Последняя из рода Дариан. Наказание (СИ)

— Почему это?
По стене за спиной Шая потянулась влажная дорожка. Я не успела ни ответить, ни подумать о воюне, как в архив зашел Оронтон со шкатулкой в руках.
— Закончили? А теперь идите, чтобы не мешались. Никакого проку от вас, только портить и умеете. Все вы одинаковы. Как ломать, так первые, а восстанавливать никто не хочет. Все мне надо.
Он еще ворчал. Тащил к центру комнаты стул, вставал на него. Приговаривал и приговаривал. Рассматривал пульсары, выключал и включал их, заменял плохие, настраивал на групповую работу.
Я вышла первой. Собралась пойти в столовую, но Шай придержал меня за руку и кивнул головой на соседний кабинет.
— Мы не договорили.
— Думаю, уже сказали достаточно, чтобы сделать правильные выводы.
— Твои выводы меня не устраивают.
Он потянул меня за собой. Я не особо упиралась, не понимая, почему наследник вообще со мной возился. Нам бы разойтись и жить уже налаженной жизнью, встречаться изредка и, расходясь, снова забывать о существовании друг друга.
— Принц, это бессмысленно, — покачала я головой, пока он накладывал защитное колдовство на третью от архива дверь. — Разговоры между мной и тобой бессмысленны. Это как переливание из пустого в порожнее. Ты меня не привлекаешь, а я тебя, судя по твоей настойчивости, уже привлекаю. Было между нами что-то, но ситуация была особенная, случилось, да. Однако давай забудем и мирно разойдемся.
— Как я могу это забыть? — выпрямился наследник. — Ты не выходишь из моей головы уже целый месяц. Снишься, будишь по утрам, проходишь мимо днем, не замечаешь, делаешь вид, будто я пустое место, потом снова снишься.
— Я была под влиянием Самины.
— Знаю, — хищно улыбнулся Шай, неотвратимо приближаясь.
Я вмиг вспомнила, как невольно содрогалась от его вида, как боялась, хотя была уверена в своих силах. Холодный, сильный, с цепким взглядом и подавляющей аурой. Теперь это все повторилось, но добавилось немного приятной пряности. Легкой, как волшебное послевкусие после острого соуса из южных краев.
— Но это не отменяло того факта, что ты сводила меня с ума одним своим видом, точно та самая кислота, лишь однажды попробовав, ставшая сладкой.
— Осторожно, принц, — отступила я и уперлась рукой ему в грудь, — пусть кислое остается кислым, ты не тот, кто может это менять.
— Ты права, — перестал наступать колдун. — Эмоции в моем положении лишние, но…
— Нам лучше перестать, — перебила его я.
— Мы не договорили.
— Иной раз лучше не разговаривать. Мне кажется, что ты сейчас скажешь что-то такое, чем обяжешь меня. Я не могу. Я не хочу!
Шай поджал губы, печально улыбнулся.
— Сегодняшняя ночь, — продолжила, лишь бы не дать ему слово, — ни к чему тебя не обязывает. Я все та же бродяжка, которая раздражает тебя и твою Лорин.
— Потренируешься со мной после заката? Сегодня я не приду на вторую отработку, потому что у нас дополнительная тренировка группового колдовства. Зато потом я свободен.
— Принц, это будет… слишком.
— Если ничего не изменилось, то почему бы нам не сойтись в бою на гайо? Между нами ничего нет, значит, тебя не стеснит обычный спарринг. Или ты настолько боишься, что поддашься чувствам и сама набросишься на меня?
— Этого никогда не произойдет!
— Поспорим?
— Не вижу в этом необходимости.
— Боишься проиграть?
— Я ничего не!.. — толкнула я наследника и усмехнулась, поняв очевидное. — Не выйдет. Не пытайся давить на слабости и управлять.
— А как еще себя вести с такой колючкой? Может, взывать к твоему любопытству, интриговать, обещать, раз за разом демонстрировать, какой ты можешь быть мягкой?
Я отступила и вздрогнула, наткнувшись на край стола. Глаза Шая сверкнули сталью, он в два шага сократил между нами расстояние, резко прижал к себе, выбив воздух из легких. Наклонился к губам.
— Моя дикая сладость, — произнес тягуче-хрипло, вызывая холодные покалывания вдоль позвоночника. Заправил прядь моих волос за ухо, погладил щеку.
— Не надо.
— Как ты и просила, я буду очень осторожен, — поцелуй-укус, ласка его горячего дыхания. — Не прошу многого, хотя бы помоги избавиться от наваждения. Ты же знаешь, как бывает, когда чего-то очень хочется? Это сидит в голове, зудит под кожей. Но едва ты получаешь желаемое, вскоре перестаешь этого хотеть.
 
— Решил попользоваться мной и бросить?
— Ты сама сказала, что тебе понравилось. Как-то раз назвала меня красивым. И поцеловала первой, помнишь? Так кто еще кем пользуется?
— Бедный, несчастный принц, бродяжка совсем тебя извела?
— Невыносимо колючая, — очередной поцелуй, от которого руки сами потянулись аристократу на плечи, вот только пришлось вовремя одернуть себя. — Все-таки боишься. Опасаешься, что сердечко не выдержит моей неотразимости и влюбится в своего принца?
— Даже не надейся.
Я сумела вывернуться из ловушки, в которую Шай меня загонял. Нырнула под его руку, оказалась возле двери.
— Сам разбирайся со своей проблемой! Кстати, совесть у тебя есть? А как же любимая девушка? Не стыдно изменять ей? И я не боюсь, принц, даже могла бы согласиться на твое предложение, но нельзя забывать о гордости. Считаешь, раз кочевница и без имени рода, то вправе мне подобное предлагать?
— А не поздно ли ты заговорила…
— Не поздно! Я не еда, чтобы мной насытиться, а потом выбросить в урну за ненадобностью.
— Хочешь одного и навсегда?
— Может, хочу. Но не стану с тобой это обсуждать, — сказала я и потянулась к ручке. — Кстати, я не забыла стеклянную воду и против того, как ты влез в мою ситуацию с Саминой. Надеюсь, обойдемся без повторений.
Я сдернула второй рукой защиту, потянула ручку на себя и, перед тем как выйти, услышала:
— После заката буду ждать в оружейной.
  
Глава 30
 
Воюн появился, едва я добралась до своей комнаты. Он словно выпрыгнул из миара и разлегся возле моих ног, виляя хвостом. Еще и язык высунул.
— Это ты облизывал стены и горшок?
— Они такие вкусные. Стоят, не убегают. Я должен был их попробовать.
— Ладно, — решила я хотя бы это не запрещать. — А защиту ты сделал?
— Да.
— И в моем сознании?
— Да. Тебе понравилось, человек? Теперь никто не пробьется в твою голову, я сильный. И еще…
— Голодный?
— Немножечко. Я постарался, покорми меня.
Захотелось наклониться и погладить зверька, но я подумала, что проявление ласки навредит. Все-таки непривычно видеть рядом с собой животное и понимать, что, вероятно, он теперь со мной навсегда. Это как-то дико и неправильно. Я одиночка. В моей жизни нет никаких привязанностей, делающих меня слабее, даже с шойном у нас отстраненно-уважительные отношения. А это маленькое существо, нужно ли оно мне? Красивое, милое, но немного глупое и наивное. В случае опасности я стану отвлекаться на него. Может, стоит отказаться, пока не поздно?
— Человек, ты на меня страшно смотришь, — поднялся на лапы воюн.
— У меня вопрос.
— Задавай. Люблю вопросы, — сел он и в своеобразной улыбке открыл пасть.
— Зачем ты меня ждал?
— Потому что мы связаны.
— Это я уже слышала, — перешагнула я через него и достала книгу по редким животным, которую еще не полностью изучила.
Пролистнула половину, отыскала главу, описывающую моего маленького зверька. Повадки, пристрастия в еде, особенности, упоминание о его редкости. Пометка, что опасен, и сноска, где говорилось, что имели место быть жестокие нападения на людей.
— Что дает эта связь?
— Я стану полноценным, начну расти. Ты получишь защитника от ментального колдовства — я пока только с ним одним работать умею. Но потом стану лучше, намного лучше. Скоро научусь вспомогательным видам силы и каким-нибудь другим, буду дополнять твои способности.
— А в чем заключается полноценность? Я услышала лишь то, что получу я. Тебе выгода какая?
Воюн поочередно моргнул одной и второй парой глаз, закрыл пасть.