деловито перечислять Шаповалова, хватая со стола аккуратно сложенные стопочки. — Тут на наследство, немного совсем… Это разное, нестандартное.
— Спасибо, — пребывающий в благодушном настроении Зарецкий вежливо улыбнулся. — Что-то маловато за выходные набралось.
 
— Дай мне тоже что-нибудь, — Макс счёл своим долгом влезть в делёжку, чтобы ненароком не уподобиться надувшемуся Костику. — Визы! Люблю визы.
Ярик злодейски усмехнулся.
— Тогда держи наследство.
— Я понял, — торжественно провозгласил Некрасов, смиренно принимая хиленькую пачку. — Ты берёшь на себя роль суровой судьбы, которая намеренно подсовывает нам то, чего мы не желаем, дабы воспитать в нас стойкость.
— Я терпеть не могу копаться в цепочках наследования и пользуюсь положением старшего, — весело фыркнул Зарецкий. — Это тебе в твоей секте про судьбу наплели?
— Есть такое, — признал Макс. — А ты, кстати, нашёл чего-нибудь? Ну, о чём в субботу говорили.
— Как сказать, — осторожно отозвался Ярик, возвращаясь за стол. — Давай потом, как с прошениями разберёмся.
Макс покосился на покрасневшие от досады Костиковы уши и согласился. Зарецкий, в отличие от Чернова, не имеет обыкновения ревновать работу к коллегам; стало быть, либо информация неоднозначная, либо Ярик не настроен сейчас беседовать. Макс вчитался в лежащую сверху бумагу и почти сразу полез сверяться с базой: история у колдовской безделушки оказалась запутанная. Разобраться, по праву ли наследник претендует на вещицу, почти удалось, когда в дверь вежливо постучали.
— Войдите! — важно распорядился Чернов, поправляя очки.
Получив разрешение, в кабинет деловитым колобком вкатилась Машка, облачённая в лабораторный халат поверх дамского офисного камуфляжа. Под мышкой она держала планшет с зажатым в нём листком бумаги.
— Привет, ребята! — бодро поздоровалась она, оглядев полупустой кабинет. — Блин, а чего вас так мало?
— Нас много, — возразил Макс. — Мы нынче посменно, забыла?
— А-а-а, — пригорюнилась Машка. — Ну, значит, потом ещё приду. Короче, ребят, дело такое: мы тут проверяем кое-что после генетики ежегодной, нужны данные по высокоуровневым магам. Поделитесь? Сугубо добровольно, разумеется.
— А что сразу к нам? — ощетинился Чернов. — В других отделах народу мало?
— Ну как, — Машка пожала плечами, проигнорировав агрессивные нотки. Профессионалка. — У вас концентрация выше. Так-то на отдел от силы один-два экземпляра, и те — большие начальники, так просто не подойдёшь…
Огульно обозванный экземпляром Макс довольно хихикнул. Костик был полностью нейтрализован ударной порцией лести; он горделиво приосанился и сменил гнев на милость.
— Ну, поскольку срочных задач сейчас нет, — он выразительно посмотрел на телефон, — можно и уделить пару минут. Какие нужны данные?
— Супер, спасибо, — Машка пристроила планшет на Максов стол и приготовилась записывать. — Ну, фамилии ваши я помню… Возраст, текущая категория, потенциал, а также категории и потенциалы обоих родителей.
— А для чего, Маш? — подал голос Ярик.
— Закономерности найти пытаемся, — Машка вздохнула и сдула со лба непослушный жёлтый локон. — После ежегодных все гипотезы коту под хвост, вот, картину мира заново собираем…
— Это вы про базовый принцип наследования способностей? — Чернов элегантно блеснул очками и эрудицией. — Чем выше потенциал у предков, тем выше — у потомков?
— Ага, — исследовательница поскребла в кудряшках кончиком шариковой ручки. — Только это, похоже, нифига не так. Ну, или сложнее, чем все думают.
— А я считаю, что это вполне логично, — заявил Костик. — Общеизвестно, что все сильнейшие маги современности происходят из очень старых династий.
— Так в династиях и знания копятся фиг знает сколько веков, — возразил Макс. — Если ты в глуши самородком родился, а наставников на сто километров вокруг днём с огнём не найти, так и помрёшь, не попав в статистику.
Костик смерил его снисходительным взглядом.
— Не буду сейчас спорить. Это нам коллеги расскажут по завершении исследований.