Граф Суворов (СИ)

— Ты что такое говоришь? Надо найти управу на этих щенков! — тихим шепотом возмутилась одна из старых поварих. — Они же нам житья не дадут.
— Ну хочешь — увольняйся, держать тебя никто не станет. — махнула рукой Варя. — Теперь я тут главная, а значит мне и решать кто будет работать. А если думаешь, что у меня на теплое местечко не найдется кого пригреть.
Никто так не думал. Да, воровать не получится, да и сэкономить лишний раз не выйдет — ведь есть придется с иждивенцами. Этими никому не нужными сиротами. А у них у самих дети, которых нужно хорошо кормить… Но уж лучше так, чем потерять работу. Место-то и в самом деле теплое.
  
Глава 14
 
Почти неделю пришлось сидеть тихо, не отвлекаясь от учебы и тренировок. Но мне это шло только на пользу. Я показал Марине с помощью глаза условия жизни в общежитии, провел «профилактические» беседы с учениками старших курсов и своими одногруппниками. Даже кухарок разговорил, на их «историю».
Заодно выяснил что разговор один на одни, по душам, и история с разделением сообщников по комнатам — действительно не врут. Пока поварихи держались вместе, только кивали и мотали головами. Но стоило их увести в разные комнаты, выждать пятнадцать минут а затем зайти к каждой, говоря что вторая мне уже все рассказала и теперь нужно только уточнить детали — их прорывало словесным поносом.
Все это удалось провернуть под носом у дежурных, количество который, кажется, стало не меньше, чем учащихся. Похоже надергали из военных с первого по третий курс, только чтобы за нами следить. Но больше всего меня поражало то, что чем тише и спокойней мы себя вели, тем больше бесился куратор. Похоже Меньшиков накрутил ему хвост за прошлые косяки и сейчас Ульянов цеплялся к каждой не застегнутой пуговице.
Вот только при всех его усилиях повода для губы мы не давали. Не в смысле что ничего такого не делали, а в смысле что исполняли главное правило академии, выведенное еще на уроке Гаубицева — не попадаться. Конечно, такой девиз больше подошел бы преступникам, но в отличие от последних я своей честью не поступался. В общем все шло своим чередом, пока однажды на тренировке не завязалась драка.
— В чем дело? — спросил я, подходя ближе. Двое первокурсников, один из Т, второй из Ф. Оба довольно крепкие ребята, уже разбили друг другу лица, но даже в кровавых соплях продолжали драться, с ненавистью глядя друг на друга.
— Выясняют кто будет в 1У5. — с усмешкой объяснил Шебутнов. — А я ставки принимаю. Как думаешь кто в наше звено войдет?
— Тот, кто заслужит. — успокаиваясь решил я. — Слабаки нам не нужны, а дураки тем более. Нужно знать когда останавливаться.
— Ну ты то не знаешь. — пожал плечами Леха. — Ходят слухи что ты чемпиона Сибири убил во время вступительного экзамена. Нет, никто тебя не обвиняет, но слухи штука упорная.
— Ну допустим на ногах останется только один, и это правильно. Только вот они не думали, что этого недостаточно для перевода? — удивленно проговорил я, наблюдая за дракой. — Или решили, что Ульянов расщедрится?
— Михаил Иванович сказал, что в рамках ТУФ мы можем хоть все в один отряд поступить, главное, чтобы ему не мешали. А по документам он по факту проведет. — ответил Шебутнов. — За бутылку, я уже договорился. Только доставать они ее сами будут. И не в столовой.
— Это хороший тест на сообразительность. — пришлось признать мне. — Только вот вскоре водка может и не понадобится.
— Да? С чего вдруг? Думаешь сопьется окончательно? — удивленно спросил Леха.
— Такие опасения тоже есть. — кивнул я, не став раскрывать перед товарищем все карты. На самом деле я уже несколько дней дожидался пока разморенный осенним солнцем преподаватель заснет, а затем использовал апупунктуру. Дело шло медленно, особенно учитывая, что каждый раз преподаватель был в стельку пьян.
Но надежда на то, что мне удастся перенаправить энергию по меридианам и отучить организм от алкоголя, вызвав острое отторжение — все же была. По крайней мере с каждым днем Гаубицев все с большей неприязнью посматривал на собственную флягу, хотя пить и не переставал.
 
— Есть! Победил Петр Жеглов! — подскочив к оставшемуся стоять на ногах парню громко произнес Леха. Держался этот поджарый, черноволосый крепыш из последних сил, но вид имел боевой. — Поздравляю с выходом в полуфинал по силе.
— И я тоже поздравляю. — сказал я, подойдя и пожав парню руку. — Вот только один косяк — вы оба в синяках, а по возвращению мимо дежурных вам не пройти. Это как минимум губа. Как максимум — губа с занесением. Не боитесь, что вас просто отчислят за такое художество?
— Кто не рискует, тот не пьет шампанское. — вытирая кулаком кровь из разбитого носа ответил Петр. — Для того, чтобы попасть к тебе во взвод я и не на такой риск готов.
— Риск дело благородное, но не всегда оправданное. — покачал головой я. — Сядь. И второго сюда принесите.
Я даже не стал оборачиваться в полной уверенности что мой приказ выполнят.
— Залеты нам сейчас не нужны. Совсем. — сказал я, резким движением вправляя сломанный нос. Перт вскрикнул и дернулся, чем чуть не испортил мою работу. — Ровно сядь! Сейчас над кровообращением поработаем, и пару часов синяки не появятся. Ночью будет болеть, но на же главное мимо дежурных пройти.
Жеглов стоически выдержал все манипуляции, а я с удовлетворением заметил, что с каждым разом работа с чужими меридианами проходит все легче. Пусть ничего кардинального я пока сделать не в состоянии, но это уже прогресс и существенный. Пока мы повторяли школьную программу и постепенно погружались в математический анализ, геометрию и баллистику — время у меня было.
— Готово. Посадите его вон там, в теньке, пусть приходит в себя. — сказал я, закончив со вторым дуэлянтом. — А теперь слушаем сюда. Мне нужны не только сильные и ловкие, но и достаточно умные. Как пример — Алексей. Ясно что он себе на уме, но понимает, что вместе можно дойти дальше, чем одному. Это понятно?
— Да, старший. — неровным хором ответили окружившие меня однокурсники.
— Отлично. Если вы хотите взять только силой, подумайте еще раз. Удивите меня, приятно, и вам будет проще попасть в команду. База — боевка на три из трех, все письменные экзамены на высший балл. — произнес я, глядя на студентов. — Как вы меня, помимо этого, удивлять будете — ваше дело. Критериев нет, есть только правило — не попадаться. Ясно?
— А что делать если удивить не получиться? — мрачно спросил Жеглов, явно рассчитывающий показать себя в рукопашном бою.
— Что ж, в любом отряде нужны хорошие боевики. Никто не спорит. Но разве одного этого достаточно? — улыбнулся я. — Впрочем ладно, кто сумеет в схватке один на один меня одолеть — того возьму в отряд без разговоров. А по поводу удивлять — вы лучше у Шебутнова спросите, у него всегда получается предвосхищать задачи.
— Это потому, что они логичны, и я стараюсь как для себя. — усмехнулся Леха. — Но так как Суровый, сделать все равно не смогу. Алекс, может поделишься планами на время после училища? В академию?
— Естественно. Как только стану официальным наследником Суворовых. — вернул я улыбку и однокурсники засмеялись, будто услышали хорошую шутку. Не присоединились к ним лишь трое. Я, Шебутнов и внимательно смотревший со стороны Хорь, слушавший весь разговор.
— А если не выйдет? — спросил Леха, взглянув на меня с мрачной решимостью.
— Выйдет. Есть такая шутка — Если ты Русский, умри, но сделай. Ведь даже смерть не освобождает от выполнения задачи. — ответил я, и смех быстро затих. До народа, кажется, начало доходить, что я серьезен. — Что говорит устав все имперского конкурса? Только лучший может стать наследником Суворовых? Ну так нигде не сказано, что он должен быть из группы А или Б.
— Это очень серьезная заявка. — осторожно проговорил Валерий. — Даже если ты считаешь, что потянешь. Да что там, даже если ты и вправду потянешь, шансов все равно нет. Где мы, а где «княжичи» и «бояре»? Они все — дарники. Если сейчас тебе удастся каким-то чудом их нагнать, после инициации разрыв окажется несопоставим.