Близкий сердцу незнакомец (СИ)

— Ты ведь тоже свой отпуск не отгулял…
— Ты же не считаешь, что нас отпустят одновременно…
— Я об этом позабочусь, — выходим из отдела и направляемся к своим машинам.
— Что от меня требуется?
— Когда Женька с мамой обустроятся — мы возьмём отпуск и приедем к ним. Главное остановиться в их доме, а дальше — я справлюсь без тебя.
— Хитрый ты жук… — Сашка достаёт ключи от машины и снимает сигнализацию. — Только это будет не раньше, чем через полтора месяца.
— Я помню, что ты идёшь на повышение, — сажусь в машину и завожу двигатель.
— И не забудь, что я обещал — что тебе не поздоровиться, если ты её обидишь! — кричит в открытое окно прежде, чем его машина срывается с места.
Дорога до дома матери Саши занимает немного времени. Останавливаюсь около киоска цветов и покупаю букет хризантем для Ирины Викторовны, не удобно приходить в гости с пустыми руками.
Когда подъезжаю к нужному дому — вижу уже припаркованный Сашкин автомобиль. Ирина Викторовна на пороге обнимает Сашку. Выхожу из машины и подхожу к ним.
— Добрый вечер Ирина Викторовна, — протягиваю букет цветов. — Это вам! Вы прекрасно выглядите.
— Спасибо Слав, это очень мило с твоей стороны, — она подносит букет к лицу и вдыхает запах. — Они прекрасно пахнут. Пойдёмте, ужин уже стынет.
Ужин проходит в домашней атмосфере. Ирина Викторовна превосходно готовит, но если честно — то я ужасно соскучился по еде Жени. Она из простых продуктов умудрялась приготовить такую вкуснятину, что просто пальчики оближешь.
— Саш, — обращается Ирина Викторовна к сыну. — Женю чуть больше, чем через неделю уже выписывают и мне нужна твоя помощь.
— В чём? — внимательно слушаю их разговор.
— Она просила собрать её вещи.
— Без проблем, — поворачивается ко мне с ухмылкой на лице. — Поможешь?
— Конечно, — не обращаю внимания на его сарказм.
— Но у меня будет к вам просьба, — снова подаёт голос мама друга. — Я скажу Жене что продала её дом, но в действительности я этого делать не буду. Это её любимое гнёздышко… На самом деле от работы с её отцом у меня остались приличные суммы денег и нам их хватит надолго. Этот дом я продала, потому что много плохих воспоминаний остались в стенах этого места. Но Женин пусть останется Жениным. Мало ли, что нас ждёт впереди, — бросает на меня подозрительный взгляд.
— Хорошо, — отвечает Сашка. — Я присмотрю за ним.
Вечер подходит к концу и я еду домой.
На следующий день мы с Сашкой едем в дом Жени. Всё здесь напоминает о нашей первой встрече. О том, как я забрал её…
Всё лежит на тех же местах… Ничего не изменилось. Даже стул, который она опрокинула когда брала сумку — всё так же валяется на полу. Поднимаю его и ставлю на место.
Принимаемся собирать Женькины вещи по коробкам. Беру в руки её футболку, которую как я понял — она одевала последней. Подношу её к лицу и впитываю запах, который стал для меня родным.
Ты ошибаешься, если думаешь что я сдамся… Если думаешь, что я так просто отпущу тебя… 
  
Глава 30
 
Женя.
За последнюю неделю проведённую в больнице, мы с мамой присматриваем отличный домик не далеко от моря. Не скажу что он скромный, но мама настояла на том, чтобы мы купили именно его.
Конечно я не глупая и понимаю, что мама приуменьшила, когда говорила что у неё " кое — что осталось из имущества". На кое-что такой дом не купишь, даже если продать четыре таких как у меня — денег не хватит.
Мы договорились с продавцом о том, чтобы он дождался нас и не продавал его. Он согласился за небольшую надбавку. Меня обещают выписать тринадцатого июля и на этот же день мы берём билеты на самолёт.
Двенадцатого июля, за день до выписки ко мне приходят Вика с Катей. Я просила не провожать меня в аэропорт, потому что мне будет очень тяжело. Поэтому они приехали в больницу для того, чтобы попрощаться.
— Мне до сих пор не верится, что ты уезжаешь, — надув губы говорит Вика.
— Вы сможете приехать ко мне в отпуск, — пытаюсь найти положительную сторону ситуации.
 
— Утешила, — фыркает подруга.
— У нас есть видеосвязь в конце концов. Я не собираюсь никуда пропадать.
— Мы приедем на твой день рожденье, — вступает в разговор Катя, переводит взгляд на Вику. — Правда?
— Конечно, — отвечает та. — Если нас пригласят.
— Приглашаю заранее, — все вместе начинаем смеяться.
Подруги проводят у меня около трёх часов. Вспоминаем всё, что можем вспомнить. Школьные времена… Дискотеки… Как мы весело проводили время, когда были помладше.
Эти лучшие воспоминания навсегда останутся в моём сердце.
Конечно я понимаю, что со временем мы всё равно потеряем связь. Где Новосибирск и где Сочи… У всех появятся дети, обязанности… Всё это уже не за горами. Но я никогда не забуду лучшие моменты своей жизни, связанные с Викой и Катей.
К вечеру я уже собираю свои вещи, чтобы не терять времени когда меня выпишут. Единственную вещь напоминающую мне о Славе, кладу в самый маленький кармашек своего рюкзака.
Ложусь спать предвкушая завтрашний день, скорее бы он настал.
В десять часов утра следующего дня — я стою в кабинете главного врача, уже с вещами и в полной готовности покинуть больницу, жду свои документы.
— Пожалуйста, соблюдайте рекомендации в отношении здоровья, — серьёзно говорит врач.
— Конечно, — улыбаясь отвечаю ему. Не терпится уже покинуть это здание.
— Никаких тяжестей!
— Я помню.
— Тогда всего вам хорошего, — протягивает мне документы.
— Спасибо, — убираю их в рюкзак и направляюсь к выходу из кабинета. — До свидания.
— До свидания.
На улице меня встречает Сашка. Он предупреждал, что мама пока соберёт оставшиеся вещи. Самолёт у нас в два часа дня.
— Привет сестрёнка, — обнимает меня брат. — С выздоровлением!
— Спасибо, — напряжённо отвечаю.
Хочу того же общения с братом, что и раньше… Но у меня не получается. Тяжесть обмана всей моей семьи, лежит мёртвым грузом на душе.
Я стараюсь не показывать этой обиды, но она есть. Надеюсь, что это пройдёт со временем. В новой обстановке, в новом городе — я просто должна почувствовать себя лучше.
Эта игра в всегда улыбающуюся сестру и дочь — уже порядком надоела. И я хочу их простить и отпустить ситуацию, но пока не выходит.
В какой-то момент я забываю обо всём и улыбаюсь, в другой — обида наваливается снежным комом и не даёт спокойно вздохнуть. Надеюсь, что я смогу простить их… Всех…
— Поехали, — берёт мой пакет и рюкзак, кладёт на заднее сидение своего автомобиля. — Мама ждёт. Погрузим ваши вещи и я отвезу вас в аэропорт.
— Поехали, — сажусь на переднее пассажирское сидение.
Всю дорогу мы молчим, Саша тоже чувствует напряжение повисшее между нами. Когда подъезжаем к дому — вижу незнакомую машину.
Саша выходит первым и берёт мои вещи, я выхожу после него и мы направляемся к дому. Не успеваю постучать — мама открывает дверь.
— Здравствуй моя дорогая, — обнимает меня, через её плечо вижу знакомый силуэт.
— Что он здесь делает? — гневно спрашиваю отстраняясь от мамы.
— Не кипятись, — строго говорит брат. — Он вызвался помочь с вашими вещами, их не малое количество между прочим.
Ни слова не говоря — вхожу в дом и прохожу на кухню. Слава всё это время не отводит от меня взгляда. Мама заходит следом за мной и заваривает чай.
— Дочку успокойся…
— Лучше бы я сама таскала эти сумки, чем видеть его снова!
— Ты слишком строга к нему!
— Мам! Не нужно его защищать, хорошо?
— Как скажешь…
Из кухни я не выхожу до тех пор, пока багаж полностью не загружен. И лишь когда Саша говорит, что всё готово — мы собираемся и выходим из дома.
Слава едет с нами в аэропорт. По дороге я часто замечаю его взгляд, устремлённый на меня через зеркало заднего вида. Его черты лица напряжены, а губы сложены в тонкую линию.
Каков же закон подлости… Я просила подруг не провожать меня, чтобы мне было легче уехать. Но тот, кто может причинить мне максимальную боль своим присутствием — едет на соседнем сидении.