Пламенный клинок

Противник Арена шагнул назад и замахнулся. Арен приготовился отбиваться, но Харод оказался быстрее. Отразив удар, он тотчас же сделал выпад и вонзил клинок противнику в подмышку. Солдат разинул рот и захаркал кровью. Арен толкнул его ногой в грудь, и тот повалился прямо на своего товарища, стоявшего позади. На его место протолкнулся другой стражник, но тут зазвенела тетива, и он рухнул: изо рта у него торчала стрела, выпущенная Фен.
Арен взглянул направо и увидел, как Гаррик смял слабую оборону своего противника и воткнул меч ему в плечо. Солдат завопил, из раны брызнула кровь, а Гаррик вырвал клинок обратно. Если Харод был само спокойствие, то Гаррик — сама одержимость: он скрежетал зубами от ярости, напоминая голодного волка.
Они двинулись напролом, и Дрессль отступил под градом ударов. Запнувшись об упавшего солдата, он рухнул навзничь прямо в комнату у него за спиной, а нападающие ворвались следом. Двое солдат кинулись заслонить своего капитана, прежде чем Харод его заколет. Один из них оказался заколот сам.
Арен огляделся, оценивая соотношение сил. Противников насчитывалось с полдюжины, включая Дрессля; они рассредоточились по квадратному помещению — очевидно, заброшенной караульной: Арен видел оружейную стойку возле стены, стол и стулья, груду мешков возле обшарпанного сундука; в ржавом настенном держателе горел факел, освещая узкую лестницу, ведущую наверх.
Скирда протолкнулась мимо Арена и набросилась на очередного солдата, свалив его с ног и впившись когтями в лицо. Один из его товарищей кинулся на выручку, но Арен встал у него на пути и ловким ударом отсек ему пальцы рук. Пока тот, выронив оружие, в испуганном недоумении таращился на обрубки, Арен пронзил его насквозь.
Гаррик уложил еще одного стражника слева от Арена. Даже охваченный яростью, удары он наносил быстро и точно, как настоящий Рассветный Страж. Оставив поверженного противника, он устремился на Дрессля, который не успел подняться на ноги и отползал назад на локтях. Гаррик замахнулся и обрушил на него такой мощный удар, что клинок врезался в каменный пол под телом капитана.
Оставшиеся двое стражников дрогнули. Один из них кинулся бежать к лестнице, и Фен подстрелила его в спину. Вика бросила в лицо другому солдату пригоршню красного порошка. Тот закашлялся, отшатнулся в сторону, и Гаррик его заколол.
Все закончилось, едва успев начаться. Арен стоял среди побоища, обеими руками сжимая рукоять меча, словно в ожидании новых врагов. Тишину нарушали только тяжелое дыхание да отчаянные хрипы бедолаги, пострадавшего от зубов Скирды. Вскоре глаза у него остекленели, и он затих.
Харод вложил клинок в ножны. Его бархатный жакет и обтягивающие штаны забрызгала кровь, волосы стояли торчком, как у шута, но лицо оставалось бесстрастным и серьезным, и никому не хотелось над ним насмешничать. Когда схватка закончилась, в помещение прокрались Орика и Кейд с мечом наперевес.
Гаррик оглядел тела, валявшиеся по всей комнате. В воздухе стоял сладковато-металлический запах свежей крови.
— Как вы думаете, нас слышали?
— Все стражники на нижних этажах охраняют гостей, — ответил Арен, — а стены здесь толстые. Может быть, нам повезло.
Гаррик принялся расхаживать между телами, что-то высматривая.
— Они пришли сюда за мной. Стало быть, знали, что меня придут вызволять.
— Не обязательно, — возразил Арен. — Может, просто решили проверить. Мы точно не знаем, поэтому идемте дальше.
Гаррик с легким изумлением взглянул на него:
— Какой неугомонный!
— А ты притомился? — посочувствовал ему Кейд.
— Где-то там Граб, — напомнил Арен. — Он рассчитывает, что мы будем наготове, когда он доберется до сокровищницы. Не хочу его подводить. Туда мы и направимся.
— Только не я, — сказал Гаррик. Он опустился на колени рядом со стражником, которого сам же пронзил насквозь, и принялся снимать с него латы.
Все в молчании уставились на него.
— Что значит «только не я»? — наконец спросил Арен.
— Думаете, вы доберетесь до Пламенного Клинка? — откликнулся Гаррик, стягивая со стражника штаны. — Хотите пролезть наверх через всю крепость, оборванные и заляпанные кровью, а тем временем вас будут выслеживать кроданцы? Удачи. Если бы я допускал мысль, что вы меня послушаетесь, велел бы вам убираться отсюда, покуда целы.
 
Арен был потрясен. Перед ним внезапно предстал совершенно незнакомый человек.
— Мы можем пройти через пустующие части крепости, и ты это знаешь! — возразил он. — Ты же сам так собирался! — Его лицо исказило ужасное подозрение. — Или нет?
— Нет, — сказала Вика. — Что бы он ни задумал, возвращаться в его намерения не входило.
Гаррик резко посмотрел ей в глаза и сразу отвел взгляд, снова занявшись латами.
— Если я и вынес урок из Солт-Форка, то вот какой: человек, переоценивший свои силы, не сможет надолго удержать то, чем завладеет. Мы были смелыми, пылкими и стремительными, а досталась нам лишь смерть. Пламенный Клинок недосягаем, Арен. Не знаю, как вы собираетесь пробиться в сокровищницу, а потом скрыться и как собираетесь сберечь Пламенный Клинок, если захватите его, но я думаю, вы погибнете.
Его слова обрушивались на них точно камни, и Арену захотелось ударить Гаррика. Они так старались ради его спасения, а он их предал.
— Но один человек… — продолжал Гаррик. — Один человек, одетый Железным Стражем… — Он стянул рубаху через голову, обнажив скрещивающиеся рубцы по всему торсу, многочисленные ожоги и кое-как заштопанный шрам на месте одного из сосков. — Он может подкрасться поближе и нанести кроданцам такой удар, который они нескоро забудут.
— А Пламенный Клинок? — спросила Вика.
— Пламенного Клинка недостаточно! — рявкнул Гаррик. — Наш народ зашел слишком далеко. Они вступают в сговор с хозяевами против собственных сородичей. Они лишены смелости, чтобы подняться на борьбу! Пламенный Клинок принадлежит прошлым временам, еще до нашествия кроданцев, а те дни уже позабыты. Надежда не вдохновит этот народ. А вот страх — вполне.
— А меня вдохновляет надежда! — воскликнула Фен, и Арен понял, что ее тоже задели слова Гаррика.
— Ты обещал нам Пламенный Клинок, и мы последовали за тобой, — промолвил Арен. — В жилах у оссиан по-прежнему течет волчья кровь. Пламенный Клинок сплотит их!
— Вы его еще не добыли, — напомнил Гаррик. — А если и добудете, никого он не сплотит.
Арен оцепенел, слыша холодную уверенность в его голосе.
— Когда же ты утратил веру? — еле слышно спросил Арен.
Гаррик уже облачался в мундир и латы, снятые с мертвеца.
— Ты молод, — сказал он. — И я восхищаюсь твоим новообретенным патриотизмом, но он еще не прошел проверку. Я участвую в этой борьбе гораздо дольше тебя. Хочешь узнать, когда я утратил веру? Когда мой ближайший друг продал меня, обрек на пытки и смерть, совсем как тридцать лет назад. — Гаррик тяжело вздохнул. — Я больше не гонюсь за ложной надеждой.
— Ты не заступник из моего видения, — с отвращением бросила Вика, а Скирда зарычала на Гаррика.
— Я никогда этого не утверждал, — горько усмехнулся тот, прикрепляя поножи.
— А твоя клятва? — воскликнул Кейд. — Ты же Рассветный Страж!
— Да. Я Рассветный Страж. И поклялся, что Пламенный Клинок не попадет в чужие руки. Но если мы все погибнем, пытаясь его добыть, — как, скорее всего, и получится, — тогда через два дня он достанется принцу Оттико. Благодарю, что спасли меня, но моя задача остается неизменной.
— И в чем же состоит твоя задача? — спросила Орика.
Гаррик не ответил; он прикрепил нагрудник и набросил на спину плащ. Получилось небезупречно, но вполне сойдет. Рубашку он подтянул под самый подбородок, чтобы прикрыть шрам на горле.
— Госпожа задала вопрос, — сказал Харод.
Гаррик выпрямился, в свете факела его лицо выглядело угрюмым.
— Я собираюсь убить принца, — заявил он. — Собираюсь убить генерала Даккена, который уничтожил Рассветных Стражей. Собираюсь убить как можно больше высокопоставленных кроданцев. А потом я сровняю с землей эту проклятую крепость и похороню Пламенный Клинок под такой грудой обломков, что он останется здесь до скончания времен.