Граф Суворов (СИ)

Но воспринималось это, в свете новой информации, как сотрясание воздуха. У меня наконец сложилась картина, которая могла быть ошибочной, но все больше выкристаллизовывалась. Чем дольше я думал, тем проще и прозрачней становилась схема творящегося в училище беспредела.
Училище — царское, содержащееся на деньги государства, потому как считается что поступают в него только сироты. Рекламная компания, возможность стать наследником дома Суворовых — все это сделано Меньшиковыми для того, чтобы год от года выкачивать средства из государства «на подготовку офицеров и поднятие престижа армии».
Вместо этого они устраивают детей своих друзей и вассалов на бесплатное обучение, на лучшие места, оплаченные из казны преподаватели мотивируются совершенно правильно — обучать только «лучших», и в результате количество должников рода Меньшиковых только растет.
Небольшой процент сирот все же попадает в хорошие группы, но только если их родители из четы военных, и позднее они поступают в дружины и гвардии родов, а не в армейские части. Дворяне же, вместе с боярскими отпрысками, переводятся позднее в военную академию. Все.
Сколько на этом отмывается? Миллионы? Миллиарды? Неужели никто этим не занимается, или им все прощали из-за протекции прошлого правителя?
Вопросов все еще много, да вот ответы на них в основном матерные.
До полудня нас, конечно, не держали, но время завтрака как раз подошло к концу, когда совершенно выдохшийся руганью Ульянов махнул рукой и оставил нас на попечение дежурных. Те попытались качать права, но, когда пятерых старшекурсников обступило двести человек — что-то притихли.
— Леха, мне нужно предупредить Гаубицева, что мы опоздаем на первую пару, приберитесь чуть. — попросил я, и незаметно достал бутылку, зарытую возле барака. — Встречаемся у столовой.
— Договорились. — кивнул Шебутнов, понимающе взглянув на презент.
Был риск попасться с алкоголем, а это автоматом залет, но занятия уже начинались, прозвенел звонок, и дежурные только прикрикнули на меня чтобы я поспешил в аудиторию. К счастью, кабинет совпадал со вчерашним, и я без труда его нашел, завалившись в последние секунды.
— Все? Пришел на урок в гордом одиночестве? — недовольно спросил Гаубицев.
— Никак нет, ваше благородие. В компании. — ответил я, подходя к учительскому столу и выуживая из-под полы бутылку.
— О, а это хорошая компания, одобряю. — усмехнулся Михаил Иванович, быстро оценив презент, и убрав его под стол. — Из-за нее весь сыр бор?
— Никак нет. Поговаривают что кто-то из старых студентов выяснил что группы ТУФ обкрадывали с самого поступления. — расплывчато сказал я. — Вроде они недоедали, и из-за этого начались проблемы с физподготовкой.
— Недоедали. — поморщился Гаубицев, потер плечо и привычным движением потянулся к фляге во внутреннем кармане. — И что, вас построили на плацу и дрючили?
— Мы даже получали некоторое эстетическое удовольствие от выволочки, проводимой господином Ульяновым. — улыбнувшись сказал я, и Гаубицев не выдержав хмыкнул. — Разрешите пропустить первую пару в зачет самообразования после обеда? Необходимо привести корпус в порядок после обысков.
— Утром могут быть проверки посещаемости. — поморщился Михаил Иванович, отхлебнув из горла. А затем подмигнул мне. — Ладно, идем. Есть у меня идея как это оформить. Будет у вас строевая подготовка под моим чутким руководством.
— Ого, это что происходит? — удивленно спросил преподаватель, когда мы подходили к бараку, но я даже не знал, что ему ответить. Из всех окон летела грязь, стружка, куски сгнившей древесины. Слышалось веселое переругивание.
— Кажется генеральная уборка, ваше благородие. — заметил я, увидев в одном из окон Леху, помогающего тащить матрас. — Скажите, а верно, что только наши группы отправятся на фронт после обучения в училище?
— Все отправятся. — поморщившись и вновь потерев плечо ответил Гаубицев. — Вот только вы, ребята, окажетесь там первыми. И все что вам нужно чтобы выжить я вам дам. Хотите вы того или нет.
 
— Спасибо, ваше благородие. От всего сердца. — проговорил я, вспомнив что Михаил сам такой же сирота, как и большинство в группе ТУФ. Это же он рассказал мне про смену фамилии. А судя по внешнему виду — служба на передовой далась ему совсем не легко. И все же… — Прошу прощения, ваше благородие. Но может вам бросить пить?
— Ты что, щенок, думаешь я с тобой откровенничать начал? — мгновенно озверев рыкнул преподаватель. — А ну — бегом марш к своим товарищам.
— Есть, отправляться на приборку! — отчеканил я, быстрым шагом отправившись к бараку. Гаубицев же немедля сел на скамью, и привычным движением потер плечо, делая это почти неосознанно. Жаль у меня пока тело слишком плохо развито, оценить в действующем организме состояние меридианов, да еще и на расстоянии, у меня пока не получается. И выйдет хорошо если после раскрытия четырех чакр.
Если же объективно смотреть на состояние моего ментального тела — я едва сумел вернуть Основу и Обитель к состоянию обычного здорового человека. Да, это позволило мне стимулировать выработку тестостерона и пищеварительных гормонов, так необходимых для роста молодого мужского организма, но до состояния раскрытия было еще как до луны пешком.
Единственное мое сокровище — неприкосновенное убежище, связь с перерождением и вместилище души, доминировала над всем телом, но в то же время выводила систему из равновесия. Как и неизвестный мне центр силы, локализованный меж грудных ребер с внутренней стороны. Это было странно и опасно, что-то с моим, теперь уже точно моим, телом в той больничке делали. И вряд ли это было естественным. А еще «клинок» на запястье.
— Как у нас дела? — спросил я, входя в барак. Хотя по носящимся студентам и так было понятно, что работа кипела полным ходом.
— Суровый здесь! — передали по цепочке, и через несколько секунд с лестницы послышался перестук шагов. Шебутнов буквально слетел с верхнего этажа, а следом за ним два незнакомых мне парня, судя по нашивкам второй и третий курс.
— В чем дело? — чуя подвох поинтересовался я. — Вы кто такие, откуда взялись?
— Приехали с того берега лужи. — усмехнувшись ответил мне старшак. — Я Борис, зам Тарана. Можно Вепрь. А это Хорек, староста второго курса Т.
— Валера. — протянув руку представился Хорек, и я ее без сомнения пожал. — Мы оба Ивановичи. Ивановы, естественно.
— Приятно. — кивнул я. — Так в чем дело? Без обид, но вы же жоп не поднимали, все в своих мутках.
— Баз обид. — нехотя кивнул Вепрь, надо сказать прозвище ему вполне подходило, низкорослый, чуть выше меня, но при этом очень мускулистый и широкоплечий. — Ты народ взбаламутил. Вот и пошла движуха. Че-то мы реально застоялись, словно свиньи в дерьме живем.
— Ну это не столько ваша вина, сколько беда. — примирительно сказал я, решив не обострять еще больше. — Но раз дошло, надо двигаться. Так как у нас дела?
— Фигово. — ответил Леха, когда я посмотрел именно на него, требуя ответа. — Пол во многих местах прогнил так что не почистить. Крыша протекает, ее грязью забили, кое где потолок просел…
— Ага, нашими силами это не решить. — сказал Хорек, явно пребывающий не в восторге от всего происходящего. Худой, но не тощий, он выглядел как сжатая перед прыжком пружина, а цепкий взгляд только добавлял чувство опасности.
— Нет. — задумавшись сказал я. — В смысле — нет, мы это решить можем. Нас сколько? Двести человек, если вместе соберемся? Вчера нам пришлось заниматься на полигоне, и там многое перестраивалось. Значит где-то неподалеку есть лесопилка. В крайнем случае из окопов и блиндажей выкопаем доски, даже они свежее чем у нас пол. И уж точно найдем чем потолок подпереть.
— И кто нам разрешит? — хмыкнув спросил Хорь, но смотрел при этом заинтересованно. — Ночью предлагаешь переть?
— Думаю есть вариант. Или даже пара. — усмехнувшись сказал я. — Кто-то же должен быть ответственен за материально-хозяйственную часть? В том числе и за состояние нашего барака. Так что… осталось лишь решить кто за Тараном пойдет на губу.