Гильдия Злодеев. Том 2 (СИ)

— Сжалься, старшой! Не хочу! Не буду!
— Сюда подошел. Быстро.
— Н… нет.
— Костя?..
— Да, мастер. Вы разрешаете пожрать душу этой непослушной твари?
— Да.
— НЕТ! — орёт бандит.
Зыркало подбегает ко мне, вырывает из рук Принцессу, остервенело вылизывает ее. Жаба краснеет еще сильнее и у меня возникает догадка. Может ли быть, что цвет жабы зависит от… ее настроения? Если, конечно, слово «настроение» применимо для жаб.
— Аккуратнее с ней, — морщусь я.
Жаба вздувается, пытается вырваться, но Зыркало будто звереет. Уже не лижет, а покусывает. Вырываю из его рук Принцессу:
— Спятил? Прости, солнышко, — поглаживаю красную, как помидор, жабу. — Обещаю, я компенсирую твои моральные страдания.
На удивление, это срабатывает. Жаба прыгает мне на плечо и ее ядовито красный цвет затухает, приобретая стандартные зеленые оттенки.
А вот Зыркало…
С ним что-то не то…
Скрежещет зубами, зрачки бегают во все стороны.
— Ты чего, а? Плющит?
— Заткнись, с-с-сука! — с ненавистью орет бандит.
— Ого, — хмыкаю я. — Интересный эффект.
— Я тебе в жопу твой фифект засуну.
Зыркало набрасывается на меня с кулаками, но лишь отбивает костяшки о защитный барьер.
С профессорским интересом наблюдаю за истерией:
— Кость, это что?
— Смотря о чем вы. Если о размерах детородного органа Кислого, то вам лучше самому сюда заглянуть. Если о состоянии Зыркало, тот тут любому умному существу все понятно. Вам же понятно?
— Ну… похоже токсин красной жабы заставляет его… беситься.
— Какой у вас проницательный ум! Какая замечательная оценка!
— Не паясничай. Так, значит желтый токсин вызывает пофигизм с желанием что-то сделать. И это желание можно направить в правильное русло. А красный вводит в режим берсерка!
— Херерка, сука! — не унимается Зыркало, выбивая из барьера искры. — На! На! На тебе! Сдохни!
Он замирает на месте, трясется, мотает головой и подбегает к столу, швыряет в меня книгами и манускриптами. Так, стоп. А как мне потом вернуть эту бесценную писанину?
Со вздохом сажусь на лавку, осматриваю хлам вокруг. Книги, манускрипты, банки с гомункулусами. Как минимум половина вещей в анклаве уничтожена. А чтобы их восстановить, придется сделать «респаун».
Зыркало как будто только что замечает «друзей», стоящих в углу и с опаской держащих на изготовке кирки.
— А вы кто такие?! Сука, убью!
Набрасывается на своих. Те отмахиваются, но драка получается так себе. Защитные барьеры работают.
— Кость? — поглаживаю Принцессу на плече. — Надо бы твои книжки восстановить. Если я всех бандитов вытащу из анклава, а потом вернусь, то всё вернется на свои места, как в первый день?
— Ага.
— И новые секции? — киваю на проходы. — Она зарастут стеной и придется долбить их заново?
— Я же уже объяснял, мастер. Мои личные вещи в любом случае восстановятся, когда все существа покинут анклав. Скажем попроще. Центральная секция — сердце анклава. А вот другие секции памятью не обладают. Бардак в них придется убирать ручками. А если вы пренебрежете их сохранением, то можете потерять все, что в них храните. Ну, это если в анклаве все вдруг сдохнут.
— А такое может случиться?
— Кто знает, — ехидничает Костя и я сразу же понимаю, что помещения лучше сохранять…
Вот будет печаль, если я организую тут склад артефактов, а потом возникнет какая-нибудь фэнтезийная пандемия и выкосит за пару часов всех обитателей. Вернусь, а склада нет — только каменная стена, когда-то туда ведущая.
Наблюдаю за интересной картиной. Безумный Зыркало с остервенением выбивает искры из защитного барьера Кислого, который вообще не обращает внимания ни на что, кроме работы.
— Убью, сучара! Выколю глаза!
— Работа… это хорошо… всегда буду работать…
— Я тебе в жопу проработаю!
— Работа — это камень… Работа — это кирка…
— И кирку туда же! Убью!
Спрашиваю:
— Слушай, я там эльфа одного поймал. Хорошая такая жертва, нажористая. Нужна?
— Не откажусь, мастер. Эльфы весьма питательны.
— Только вот с ним сложность одна…
Костя хмыкает:
 
— Хотите, чтобы я подсказал, где в нем блокирующий энтропию артефакт?
— Какой ты догадливый.
— Да, я талант. Хорошо… Вам придется заснуть ему руку в ж…
Перебиваю:
— Я серьезно.
— А серьезно я не скажу.
— Почему? Какой тебе в этом резон? Я ведь тогда не смогу принести его в жертву.
— Вы правда думаете, что меня можно так легко купить? Серьезно? За пару тысяч второсортных жизненных лет? Нет, мастер, лучше суйте в него руку. Может что и найдете. Хотя что-то точно найдете.
Не отвечаю. Ясно всё с ним. С легким пофигизмом смотрю куда-то вверх, откуда доносится голос Кости:
— Ты там обитаешь? Твое настоящее тело…
— О, нет! — наигранно страдает он. — Вы догадались! Как же быть?! Мою настоящее тело на верхней десятой секции затрепыхалось от страха, что вы когда-нибудь до него доберетесь!
— Вот ты шутишь, а вдруг правда.
Костя резко становится серьезным:
— Для этого нужно мои слова проверить, мастер. Поделюсь секретом, так уж и быть. Дальше пятой секции почти никто не добирался за все время существования анклава. Стены в шестую секцию не пробить… идиотам.
Да уж не сомневаюсь. Бандиты вторую секцию будут долбить несколько месяцев, отколупывая по маленьким кусочкам. Это как если бы первый ряд стен был из известняка, а второй из гранита. Хотя на вид они выглядят как обычный камень. Хотя нет… Стены ко второй секции чуть почернее.
— И сколько всего этих секций?
— Ну…
— Зря я спросил.
— Ну почему же, мастер. Я отвечу. Их всего десять. Круглое и удобное число. Большинство моих хозяев умели считать до десяти, а вот дальше сложно…
— Ясно. А эта тайная комната, о которой ты говорил. Она, конечно же, находится в десятой секции, да?
Скажет? Или нет? Сегодня Костя в хорошем настроении. Это чувствуется. Надо пользоваться.
Он хрюкает:
— Это кажется логичным, не правда ли?
— Весьма.
— Хе-хе, мастер. Как же я люблю логичные и прямые пути. Только вперед! Ни шагу назад!
Хм, звучит как намек на то, что идти в лоб как раз не надо. А может он просто хочет меня запутать? Хотя про секции и их количество я ему почему-то верю.
Десять, значит…
Десять секций вверх, десять вниз. Десять во все стороны. Немаленький такой куб получается.
А еще пятую секцию до сих пор никто не пробил. А ведь бывают всякие геоманты, способные силой мысли дробить камни. Не верится, что за тысячи лет не было ни одного мага, пытавшегося добраться до последнего уровня анклава.
— Слушай, Кость, а все секции вот такие пустые?
— Даже не знаю…
Он болтает! Пользуйся, Ден!
— То есть в других секция что-то есть?
— Возможно… Мастер, вы забыли кто я? И как развлекаюсь? Подумайте сами.
Интересно. Вполне возможно, что следующая откопанная секция окажется с сюрпризом и…
Так, стоп.
Встаю, хожу туда-сюда. Шепчу, чтобы не услышали бандиты:
— Костя. В других секциях ловушки?
Молчит.
— Они могут убить?
Легкий смешок.
Мое сердце выбивает ритм.
— Так вот зачем нужно сохранять прогресс в раскопках секций, да? Если они сдохнут, — киваю на трудяг. — То придется начинать все сначала?
— Я этого не говорил. Вы сказали, — радости в голосе Кости полные штаны Кислого.
Неприятное предчувствие бьет по нервам. Резко разворачиваюсь к бандитам:
— Отставить копать! Немедленно остановитесь, утырки! Бросить кирки!
Поздно. Кислый не слышит меня из-за мутузящего его Зыркало.
Массивный камень отваливается от стены, открывая массивную черную дыру ко второй секции.
В нос бьет страшная вонина. Ледяной холодок пробирает до дрожи. Хотя в анклаве до этого не было холодно.
Первый раз голос Кости настолько серьезный:
— Осторожнее, мастер. На этом этапе подохла половина моих хозяев. Прошу, не разочаруйте меня.