Как украсть сердце вора (СИ)
— Ты права, здесь я не был, — удивлённо сказал Марио, выходя из машины и осматриваясь. За спиной вставала оливковая роща, впереди — река, а на том берегу начинались яблоневые и абрикосовые сады.
— Здесь неглубоко, — заметила Аллегра, становясь рядом. — А ещё мы частенько приезжали сюда на рыбалку.
— Надеюсь, ты не собираешься купаться? Вода ещё холодная.
— Не собираюсь. — Аллегра прикусила губу и посмотрела на реку. — Хотя…
Она подошла к берегу, разулась, подкатила джинсы и ступила в воду. Кожа на ногах тут же покрылась мурашками — Марио был прав, для купания слишком рано. Но ведь она не за тем его сюда привезла. Обернувшись, Аллегра коварно улыбнулась и посмотрела на Марио — он продолжал стоять у машины, присев на капот, и с интересом наблюдал за ней. Не выпуская кеды из рук, она медленно подошла к нему, останавливаясь в полушаге.
— Я думала, ты захочешь меня поцеловать, — промурлыкала Аллегра, обнимая его свободной рукой. — Просто поцеловать, и больше ничего. А то шарахаешься, как от прокажённой.
— Не шарахаюсь. — Голос у Марио сел, а сердце подпрыгнуло в горло, перекрывая доступ кислороду. Машинально обняв её, он погладил талию и положил руки на спину, осторожно притягивая к себе. Она всё-таки его перехитрила, и сил сопротивляться собственным желаниям не осталось. — Разве ты не видишь, как сводишь меня с ума?
— Не вижу, — прошептала Аллегра, опуская глаза к его губам. — Покажи.
С коротким полурычанием-полустоном Марио впился в её губы, врываясь языком в приоткрытый рот. Кеды выпали из ослабевшей руки, Аллегра обняла его за шею, с жадностью отвечая на поцелуй. Его руки на её спине, движение его губ, ветер, шелестящий в оливах, запах и плеск воды — всё слилось в ярком калейдоскопе, а душа была готова разорваться от счастья. Аллегра льнула к нему, мечтая раствориться, стать одним целым, неделимым, навсегда. Перебирала волосы на затылке, вжималась всем телом, вдавливая его в капот.
Терять голову от простых поцелуев — такого с Марио точно не было уже очень давно. Это чувство опьяняло, а мир вокруг смазывался, задвигался на дальний план, оставляя только Её. Он чувствовал дрожь её тела и сам дрожал, пил, и не мог напиться. Запустив руку в её волосы, Марио потянул их вниз, заставляя выгнуть голову, и начал целовать шею, второй рукой ныряя под майку и лихорадочно гладя спину. Аллегра шумно задышала, выгибаясь в его руках, дёрнула футболку наверх, и Марио, забыв обо всём, рывком стащил с себя и снова вернулся к её губам. Нетерпеливо застонав, Аллегра сняла майку и громко зашипела, когда их кожа соприкоснулась. Ладони Марио легли на обтянутые джинсами ягодицы, прижимая к себе. Он толкнулся в неё, глухо застонав, но стоило Аллегре потянуться к его ремню, как в мозгу словно вспыхнула молния. Перехватив её запястья, Марио прерывисто вздохнул и посмотрел безумным, тёмным взглядом.
— Сумасшедшая девочка, что ты со мной творишь?
— Хочу тебя, — выдохнула Аллегра и снова потянулась к его губам, но он в последний момент увернулся, и губы мазнули по щетинистой щеке.
— Не здесь и не так, — упрямо сказал Марио, отводя глаза и невольно упираясь взглядом в её грудь. Простой серый бюстгальтер слегка приподнимал её, невыносимо обворожительную и манящую. Выдохнув, Марио скрипнул зубами и умоляюще проговорил:
— Луковка, прекрати меня искушать.
— Ладно. — Аллегра надула губы и потянулась за майкой, лежащей на капоте.
— Обиделась?
— Нет. — Она небрежно повела плечами, и с деланным равнодушием отвернулась, одеваясь.
— Обиделась, — ухмыльнулся Марио, развернув её к себе. Приподнял за подбородок, заставляя смотреть в глаза, и раздельно произнёс: — Я безумно тебя хочу. Даже не представляешь, насколько. Но я обещал себе, что сначала поговорю с Рико, не заставляй нарушать данное себе слово.
— Конечно, — горько вздохнула Аллегра, дёрнув головой, вырываясь из нежного плена, в котором держали его пальцы. — Ты всё время думаешь только о Рико. Что он скажет, что сделает, как отреагирует… Но совершенно не думаешь обо мне. О том, чего хочу я!
— Перестань, — вздохнул Марио, надевая майку. — Что плохого в том, что я хочу поступить правильно? Будешь меня за это осуждать?
— Правильно для кого? — Аллегра угрюмо посмотрела на него и, не дожидаясь ответа, села в машину. Марио некоторое время смотрел ей вслед, потом тихо выругался сквозь зубы и сел рядом. В молчании они выбирались обратно на дорогу, но потом Марио не выдержал.
— Рико приедет завтра. Мы поговорим, всё будет хорошо. Ты же сможешь потерпеть один день, правда?
— Ну, раз можешь потерпеть ты, — равнодушно ответила Аллегра, упрямо глядя прямо перед собой.
— Поверь, мне сейчас не легче. — Марио склонил голову и сделал виноватые глаза. — Обещаю, завтра я с ним поговорю.
— Один день, — кивнула Аллегра. — И мне плевать, что ответит Рико.
— Кажется, кому-то надо думать об экзаменах, — напомнил Марио и тут же увернулся от её кулачка. — Я серьёзно, луковка. Поверь, на то, что тебе надо закончить лицей и не отвлекаться, Рико тоже будет напирать.
— А то, что я постоянно отвлекаюсь по его просьбе, его не волнует? — фыркнула Аллегра. — Уверена, сейчас он вообще обо мне не думает.
— Зато думаю я. И волнуюсь. Поэтому давай договоримся — каждый занимается своим делом, для тебя на завтра это учёба.
— Но думать я всё равно буду о тебе, — упрямо сказала Аллегра.
Марио не ответил, лишь мысленно закатил глаза, думая о том, как тяжело отказывать влюблённой девушке, мечтающей как можно скорее затащить тебя в постель.
25. Свежая кровь
Даниэлла сидела на диване, обхватив колени и положив на них голову, и наблюдала за тем, как Рико собирается домой. Воскресенье стремительно подходило к концу. Яркое, страстное, вкуса губ Рико, сейчас оно прогорало за окном, погружая квартиру в сумерки. На какой-то миг Даниэлле захотелось попросить его остаться. Она даже представила, как проснётся с ним рядом, как они вместе будут пить кофе и обсуждать предстоящий день…
На какой-то очень, очень короткий миг Даниэлла даже почувствовала приятное нежное тепло, устроившееся в груди. Рико тем временем застегнул ремень, надел майку и теперь накидывал на плечи тёмно-синий блейзер, расправляя узкий воротник.
— Ты не проводишь? — спросил он, обуваясь.
— Да, конечно. — Даниэлла встрепенулась и как-то слишком поспешно вскочила с дивана, словно боясь передумать и всё-таки сказать, что он может никуда не уходить. — Не думаю, что завтра получится встретиться, слишком много работы.
— Днём меня всё равно не будет в городе, — улыбнулся Рико и, притянув её к себе, ткнулся носом в щёку. — Я буду скучать, — прошептал он, прихватывая губами мочку уха. — Очень сильно.
— Не стоит. — Положив руки на его плечи, Даниэлла серьёзно посмотрела в ореховые глаза с редкими тёмно-зелёными крапинками. — Я скоро вернусь в Рим.
— Я знаю. — Рико ответил не менее серьёзным взглядом. — И не буду просить тебя задержаться. Или переезжать. Не врать друг другу и самим себе — я помню твои слова на кладбище.
— Тогда не стоит так говорить. Просто секс, помнишь? — Её прохладная ладонь коснулась его щеки и осторожно погладила.
— Разве я не могу скучать по сексу? — низким голосом проговорил Рико. Даниэлла тихо фыркнула и выдохнула в его губы:
— Тогда я тоже уже скучаю.
Несколько минут в квартире было тихо, только звуки поцелуев и тяжёлого дыхания. Наконец они оторвались друг от друга, и Рико, отпустив Даниэллу, пошёл к двери. Она, как привязанная, — следом.
— Я пойму, если ты больше не позвонишь, — сказал он. — Но если всё же решишь набрать, буду рад услышать.
— Я запомню. — Даниэлла обхватила худые плечи руками, не двигаясь с места. Он ушёл, тихо прикрыв за собой дверь, и сразу стало холодно. Сквозняк надул парусами шторы, заставляя закрыть балкон. Забравшись на стул с ногами и повозившись, как кошка, пытаясь устроиться удобнее, Даниэлла вытряхнула из пачки сигарету и задумчиво покрутила её в руках. Правильно. Всё это правильно. Завтра, если повезёт, она найдёт Карлу Боска, а потом и всех остальных. Командировка подходит к концу, а курортные романы принято оставлять на курортах.