Ведун. Книга 2 (СИ)

Но расспросить своего нового знакомого он уже не успевал. Однако, Андрей не сильно расстроился. Он был абсолютно уверен, что теперь у них будет достаточно времени, чтобы обо всём поговорить. Корабль всё ближе и ближе подходил к причалу, заполненному воинами, чиновниками и толпой праздных зевак. Прибывших приветствовали, словно героев, вернувшихся из победоносного похода. Во главе встречавших был сам Магистр Оффиций.
Горожане, воины, матросы и их командиры дружно преклонили перед ним колено и Магистр милостиво всех поприветствовал. Разбойников тут же заковали в кандалы и отправили в темницу. Андрея и его спасённых друзей пригласили на виллу Магистра, где они устроились с большим комфортом.
Потянулись дни восстановления. Раны и ожоги, благодаря хорошему уходу, быстро заживали, и ведун со своими товарищами быстро шли на поправку. Все дни и вечера проходили у них в интересных беседах. Им было что дуг другу рассказать. А Магистр Оффиций неизменно выступал в роли переводчика и слушателя. Рассказы эти звучали, как приключенческая повесть.
Андрей рассказал молодому берендею о его отце, о котором тот мало что помнил. Как они с ним познакомились, как Берендей-старший его обучал магическим искусствам и воинскому делу, как они вместе бежали из столицы Хазарии и о том, как его отец погиб, отомстив убийце своей жени и матери Урсуса, но не выполнив до конца своей клятвы. Андрею пришлось взять эту миссию на себя. Он дал клятву его отцу разыскать Урсуса и сделать из него настоящего берендея — продолжателя славного магического племени.
Урсус с замиранием сердца, как зачарованный, слушал рассказ о своём отце. А когда Андрей умолк, не мог вымолвить от удивления ни слова.
— Я всегда чувствовал, что я не совсем такой, как все, — признался он, наконец, немного овладев собой, — Но не мог понять в чём именно и почему. А когда первый раз стал медведем, то сам жутко перепугался, боялся — это теперь навсегда. Но стоило мне подумать, как я превратился обратно в человека. Поначалу было страшно. Мне ведь никто и ничего не мог объяснить. А я всё скрывал от окружающих. Думал, что это моё проклятье, а не благо, что это всё козни сатаны или кара Господа, за какие-то мне неведомые грехи. Зато, теперь многое понятно. Спасибо тебе, Андрей.
— И вот ещё что, Урсус, — сказал Андрей, — Это родовой амулет берендеев. Он принадлежал твоему отцу. Он с ним никогда не расставался. Теперь — этот амулет твой.
Андрей передал амулет Урсусу. И как только молодой берендей взял его в свои рука, то магический артефакт вдруг вспыхнул слабым светом. Все его камни и жемчужные вставки стали словно изнутри переливаться красноватым свечением. А когда он надел его на шею, то амулет не просто повис на своей золотой цепочка, а как будто бы приклеился к его груди, слившись во едино с телом берендея.
— Теперь — он часть тебя до самого твоего конца, — проговорил Андрей, — Он будет подпитывать твою магическую энергию изнутри. И снять его, при желании, можешь лишь ты один.
— Это наш первый урок, Наставник? — улыбнулся парень.
— Можешь считать и так! — засмеялся Андрей.
«Наставник» — это было так необычно! Хотя по своей прежней профессии Андрей был учителем и его много раз и в различных сочетаниях называли подобным образом, но не здесь, не в этих условиях. В данном контексте это прозвучало очень необычно и с совершенно другим смыслом. Надо привыкать к своей новой роли. «Будешь теперь нянькой-наставником!» — хохотнул внутренний голос.
— А больше отец мне ничего не передавал? — поинтересовался Урсус.
— Есть ещё кое-что, — признался Андрей, — Но эту вещь ты получишь чуть позже, когда будешь готов. А теперь твоя очередь — расскажи нам о себе.
Рассказ Урсуса был гораздо короче. О своём раннем детстве он мало что помнил из-за малости лет. Сохранились лишь отдельные обрывки воспоминаний. Все его осознанные воспоминания были связаны уже с Константинополем, где он провёл практически всю жизнь. За это время он сменил нескольких хозяев. С последним из них у повзрослевшего берендея отношения никак не складывались и «торговец маслом» решил продать строптивого раба арабам. Их с Вадей держали в разных темницах. Так что познакомиться им не удалось. А затем и того и другого опоили сонным зельем, чтобы без помех вывести из города. Но доза снотворного, достаточная для обычного человека оказалась маловата для могучего организма берендея. И он очнулся на корабле раньше того времени, на которое рассчитывали разбойники и как раз в самый нужный момент!
 
— Теперь для тебя начинается новая жизнь. Скоро ты будешь полностью свободен. Вольную грамоту Магистр для тебя выхлопочет, — резюмировал Андрей, — И завтра же мы приступим к твоему обучению. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты стал настоящим магом-берендеем.
— Благодарю, — поклонился Урсус, — Ты найдёшь во мне самого прилежного ученика.
— Послушай, друже, — не выдержал Вадя и задал вопрос, который давно всех интересовал, — А как же ты обращаешься в медведя и обратно? Что для этого делаешь?
— Ничего! Веришь ли? — рассмеялся Урсус, — Сам даже не знаю. Это само собой случается если я очень сильно рассержусь. В первый раз я даже и не заметил, что вдруг медведем стал, пока мой надсмотрщик от страха замертво не упал. Хорошо, что тогда этого никто больше не увидел, а его смерть списали на внезапный удар, хвативший толстяка. Но впредь я стал осмотрительнее.
— Значит, чтобы обернуться тебе нужно рассердиться? — допытывался отрок.
— Не только. Могу ещё просто захотеть! — воскликнул Урсус, — Смотри!
И в следующий миг перед ними появился огромный медведь, лавка, на которой он сидел, угрожающе затрещала от его веса. Медведь страшно заревел прямо Ваде в лицо. Вот это был финт! Бедный отрок, обомлев от неожиданности, кубарем слетел с лавки, лишь пятки сверкнули в воздухе, словно его ветром сдуло! Но тут же берендей снова стал человеком:
— Вот так! — не без позёрства засмеялся он. Его это позабавило. Он, явно наслаждаясь своим умением, — Страшно?! Не боись, не съем! Теперь я уже наловчился себя контролировать.
— Бес тебя подери! — Вадя, ругаясь, выбирался из-под лавки, — В следующий раз — предупреждай, а то как бы портки не замарать, неудобно получится.
— Договорились! С начала хвостик и ушки покажу, а уж потом — клыки! — продолжал прикалываться Урсус.
Тем временем в атриум, где проходили эти беседы, вошел управляющий и доложил хозяину дома о прибытии гонца из покоев Императора. Аврелий ненадолго вышел и вскоре вернулся, немного взволнованным, неся в руках свиток с золотой печатью:
— Божественный Василевс, наслышанный о подвигах славянского кудесника Андрея, удостаивает его величайшей чести и приглашает на завтра во дворец на аудиенцию! — торжественно, словно глашатай на площади, прочитал свиток Магистр Оффиций.
— Вот это новость! Это здорово, я на это не мог и надеяться! — воскликнул Андрей не без удивления, — Откуда же он узнал о моих «подвигах»?
— От меня! — улыбнулся Аврелий, — Это я рассказал все Божественному и выхлопотал для тебя этот приём. Можешь не благодарить — хотя Император уже давно никого не принимает, тем более иностранцев. Но для тебя сделано исключение. Эта встреча очень важна. Завтра ты предстанешь перед владыкой Ромейской Империи!
*************************
  
Глава 31
 
Глава 31.
Андрей с нетерпением и некоторым волнением ждал встречи с Василевсом ромеев. Никогда раньше скромный учитель истории не мог позволить себе даже мечтать о возможности встречи наяву с реальными историческими персонажами, жившими более тысячи лет назад. А уж, тем более — с Императором Византийской империи. Строго говоря с одним императором, правда будущим, он уже был хорошо знаком и даже спас ему жизнь. Интересно — нарушил ли он этим ход истории? Скорее всего — нет. Вероятно, Артемий и так не погиб бы в той ночной стычке у постоялого двора, а был бы лишь ранен и ограблен. Но теперь этого уже не узнать. Главное — он считает себя должником Андрея. Тем лучше!