Осколок (СИ)

Далур поднял глаза и вздрогнул. Рот пересох, а по спине привычно пробежал холодок. Вот и они. Этих троих спутники заприметили с небольшого холма перед тем, как разделиться. Три невысокие квадратные фигурки с луками и топорами шли по тракту вниз.
И вот он, Далур, стоит на этой древней дороге, а навстречу ему из-за очередного поворота вышли непонятные ему дварфы. И оттого внушающие ещё большее опасение. Конечно, его сразу заметили. Два лука перекочевали в руки, топор споро сорвался с пояса. Дварфы прибавили шагу. По мере приближения стало видно неопрятно разросшиеся в разные стороны бороды, шкуры на могучих плечах и обмотки на ногах вместо сапог.
Очень хотелось развернуться и побежать прочь. Хотелось втянуть голову в плечи и замедлить шаг. Очень хотелось выхватить топор и броситься на них. Хотелось хоть как-то действовать, а не плестись навстречу этим странным оборванцам и гадать, чего от них можно ожидать.
Но вместо этого он протянул перед собой пустые руки и продолжил идти вперёд с прежней скоростью. Трое приближались. Стало видно мрачные лица над тёмно-красными, почти бурыми, как запёкшаяся кровь, бородами. Открытые участки кожи покрывали какие-то тёмные пятна. Частично обритые головы двоих крутились по сторонам и обшаривали глазами скалы. Третий пристально смотрел на Далура. В сорока шагах от них дварф остановился и стал ждать.
Тридцать шагов.
Остановились и лучники. Грубые стрелы из колчанов переместились на тетивы. Луки, сжатые в их здоровенных кулаках, казались детскими игрушками из прутиков.
Десять шагов.
Остановился третий дварф. Топор в расслабленной руке повис вдоль ноги. Но от Далура не укрылись широко расставленные ноги и немного повёрнутое к нему левым боком тело. Тёмные пятна на коже оказались плохо сделанными выцветшими татуировками, и Далур с удивлением заметил, что остатки волос на голове незнакомца были русые. В отличие от тёмно-красной бороды. На лице двумя чёрными провалами выделялись ноздри изуродованного носа. Его кончик кто-то аккуратно отсёк.
— Кто ты такой и куда идёшь? — язык дварфов всегда отличался гортанностью, но этот дварф говорил так, что было непонятно, речь это или рык. Низко и угрожающе.
И всё же Далур его понял. И одному камню ведомо, как приятно было услышать родной язык, пусть и от такой грязной образины. К тому же на него не напали сразу, с ним заговорили. Это хороший знак.
— Я Далур. Мой дом далеко на юго-восток от этого места. Я дварф с окраины Красных Гор. Я… Странствую. Слыхал я, что в этих горах когда-то жил наш народ. Хотел проверить этот слух. Вижу, мне не соврали, — Далур напрягся, увидев с каким интересом и жадностью стоящий напротив дварф осматривает его кольчугу и топор.
— Твоего народа здесь нет. Они там, где ты их оставил. Далеко отсюда, на юго-востоке, на окраине Красных Гор. Здесь же горы Кровобородов, — он повёл перед собой топором. — И мы не рады чужакам. Зачем пришёл и чего хочешь?
— Хочу говорить с теми, кто здесь управляет. Я не чужак, я гость. Негоже гнать в шею гостя, пришедшего с миром. Я могу предложить вам торговлю. Я так и сказал старейшинам своего клана. Мол, найду их, и мы наладим торговлю! Наш народ всегда славился богатством и мастерством.
«У этих образин вряд ли получится что-то кроме вшей получить. Я бы таким топором, как у него, дрова рубить побрезговал. А он вона как сжимает, тан на смотре свою секиру с такой любовью не держит».
— Так ты, значит, торговец? — по лицу говорившего расползлось презрение.
— Прежде всего я воин.
Кровобород сплюнул себе под ноги.
— Ты, воин, так и топал по этой дороге?
Почему он спросил? Чем меньше вранья, тем меньше шансов попасться.
— Нет. Я шёл по лесам, и лишь несколько вёрст как вышел на тракт.
— Ну пойдем, Далур. Отведу тебя к вождю. Давай, иди впереди, — в глазах кровоборода застыла враждебность.
Вождю? У него что, мозги погнили? Старейшины, таны, короли. Но вожди… Полоумные оборванцы.
Выдохнув и решившись, Далур прошёл мимо своего собеседника и продолжил идти вверх по склону. Когда вся троица оказалась у Далура за спиной, он сглотнул и на секунду плотно закрыл глаза, борясь с подступающей паникой. Как только они войдут в поселение Кровобородов, он будет полностью в их власти.
 
— Они уходят! Без драки, просто взяли и пошли, — Арди смотрела из-за камня на широкие спины дварфов. — Ух сука, я аж вспотела, мне кажется, это я там с ними болтала.
— Походит на плен.
— Молчун, не каркай. Они всё-таки из одного камня вырезаны, или как они там говорят…
Мужчина лишь отмахнулся и потянулся за бурдюком.
— Нам бы как-нибудь прикрыть Далура… — Адрей наблюдал за удаляющимися дварфами из-за соседнего валуна.
— Не сможем, — Арди поджала губы. — Ты же слышал, что их поселение на возвышенности. С соседнего холма не подглядеть. А лезть ещё выше в гору у нас времени нет. К ним в хибарки заглянуть тоже не выйдет — сейчас слишком опасно. После прихода Далура они на ушах стоять будут. Так что поступим, как порешали. Ждём завтрашнего рассвета. До ночи они, наверное, трепаться будут. Вы как хотите, а в темноте я к дварфам не полезу. Они, значит, меня как на ладони видят, а я вообще нихрена не вижу. Не, так дело не пойдёт, — она вздохнула. — Я тоже волнуюсь за Далура, но он сам согласился на такой риск. Так что сидим тихо и ждём, внимательно поглядывая по сторонам. Если ночью не вернётся, на рассвете идём в лагерь.
Как только Далур с диковатой троицей поднялись на возвышенность, ветер тут же принялся трепать бороды всех четверых и играть верёвками и лентами на обвязках Кровобородов. За каменным отвалом оказалась почти ровная долина, в центре которой стояло небольшое поселение, окружённое частоколом из толстых брёвен, кое-где покрытых мхом.
«Они их на руках сюда что ли таскали из леса? Вокруг нет ни одного дерева. Скальный кустарник не в счёт».
У ворот на валуне сидел ещё один кровобород с накинутой на плечи шкурой и тёмно-красной бородой. Вооружен он был так же, как сопровождающие Далура — луком и топором. Увидев незнакомца, он вскочил на ноги и принялся с любопытством таращить глаза.
Одна из створок была открыта, вежливо приглашая войти. Этим приглашением Далур с удовольствием бы не пользовался, но выбора у него уже не оставалось.
— Это кто с вами? — крикнул дварф у ворот, когда они подошли чуть ближе.
Сопровождающие Далура дварфы проигнорировали его вопрос.
— Кого, спрашиваю, ведёте? — ещё раз спросил стражник, когда они с ним поравнялись.
— Странника. Чужака. Смотри по сторонам, Балнох, а он — не твоя забота, — походя бросил недавний собеседник Далура.
Стражник насупился, положил руку на топор, но спорить не стал, а сделал несколько шагов назад и привалился к своему валуну. Скучающий взгляд снова забегал по окрестностям.
Ворота оказались позади, и наконец Далур увидел перед собой поселение Кровобородов. Его захлестнули смешанные чувства удивления, отвращения и любопытства.
Тут и там около крупных валунов кучковались небольшие домики, сложенные из камней разных размеров. Цепкий взгляд Далура приметил, что никакого раствора в строительстве не использовалось. Из швов сухой кладки торчали клочья мха, и лишь кое-где они были подмазаны глиной. Под самой кровлей чернели несколько небольших отверстий для проветривания. Над крышами, сложенными из брёвен и накрытых мхом, торчали дымоходы из всё тех же камней, только теперь уже полностью скреплённых глиной.
В родных горах Далура так не строили уже тысячи лет. Даже временные стоянки на поверхности ставили куда как аккуратнее и искуснее. Такая грубость и небрежность в работе просто не могла принадлежать дварфам.
Но принадлежала. Эти самые дварфы стояли вокруг и с враждебным любопытством смотрели на него. Все мужчины обладали, похоже, никогда не стриженными и не чёсанными бородами, торчащими в разные стороны. Каждая из них была выкрашена в тёмно-красный цвет, как и у его спутников.